Душелов. Том 5

Faded Emory

Закончив с размышлениями, Ева, немного подув на ложку супа, аккуратно съела ту, будучи готовой в любой момент заставить своё тело запустить рвотный рефлекс. Вкус, как она и ожидала, был крайне посредственным — сказывалось отсутствие приправ и банальной соли, не говоря уже о том, что подсознательно она всё равно сравнивала этот суп с теми супами, которые она ела прежде. Тем не менее, даже не поморщившись от плохого вкуса, она продолжала ждать проявление эффекта яда. Однако, когда прошло несколько десятков секунд и яд на неё так и не подействовал, она всё-таки сдалась под гнётом голода и урчащего живота, теперь уже полноценно взявшись за всю тарелку супа.

Естественно, при этом она не забывала о своём выстроенном образе, придерживаясь его из-за всех сил. Отчего к моменту, когда мальчик уже закончил со своей тарелкой, она едва съела половину

своей.

У любого обычного человека, наблюдавшего за этим, сложилось бы мнение, что Ева — крайне добрая, вежливая и учтивая девушка, что пристально придерживается манер и этики, даже очевидно очень сильно желая хотя бы сейчас, на небольшой промежуток время, отмахнуться от этого.

Но этого мальчика это не касалось — никакого уважения и умиления в её сторону он не выказывал. Вместо этого он наблюдал за ней с явным интересом, словно…

«Он что, вообще никогда других людей не видел, что ли?! Для кого тогда, блять, я этим вообще занимаюсь?!» — гневалась она про себя, тем не менее продолжая этим заниматься, без конца улыбаясь парню. — «И когда уже, чёрт побери, придут остальный?! Когда парень заходил — на улице было уже темно! А там, пока мы с ним более-менее наладили контакт, пока сели за стол — на улице уже наверняка ночь! А мне нужно поскорее узнать, кто тут из них самый главный и сильный, чтобы наконец начать думать, что делать дальше!»

И в этот момент, пока она в очередной раз медленно зачерпывала неполную ложку супа, с улицы раздался необычный звук. Звук одновременного дребезжания десятка консервных банок, резко доносящийся откуда-то справа.

— Что это?.. — задала она вопрос, но стоило ей посмотреть на мальчика, как всё стало понятно.

Мальчик, что пару секунд назад спокойно сидел напротив неё, с интересом рассматривая её, теперь, будучи напуганным до ужаса, один резким движением накрыл кастрюлю крышкой. После этого встал и быстро подошёл к печи, закрыв дверцу с дровами, отчего всё это место погрузилось в почти полную темноту.

Но мальчика это не остановило — он подошёл к Еве и схватил ту за запястье, потянув куда-то на себя.

Ева, прекрасно поняв, что к чему, ничего более не говоря и не сопротивляясь ему, встала со стула и пошла за ним. Благодаря этому уже через мгновение они с мальчиком оказались примерно посреди избы, где мальчик, отпустив руку Евы, нагнулся и, взявшись за металическое кольцо, потянул за него, открыв их взору спуск вниз с деревянной лестницей.

Удерживая люк, мальчик вновь взялся за руку Евы, слегка таща её к спуску. По его нервному, испуганному лицу в этот момент было видно, что всё очень серьёзно и на кону стоят их жизни. А потому Ева, не сомневаясь, начала быстро спускаться вниз. Но почти сразу после этого её кое-что остановило…

«Что это за нахуй?! Почему тут, сука, так воняет тухлятиной, что дышать невозможно?!» — и вновь взглянув вниз, приглядевшись в темноту, она увидела причину этого запаха. — «БЛЯТЬ!!! Какого хуя?! Почему тут везде трупы животных?!»

Ева уже подумала, что её обманули и это какая-то ловушка, но, подняв голову, и увидев, как мальчик спускается следом за ней, закрывая за ними люк, она поняла, что это не так.

Через какое-то же время после этого они с мальчиком всё-таки спустились на самое дно этого глубокого подвала, заполненного целой кучей разлагающихся трупов животных. Но теперь Еву беспокоило совсем не это — она следила за мальчиком, что, спустившись сюда, не обращая никакого внимания на всё это, присел в позе эмбриона, дрожа в страхе перед чем-то, звуки шагов чего она мельком слышала где-то рядом с домом.

Глава 24

В один момент звуки шагов, раздающиеся у дома, стали столь громкими, что казалось будто существо, находящееся снаружи, вот-вот начнёт ломиться в дверь. Но прошло ещё пару мгновений — и Ева отчётливо услышала, как существо, немного постояв у избы, развернулось и начало медленно уходить. А уже совсем вскоре за этим вновь раздалось дребезжание консервных банок. Только теперь оно было в разы тише из-за хорошего, естественного шупоподавления подвала и главное — исходило из той стороны, куда направилось то существо.

А значит — эта тварь наконец ушла.

Придя к такому выводу, Ева облегчённо выдохнула. Однако это совершенно не касалось сидящего в углу подвала паренька, который столь учащённо дышал, словно пытался вдохнуть частичку свежего воздуха среди стоящего в этом месте трупного смрада.

«Здесь что-то

не так…» — смотря на трясущегося от страха паренька, подумала она, начав оглядываться по сторонам. — «Это слишком сильная реакция для того, кто прожил всю жизнь в таком месте. Может быть дело в том, что с нами нет того, кто защищал его всё это время? Это бы в таком случае объяснило часть его страха. Но, к сожалению, точно не весь. Подобная реакция от него была бы вполне естественной, если бы он ранее не попадал в подобные ситуации. Но как такое, чисто в теории, вообще возможно, если он тут живёт? Ничерта, блять, не понимаю. Ещё и мыслить тяжело из-за истощения и этого трупного запаха. Кстати об этом…» — нагнулась она, зажав нос и став осматривать разлагающиеся останки трупов у её ног. — «Почти всё — куча мелких животных, среди которых, правда, есть и парочка средних размеров. Ну и с „трупами“ я явно погорячилась — тут их нет — здесь лишь то, что от них осталось. Кожа, потроха, да кости. Короче говоря — только несъедобные части. Выходит, остальное было съедено, тогда это место — это… мусорка? Нет. Какой в этом смысл, если весь мусор можно выкидывать просто подальше от дома? К тому же этим самым они бы отманивали от себя демонов и обычных хищников. Получается, тут что-то другое. За этим должен крыться какой-то больший смысл. Но какой? Или стоп… а что если я сейчас думаю просто не в том направлении? Я смотрю на это с точки зрения современного, социального человека, но кем являются те, кто живут здесь? Дикари обычные. Так ещё и отдалившиеся от цивилизации. Так что, вполне вероятно, их уровень развития сильно ниже привычного мне. А если это так, то более чем вероятно, что это что-то совсем нерациональное, глупое и дикарское — вроде, обычая. Если посмотреть с этой стороны, то тут даже гадать нет смысла, как зародился такой обычай и что он означает — всё равно почти наверняка мне это ничего толком не даст. Но если предположить, что это всё-таки не так и за этим действительно стоит что-то более рациональное, то… может быть… дело в запахе? Точно. Пока я находилась сверху я практически не чувствовала этой вони. Как выяснилось, это из-за особого строения этого подвала. Это же касается и имеющегося здесь шумоподавления. Но если перестать издавать звуки всё равно хоть как-то можно, спрятаться тоже можно, то с запахами так не выйдет — если объявиться достаточно сильный демон, то он без проблем сможет учуять сидящих в подвале. Однако, если тут будут разлагающиеся куски животных — этого уже не произойдёт. Этот, расходящийся от них смрад попросту перебьёт любой другой запах, давай демону понять, что тут ему делать нечего — тут лишь разлагающиеся трупы. Теперь понятно. Не сказать, что это нечто выдающееся, скорее даже наоборот. Но это лишь с точки зрения современного человека. От дикарей же я подобного не ожидала. Впрочем, теперь я уже не совсем уверена, что тут жили обычные дикари…»

Закончив внутренний монолог, Ева начала помогать пареньку прийти в себя. И как неудивительно, у неё это вышло без особых проблем. Тем не менее сама девушка считала несколько иначе…

«Как же с ним долго пришлось возиться!» — вновь усевшись за своё место у стола, пронеслось у неё в голове. — «Что же его так напугало? Хотя нет, куда важнее сейчас — где, блять, остальные?! Прошло столько времени, а никто так и не явился!»

Под эти мысли Ева вернулась к совместному с пареньком неторопливому поеданию уже остывшего супа. Теперь этот суп, по её мнению, стал ещё более отвратным, чем прежде. Тем не менее — ложка за ложкой, половник за половником и тарелка за тарелкой — так суп был съеден ей практически в одиночку. И хоть изначально она так поступать не собиралась, но в конце концов изменила своё мнение увидев, что парень после произошедшего потерял весь аппетит и при этом не против, чтобы она продолжала есть без него.

Когда же она уже доедала последнюю тарелку, парень, не раздеваясь, залез в постель. Ева пыталась с ним ещё немного поговорить в надежде разузнать какую-нибудь полезную информацию, но этого у неё не вышло — после произошедшего парень был словно потерянным и в нём практически полностью угас интерес к Еве. Поэтому в какой-либо контакт с ней вступать не собирался, вместо этого, судя по всему, желая отдохнуть.

Тем не менее, на удивление Евы, он неловко пригласил её лечь рядом с собой. Ева же, немного подумав, согласилась, вскоре оказавшись рядом с ним. Естественно, не воспользоваться этим она не могла — она вновь попыталась разными способами выудить из него что-то. Но всё что в ответ получила — это объятия.