Душа Воина

Орлова Оксана

– Мне показалось, тебе хочется остаться со мной наедине?
– Его улыбка была полна иронии.
– Не дрожи так, я не собираюсь набрасываться на тебя прямо за столом.
– Он долил мне вина, наполнил свой бокал. Обошел стол и присел возле меня на корточки, аккуратно чокаясь.
– Или это именно то, о чем ты сейчас думаешь?
– Искрами от его глаз можно было разжечь камин, я же в изнеможении прикрыла глаза. Он сведет меня с ума! Он что, читает мои мысли?

– Я прав?

– Нет...
– Я прокашлялась, голос мне окончательно изменил.
– Нет... Я просто хочу поесть и отдохнуть.
– Я тщательно

подбирала слова. Он выпрямился и сейчас нависал надо мной, как коршун, готовый при малейшем проколе с моей стороны вцепиться в меня, чтобы уже не отпустить. Его бокал остался на столе. Я чувствовала звенящее в нем напряжение. Правую руку он положил на спинку моего стула, немного разворачивая меня к себе, левой оперся на стол. Сидя у окна, я оказалась, как бы, заключенной в ловушку.

– Отдохнуть? Поесть?
– Стефан искушал меня всем, чем только мог.
– Приказать принести еще чего-нибудь...
– Мужчина скользнул взглядом мне в вырез, следом, пройдясь по моей щеке, медленно соскользнули его пальцы. Я замерла, чувствуя, как он касается нежной кожи. Опустила взгляд и не отрываясь следила, как его пальцы задумчиво, словно рисуя, исследуют приподнятую корсетом, открытую часть груди. Я даже не дышала, боясь спровоцировать его на более откровенные действия, после которых нам уже не остановиться.
– Сладкого...
– Его пальцы прошлись в сантиметре от кружев. Я вздрогнула, в красках увидев услужливо продемонстрированную мозгом картинку всего, что обещал мне сейчас его голос, судорожно вздохнула и закашлялась, неловко подавившись воздухом.

Кашель был так силен, что на глазах выступили слезы. Я заходилась в сильнейшем приступе, не в силах остановиться. Едва я делала вдох, как все становилось еще хуже. Стефан стукнул меня по спине. Не сильно, но чувствительно. Не сказала бы, что мне это помогло, но и хуже не стало. Знаками я попросила воды. И он кивнул, направляясь к двери. Его отсутствие позволило мне прикрыть глаза и уткнуться в салфетку. С трудом, но я продышалась...

Когда я пришла в себя, он снова был на моем уровне, заглядывая в глаза. Поглаживая меня по спине, князь уговаривал выпить воды, которую принесли лакеи, народ сновал, расставляя чай и сладости. Нечего себе я отвлеклась!

Дрожащей рукой он вытер выступившие слезы с моих щек и сел на свое место.

– Тебе нечего так опасаться меня...
– Его голос был хриплым и полным горечи.
– Ты же знаешь, что я не трону тебя, пока ...

Слова повисли в воздухе.

Да. Решение оставалось за мной...

+ + +

Деликатесов было много. Уж не знаю, когда повар успел так расстараться. Хотя, наверное, он просто готовил это все для князя заранее, а меня уже включили в список привилегированных лиц за компанию. Наелась я до отвала, так что даже сидела с трудом. На тонкие намеки, (единственное, что он позволил себе до конца вечера), в упор не реагировала и вскоре после насыщения, попросила проводить в отведенную мне комнату, на пороге которой и вывернулась из распахнутых объятий, быстренько захлопнув перед сиятельным носом дверь и взяв с него клятву еще и засов мне на этой самой двери сделать!

Он и так был весь вечер мрачным, а уж после моего маневра и вовсе разразился лавиной

проклятий. Но в дверь биться не стал. Ушел, не позорясь. И ругался тихонько, скорее, от полноты чувств, чем для моего слуха. Я же стояла, прижавшись к двери спиной, и думала, понимает ли он, что если сейчас сделает несколько шагов, толкнет дверь и просто поцелует меня, то мы окажемся в этой огромной роскошной кровати быстрее, чем ядро вылетевшее из пушки преодолевает расстояние от пункта А до пункта Б?

Он, судя по всему, не понимал, либо, со свойственным ему благородством, принял мое решение и ушел к себе. В свою одинокую и холодную постель. Ну, я надеюсь, что одинокую и холодную...

На ночь Лиза помогла мне раздеться. Постель оказалась очень удобной, и я провалилась в сон, едва коснувшись головой подушки. Девушка еще что-то объясняла, а я уже была в объятиях Морфея, не способная дарить своим вниманием кого-то еще...

Из дневника Стефана:

Кажется, я схожу с ума. Она сказала мне "да!", и я возликовал! Я решил, что все! Все кончилось, в смысле устроилось! И теперь все будет просто отлично. Что я заполучу, наконец-то, ее тело...

Эти дни, когда постоянно что-то происходило, то то, то это, и все мешали, и столько народу рядом...

Я даже не целовал ее толком. Мой голод по ней стал просто невыносим. Я даже дышу возле нее через раз. Руки приходится сжимать в кулаки, прежде, чем что-нибудь взять. Местный лекарь уже сообщил мне, что я стал на редкость бледным и нервным. Хорошо, что удалось отговориться недавним ранением!

И вот я, как полный идиот, счастливо притащил ее в свои комнаты (впрочем, я еще в дороге решил отдать их ей - от спальни недалеко и, они почти княжеские. Все-таки как-то неправильно - правительница и спит в детской... Но просто в гостиных комнатах было бы еще хуже... К тому же, они, скорее всего, не готовы...).

Я-то думал...

А ничего не изменилось! Ничегошеньки! Хотя, нет. О чем это я? Раньше она хоть не боялась меня! И что же сегодня? Она пыталась от меня запереться, уговорила приделать на дверь засов. ЗАСОВ! Я с ней с ума сойду! А за ужином...

За ужином она даже не смотрела на меня, хотя раньше всегда следила за мной взглядом, когда мы были в одном помещении. О, Мара Прекрасноликая, да что же произошло? Я, похоже, больше ей не нужен. Совсем. Никакого интереса. Ни капельки. Хуже того. Когда я за ужином прикоснулся к ней, она так испугалась, что подавилась! Ее бил такой кашель, что я с перепугу вызвал лекаря. От мысли, что она вдруг умрет, сердце просто отказалось биться дальше...

Весь вечер ее бледное, несчастное лицо и попытки отгородиться от меня якобы "хорошим аппетитом", просто служили мне немым укором. Я совсем измучил девчонку, вся вина которой в том, что она оказалась не в том месте и не в то время. Она вообще не имеет отношения к нашим с Вэрдом разборкам...