Душегуб
Шрифт:
— Марк, — равнодушно произнёс доктор, — как поживаешь, дружище?
— В норме. Дали дело о Душегубе, приняли на испытательный срок. Ты как?
— Нормально, спасибо, что спросил. Собираешься вернуться в полицию?
— Можно попробовать, — примостился я на свободном стуле в углу. — Будет сложно, конечно.
— Варианты уже есть?
— Насчёт убийцы?
— Насчёт него, — подтвердил Освальд, занимаясь осмотром ног мальчика.
А вот на этот вопрос я не ответил. Мог бы перебрать
— Нет, впрочем, я ещё не собрал всех фактов.
— То есть?
— Ещё один мальчик, Освальд, — чуть громче кинул я. — Донни Цукерон. Похищен прямо из дома.
Фельдшера недобрая новость не на шутку поразила — он резко распрямился и уставился мне в глаза. Сквозь стекло сверкает крайняя степень удивления. Не сразу Освальд осознал, что перестал дышать…
— Это уже ни в какие рамки не лезет! — потёр висок собеседник. — Опрашивал свидетелей?
— Никто ничего не видел, — цыкнул я уголком рта, а затем добавил твёрдо. — Совсем.
Освальд закивал и вернулся к осмотру трупа. Моргать стал чаще — перенервничал, бедняга. Столько на него свалилось.
— Ещё один мальчик… Надо с этим что-то делать.
— Я со своей стороны делаю всё, что могу, — ткнул я себя пальцами в грудь. — Но ты должен мне помочь. Что там с Гарри?
— Как обычно, — ошпарил меня строгим взглядом фельдшер, — смерть наступила вследствие асфиксии, задушен, предположительно, руками. Смерть наступила около трёх суток назад. Иных повреждений на теле не найдено.
— Обследования уже проводил?
— Не успел…
— Ладно, — поднялся я со стула, — тогда я…
Меня прервали. Кто-то постучал в дверь. Возможно, семья Путов.
— Входите! — выкрикнул Освальд.
На пороге в самом деле оказалось двое, они даже были мужчиной и женщиной, но совсем не теми, кого я ожидал увидеть. Лица знакомые: блондин с крупной родинкой под губой и в тёмных очках вместе с высокой каменолицей азиаткой. Оба в чудных плащах, оба по-столичному холёные.
Рот блондина медленно открылся, пока он, очевидно, вспоминал моё имя:
— Марк, верно? — голос несколько инфантильный для сурового служащего из Ципиона. — А там, очевидно, господин Манупла?
— Да, это он. Простите, не запомнил ваших имён, — сам не ожидал, что так растеряюсь.
— Я - Оскар Праусен, а это Юрико Номати, — улыбнулся мужчина, в то время как его коллега так и не изменила стального выражения лица.
Рука подскочила в воздух — пришлось пожать. Бесцеремонно отстранив меня в сторону, парочка вошла в кабинет. Из прихожей косятся любопытные Путы.
Пока наступила очередь Освальда обмениваться рукопожатиями, я прикрыл дверь. Решил остаться да посмотреть, чего эти двое задумали. Подозрительные
— Чем могу быть полезен? — сцепив руки, проронил фельдшер, стреляя глазами по гостям.
— Мы здесь по поводу эпидемии Немаина три года назад. Вы должны помнить…
— Помню, три года назад получили из Сакра Ципиона лекарство, оно было введено всем жителям, я слежу за всеми новорождёнными — болезнь больше не появлялась.
— Дело не в этом. Понимаете ли, Центр Медицины поручил нам выяснить причину появления в городе Немаина.
По нервно вцепившимся друг в друга пальцам хорошо заметно, как Освальд занервничал. Расширившиеся глаза глянули за поддержкой на меня, но не я ему помощник.
Честно говоря, связываться с этими двумя не хочется, особенно с бабой, у которой взгляд так похож на змеиный. Яда на клыках у неё точно должно быть не меньше, чем у гадюки. Освальд ей, кстати, совсем неинтересен — сосредоточилась на сверлении глазами Гарри…
— Всё ещё не понимаю, чем могу помочь? — склонил голову набок фельдшер.
— Было бы неплохо получить наиболее полную информацию о болезни. Любые документы, дневники, медицинские заключения… Вы же сохранили их?
— Да, остались истории болезни.
— Вы не будете против, если мы возьмём их на время? — щёлкнул пальцами Оскар и расплылся в дебильной улыбке.
Освальд не ответил, а сразу поплёлся к шкафами с документацией. Пора порыться в дебрях вдруг ставшей нужной макулатуры. Неужели всё вот так просто, и парочка людей из далёкой могучей столицы наведались именно что почитать про страшную болячку.
Быть может, наш доктор решится сказать…
— Что с ребёнком?
Вздрогнули, наверно, даже Путы за дверью. Голос женщины сталью проскрежетал посреди установившейся тишины. Строгий взгляд так и продолжает бурить неподвижное тело.
Паралич укусил за ноги, а немота — за горло. Хотел бы я ответить, но что-то переклинило.
— Его задушили, — ответил склонившийся над выдвижным ящиком Освальд.
— Кто это сделал?
— Маньяк, местные зовут его Душегубом.
— Какая это уже жертва? — всё не прекращает расспрашивать Юрико.
Пора мне помочь товарищу:
— Это — пятая, но этой ночью он похитил шестого.
— Вот все документы по Немаину, — привлёк внимание колоритной парочки доктор. — Всё, что смог найти.
Оскар, похоже, поражённый поведением коллеги не меньше нашего, молча забрал охапку папок. Нервный кашель, перекошенное лицо, и он уже спешит к выходу. На полпути, правда, решил поблагодарить:
— Спасибо, Освальд. Мы всё вернём.
— Необязательно.
— Что? — неуклюже остановился блондин, еле сумев поймать равновесие.