Душа саламандры

Сойтту Анна

— Богам молиться умеешь? — хмуро бросил Тиемм, прикладывая ладони к плечу потерявшего сознание мужчины.

— Нет.

— Кинаар, бегом наверх, — распорядился полукровка, отпуская магию и заковывая руку друга в лёд. — Мага жизни сюда и осязателей вызови. Пусть захватят ловчих.

Охристый тут же бросился прочь, а я застыла возле вздрагивающего от холода и забытья мага.

— Что с ним будет?

— Если Кинаар успеет, то почти без последствий обойдётся.

— А если не успеет?

Под внимательным взглядом льдисто-синих глаз мне стало неуютно, но я не

отвела свой взгляд. Если с Вилааром что-то случится… Даже думать не хочу! Пусть рычит, ругается, прикасается, только бы остался жив!

— Если не успеет, то пойдёшь со мной, что бы не случилось и не подавая вида, что должно быть иначе.

— Почему? — во рту пересохло и голос отказывался повиноваться.

— Так будет лучше.

— Для кого лучше?

— У меня нет права говорить об этом, это распоряжение Вилаара на подобный случай и не мне оспаривать его приказы, хоть я и не в восторге.

Повернувшись к изрядно потерявшему в цвете кожи огненному магу, я осторожно коснулась ладонью его щеки. Что же ты задумал, Вилаар? Если даже действия других на случай своей смерти просчитал.

Ты только выживи, Вилаар, я сама тебя поцелую. Только выживи, ладно?

Глава 16

 Уже через несколько минут туннель постепенно начал наполняться шумом, лязгом, топотом ног. Я обессилено привалилась плечом к стене, пока Аарна колдовала над огненным магом. Лёд остановил распространение заразы, но не мог вытянуть её из тела лана. На мгновение придя в себя, Вилаар схватил меня за руку и сжал ладонь. Каким-то образом, всего лишь парой хриплых слов, отозвавшихся теплом в бархатке, он почти до конца опустошил мой вновь восполнившийся резерв, оставив лишь крохи, которые позволяли мне держаться и не терять сознание.

— Опять эта алхимия, — раздавшийся сбоку голос Тиемма разразился гневной тирадой из мало понятных мне слов и явно далёких от цензуры. — Умеешь ты влезть в неприятности, Филис!

Полукровка извлёк из моего воротника уцелевший дротик и сейчас занимался тем, что изучал его с помощью своего дара.

— Я не просила меня призывать, — вяло огрызнулась от изводящего меня нелестными комментариями ледышки. — И не знаю ничего о ваших храмах, ловушках. Вы с Вилааром тоже кинулись вперёд не слушая Кинаара, уверенные в своём превосходстве. Магию они использовали и всё проверили.

— Тебе было сказано не отходить ни на шаг, — не унимался Тиемм. — Какого демона ты попёрлась осматривать храм?

— Я всего на пару шагов отошла!

— Благодаря твоим шагам Вилаар чуть не умер, — вызверился на меня ледяной маг.

— Не надо меня одну делать во всём виноватой, — не выдержала я и сорвалась на раздражённое шипение.

Чувство вины и без того грызло душу, а ледышка лишь прибавлял боли своими обвинениями. Магия исцеления не требовала особой тишины, чем и пользовался последнее время полукровка.

Кожа Вилаара стала темнее, но сам он так больше и не пришёл в сознание, Аарна погрузила его в целительный сон и хмуро поднялась на ноги.

— Ему нужно в замок, сохранять

покой и поддерживать тепло тела, — принялась объяснять мне магиня. — Огонь выжжет остатки заразы, но потребуется время. Завтра он ещё будет слаб, но уже к вечеру, думаю, всё будет в порядке.

— Спасибо, — робко улыбнулась девушке.

— Не в первый раз его вытаскиваю, — отмахнулась Аарна. — Он любит лезть в самое пекло, а потом отлёживаться с довольным видом. Этим должна Кирра заниматься, но у нас он чаще бывает со своими ищейками. Лан Ретаар особо не следил за исполнением своих обязанностей, и лан Вилаар оказывал помощь за него.

Тиемм и Кинаар подняли огненного мага на ноги и, положив его руки себе на плечи, потащили к выходу. Мы с Аарной присоединились к ним мгновением позже. Базальтовые пещеры закончились выходом в холле и вскоре мы оказались на улице, где уже ждал вызванный кем-то экипаж. Запряжённая четвёркой вороных коней закрытая карета тёмного дерева с оконными проёмами в дверях и замершим в ожидании возницей из людей на облучке, вместила в своё нутро Вилаара на одном из сидений, на другом — напротив — уселась я и лениво примостился ледяной маг.

— Трогай, — крикнул в окно полукровка и откинулся на спинку сиденья, не сводя напряжённого взгляда с лежащего на боку Вилаара.

Повозку слегка тряхнуло, и с шорохом она сдвинулась с места. Кони мерно стучали подковами по каменной мостовой города, двигаясь по воле возницы достаточно быстро, чтобы не затягивать поездку, но и не раскачивать при этом экипаж. Повисшее молчание сбивало меня с толку, оно давило со всех сторон до такой степени, что на миг мне показалось будто меня душит приступ клаустрофобии.

Тугая повязка стискивала плечо лана: кипенно-белая с просочившимися на поверхность алыми пятнами крови, она вновь и вновь привлекала к себе внимание. Моя вина в том, что огненный маг сейчас в таком состоянии. От этого ощущения хотелось забиться в самый дальний угол кареты и там съёжиться, чтобы никто и никогда меня не нашёл. Но вместо этого я не сводила глаз с этой бело-алой повязки, с каждой минутой всё больше ощущая как болит неестественно выпрямленная спина.

А Тиемм всё молчал, лишь изредка поправляя лежащего Вилаара, если тот начинал съезжать с сиденья от небольшой, но тряски.

— Филис, хватит уже, — устало обронил полукровка, отбирая у меня подол дублёнки, который я неизвестно сколько времени бездумно тормошила и перебирала пальцами. — Ты слышала Аарну, завтра с ним всё будет хорошо.

— Угу, — единственное, что смогла произнести, не разжимая упрямо сжатых и зудящих от этого губ.

Переплетя пальцы между собой, устроила ладони на коленях. Оставив в покое дублёнку, я продолжала гипнотизировать повязку и боялась взглянуть в расслабленно-спокойное лицо огненного мага. Казалось, что стоит мне это сделать, он откроет глаза и в них будет осуждение. Он ведь изначально действительно хотел мне помочь, а я принимала всё в штыки, не думая, что своим поведением обижаю единственного, кто вступился за меня. А я его подвела, не сделала такой малости. Всего лишь постоять на месте требовалось.