Душелов. Том 6
Шрифт:
— По правде говоря, да… Не то чтобы у нас большой опыт контактирования с людьми из Империй, но этого вполне хватает, чтобы понять всю… — промедлил он, подбирая подходящее слово, явно боясь ненарочно обидеть её, — необычность вашей группы. Например, что вы… точнее, «что ты», — сразу же поправил он себя, — что тот парень, Микаэла… вы оба попросили разговаривать с вами на «ты», хотя явно сильнее нас, несмотря на юный возраст. А раз тот парень ещё встречается сразу с тобой и с той другой, черноволосой девушкой, то, видимо, у него ещё высокий достаточно высокий статус в аристократическом обществе. И всё равно… вас не беспокоят такие вещи, как формальность…
— Ну…
Алиса не была уверена, что ей стоило это говорить, однако подобное её сильно успокаивало — прямо как и в той лаборатории, расположенной под маяком, она чувствовала, что таким образом отвлекается от проблемы и хотя бы немного успокаивается. А спокойствие сейчас ей было особенно нужно перед грядущем…
— Иначе говоря… вам стало жалко этих детей? Из-за этого вы путешествуете с ними и так отчаянно хотите спасти мальчика?
— Не только. Мальчик ещё очень сильно помог нам. Поэтому одна только возможность просто бросить его, даже не пытаясь помочь, мне кажется чем-то неправильным… — и подумав, задала вопрос: — А почему тебя это так удивило? Потому что обычно люди из Империй конфликтуют с ди… — оборвала она себя, пытаясь подобрать подходящее слово, — с людьми из не Империй?..
— Да. И не «обычно», а всегда. И не «конфликтуют», а уничтожают друг друга. Мы… заклятые враги друг для друга. Хотя, наверное, правильнее даже назвать нас «естественными врагами»…
— Но почему? Зачем вы каждый раз нападаете на нас, не давая возможности договориться?
— «Мы нападаем»? — неожиданно вновь обернулся он к ней, посмотрев в её голубые глаза. — Это как раз таки вы, люди из Империй, каждый раз нападаете на нас первыми. Ещё наши родители предупреждали нас о том, чтобы мы даже не пытались договориться с вами, поскольку это совершенно бессмысленное занятие, конец которого всегда один — смерть для всех к этому причастных. И всё равно… порой находятся те, кто пытается пойти наперекор этому правилу, вот только итог остаётся всё тем же. Так что это не мы не хотим с вами договариваться, а вы с нами. Из-за этого нам и приходиться нападать первыми — только благодаря этому наши шансы на выживание хоть немного, но повышаются…
— Нам говорили обратное — то, что это вы по какой-то причине всегда нападаете на нас, не желая даже попробовать договориться…
— Не знаю, что вам говорят и почему… но я своими глазами видел, как моего отца, просто пытающегося защитить свою семью, убили члены группы зачистки, не дав ему даже сказать и слова, хотя он всем своим видом показывал, что сражаться не намерен и хочет лишь договориться.
— И-извини… — опустив глаза, едва слышно произнесла Алиса.
Элиас молча развернулся, продолжив путь в прежнем темпе. Он понимал, что эта девушка не имеет к этому никакое отношение и что ей почти наверняка такое на самом деле не по душе, но просто отпустить эту тему он не мог — слишком уж болезненны для него те воспоминания. Некоторое время после этого внутри него шла внутренняя борьба: одна из сторон была за то, чтобы извиниться перед этой девушкой, а другая же всеми фибрами
Будучи погружённым в эту внутреннюю борьбу, он и не заметил, как их путь совсем вскоре подошёл к концу — хруст снега под ногами исчез, и они оказались в нескольких десятках метрах от школы — одиночного трёхэтажного кирпичного здания с заколоченными окнами. И только обведя её взглядом и осмотревшись по сторонам, он наконец смог отбросить ненужные мысли в сторону, негромко проговорив:
— Мы на месте. Это школа. Как я и говорил, склад находиться на втором этаже в физкультурном зале — это там, — указал он пальцем на самую середину здания, где были самые большие окна. — Он разделён на три зоны: основную — сам зал, где храниться всё подряд; боевую — кабинет учителей, где находиться всё боевое снаряжение; и фармацевтическую — хранилище, где должны находиться нужные вам препараты. Войти на склад можно с двух сторон, но оба они, скорее всего, одинакового хорошо охраняются, так что…
— Я понимаю, — кивнула Алиса.
Но как и прежде, никакой уверенности ни в её словах, ни в её действиях не было. Одолевающее её беспокойство и откровенный страх мог заметить в ней в этот момент любой желающий. Тем не менее, несмотря на это, выдохнув, она пошла вперёд.
— Ты уверена в этом? — в спину негромко спросил её Элиас. — Ещё не поздно.
— Нет, нисколько, — перебила она его. — Но иначе я поступить не могу. Так что, пожалуйста, как и договаривались — подожди здесь немного…
Глава 14
Дойти до школы, как изначально и говорил Элиас, оказалось самой лёгкой часть плана — от них только и требовалось, что идти дворами, избегая места, где они могут пересечься с патрульными. Быть же замеченными кем-то иным было почти невозможно, так как абсолютно во всех домах окна были заколочены, а главное — люди, проживающие в этом городе, даже если бы по какой-то причине оказались в это время на улице и заметили что-то странное, то точно не захотели бы ввязываться в это, в конечном счёте просто сделав вид, словно ничего не видели.
Но теперь, когда самая лёгкая часть осталась позади, впереди Алису ждёт самая тяжёлая её часть — проникновение в школу, с последующим проникновением на склад и кражей медицинских препаратов.
Сама мысль об этом с самого начала пугала Алису, ведь до этого за всю свою жизнь она ни разу не делала ничего подобного и близко. А тут ещё такие условия, в которых нельзя ошибиться и даже допустить малейшую ошибку, потому что на кону стоит не только её собственная жизнь, но и жизнь мальчика, который без этих препаратов точно погибнет, а также жизни всех остальных, кто оказался в этой ситуации во многом из её эгоистичного желания помочь мальчику.
И всё-таки, несмотря на нескончаемый шквал подобных мыслей и дрожащее тело, она продолжала делать шаг за шагом, быстро приближаясь к школе, пока не остановилась около её задней стены.
Оказавшись на таком расстоянии, она, невольно на мгновение замешкав, ещё лучше рассмотрела здание, освещённое лунным светом: его потрескавшуюся во многих местах кирпичную стену и разбитые стёкла в больших окнах, что заколочены и плотно закрыты какими-то тряпками для сохранения тепла внутри. Почему-то вместе с этим в её голове сразу возникла картина, как задолго до всего произошедшего это место было похоже на её нынешнюю школе: как в неё ходили подобные ей школьники, как они сидели на занятиях, как, сидя на них, отсчитывали время до конца уроков и как после уроков, с улыбками на лицах, вместе направлялись куда-то отдыхать и веселиться.