Души потемки
Шрифт:
Даже в воздухе Царг не собирался сдаваться. Отчаянно огрызаясь, буль все же проигрывал схватку.
«Отставить разговоры! Вперед и вверх, а там…»Зря они к нам полезли и совсем уж зря обидели Царга.
«Ведь это наши горы — Они помогут нам!..»Взмах хвоста и обрубок с булем шлепнулся на землю.
«А вот сейчас,К Дрень-Бреню подобралась колючая лиана, но он все еще возился с веревкой и совсем не замечал этого.
«Отставить разговоры!»Я пошел по кругу, сметая заросли щупалец вокруг Кары и братьев. Им стало легче.
«Взвод лезет вверх, а у реки Тот, с кем ходил ты раньше в паре…»Лешачок с досады хватил кулачком по мешку и заплакал.
— Улла!
Клайву понадобилось мгновение, чтобы оценить ситуацию. Свист клинка, и горловина мешка отлетела в сторону.
«Мы ждем атаки до тоски, А вот альпийские стрелки Сегодня что-то не в ударе…»— Улла, — радостно возвестил призрак появление на свет зажигательных снарядов.
«Молодец Дрень-Брень».
Я продолжал «нарезать» круги, давая возможность друзьям передохнуть.
«Отставить разговоры! Вперед и вверх, а там…»Брошенный сильной рукой Клифа снаряд врезался в основание страж-дерева. Огонь охватил ствол. Щупальца судорожно сжались, а следом уже летело еще несколько полыхающих «подарков». Возглас ликования оповестил о нашей маленькой победе. Кара со слезами на глазах обнимала Клайва. Лешачок выплясывал джигу. Пламя добралось до кустарника, и тут произошло непредвиденное. От жара лианы стали лопаться, разбрасывая во все стороны комочки. Первым же залпом зацепило лешачка и Клифа. Дрень-Брень свалился как подкошенный. Клиф сбил с ног Кару с братом и накрыл их собой. Я кинулся к друзьям, стараясь прикрыть их своей броней. Вся поверхность поляны пошла волнами. Страж-лес готовил подземную атаку. Фонтан земли… и пучок корней метнулся к Дрень-Бреню. Я успел. Царг, ухватив лешачка за куртку, подтянул его к Клайву.
«…Ведь это наши горы — Они помогут нам! Они помогут нам!..»Хуже было со снарядами — они кончились. Кара, придавленная Клайвом что-то шептала ему на ухо. Он отрицательно качал головой. Гримаса искажала его лицо. Я замечал лишь отдельные фрагменты, нанося ответные удары по Страж-лесу. Кара что-то запела. Клайв попытался закрыть ей рот поцелуем. Не вышло, и он смирился. Что за фарс там разыгрывается — я не слышал, оглохнув от собственного рева. Огненный смерч пронесся над лесом, запалив верхушки. На поляну, озаряя окрестности невыносимым светом, опустился Феникс. Я замер. Взмах крыла — и от деревьев остались лишь обгоревшие стволы. Сияющий взор обратился на меня, на
— Постой!
Я ухватил ее за руку.
— Оставь ее, Велес. У нее иное предназначение.
Голос у Феникса оказался на редкость приятным. Мои пальцы разжались. В последний миг Кара оглянулась и что-то прошептала, но не мне. Справа промелькнул Клайв. Кара, подхваченная Фениксом, уже уносилась ввысь.
На рассвете мы похоронили Клифа. У лешачка был пробит бок. Царг заработал несколько царапин. Призрак отделался легким испугом. Шутка! Я вышел из боя целым и невредимым.
Хлопья пепла кружили над поляной. Царг с Уллой ушли на разведку. Дрень-Брень метался в забытьи, и я боялся, что потеряем и его. Я устал. Нестерпимо тяжко было смотреть, как Клайв, уставившись в пустоту, сидел у могилы брата. В одну ночь потерять двух самых дорогих людей. Робкая любовь между ним и Карой зародилась в пылу погонь и сражений. Вряд ли им удалось даже часок провести наедине. Шаркающей походкой, словно старик, я подошел к могильному холмику.
— Послушай, нам нужно поговорить.
Клайв не шелохнулся.
— У меня есть Перстень.
Никакой реакции.
— Можно вернуться к развалинам и попробовать отбить Кару у Феникса.
Он сжал зубы так, что на скулах вздулись желваки.
— Или заключить сделку.
Молниеносно выкинув руку, Клайв сграбастал меня за грудки и притянул к своему лицу.
— Если бы был хоть малейший шанс, то я, не задумываясь, променял бы твою душонку вместе с проклятым перстнем на свободу Кары.
Каждое слово он словно вколачивал в меня. Свинцовый взгляд буравил мою переносицу.
— Но…
Он оттолкнул меня и я, не удержавшись, опрокинулся на спину.
— Сделка уже заключена.
— Какая сделка?
Вздох, исторгнутый из его груди, мог разбить сердце даже бхуту.
— Для возрождения Феникса нужна женщина, которая добровольно отдаст ему себя в жены. В тот миг, когда она взойдет на костер и они соединятся — появится яйцо с молодым Фениксом.
— Постой, постой. Вы говорили, что это происходит раз в 500 лет. Зачем же нашему новорожденному жена?
Клайв зажмурился и сжал пальцы в кулак, да так, что костяшки пальцев побелели.
«Щас саданет и от меня мокрого места не останется».
— Я думал об этом. Видимо, раньше среди паломниц он мог выбрать в любой момент. Сейчас же согласился на ту, что предложила себя первой.
Я чуть челюсть не вывихнул от удивления.
— Как предложила? Зачем?
— Нас спасти.
Потрясенный самопожертвованием Кары я в очередной раз убедился, что не понимаю женщин.
— Но позволь, она ведь не сможет…
Клайв отмахнулся
— Он — бог возрождения. Кара взойдет на костер такой же молодой и красивой, какой мы вчера ее видели.
Застонал лешачок.
— У него жар, а у нас ни капли воды.
Зачерпнув горсть земли, Клайв насыпал ее в кошель, крепко завязал и повесил себе на грудь. Прощаясь, припал к холмику. Я отвернулся. Слезы навернулись на глаза. Бережно подхватив лешачка на руки, Клайв зашагал по пепелищу. Мне достались мешки. Догадка о том, что это была последняя линия обороны Страж-леса, подтвердилась. Не пройдя и мили, мы вышли к сухостоям умершего леса.