Душа пламени
Шрифт:
– Но почему они позволили этому случиться, зная, чем рискуют? Почему не боролись?
– Мне стало страшно от одной только мысли, что подобное могло произойти с кем-то из тех, кого я уже узнала. И с Дилланом.
– В жизни бывают разные ситуации, Лира, уж тебе ли ни знать об этом. У кого-то погиб ребенок, у кого-то возлюбленная, а кому-то просто надоело все время держать себя в руках. Тварь, сидящая в нас, терпелива, дейдре, она никогда не спит, выжидая подходящий момент. А когда душа кричит от боли, обреченности, лютой ненависти, совсем не сложно соблазниться
– Представь себе, что ты заперта в собственном теле, не можешь ни пошевелиться, ни закричать, ни остановить бесчинства, которые творят твои собственные руки. Ты просто наблюдаешь, как всё, что когда-то было тебе дорого, превращается в пыль, и ненавидишь себя за это. Но назад пути уже нет.
– Ты говоришь так, словно сам через это прошел, - тихонько заметила я.
– Не я, дейдре, - возразил он, горько усмехнувшись, - мои предки. Мой прадед, дед, отец - все они уступили тьме.
Он замолчал и отвернулся, а я пораженно смотрела ему в спину, и не знала, что ответить на это признание. Все его предки... Значит и он мог... Нет. Невозможно!
– Но не ты!
– Диллан замер, так и не повернувшись ко мне лицом. Пришлось подняться, подползти к краю постели и, забравшись на колени, заставить посмотреть на себя.
– Ты не поддашься тьме, ясно тебе? Никогда.
– Ты так во мне уверена?
– он пытливо всматривался в мои глаза, ища в них ответ.
– Конечно уверена. Тебе не просто так доверили быть Председателем Совета, Диллан, не только я верю, что тебе под силу держать под контролем тьму.
Какое-то время он ничего не говорил, лишь как-то странно смотрел на меня, заставив смущенно отвести взгляд и попытаться перебраться на кровать. Как бы ни так! Я и пискнуть не успела, как оказалась прижата к груди райта и ощутила, как крепко сомкнулись его руки за моей спиной.
– Спасибо, - глухо произнес он в мои волосы.
– Ничего личного, - я постаралась скрыть дрожь в голосе, вызванную нежными прикосновениями его рук, - ты поддержал меня этой ночью, так что теперь моя очередь отплатить тебе тем же.
– Ничего личного говоришь?
– вкрадчиво спросил он, улыбнувшись.
– Кажется, следует напомнить тебе, дейдре, что я чувствую, когда ты пытаешься меня обмануть.
– Дейдре...
– я решительно отстранилась, стараясь не встречаться с ним взглядом, и все-таки поднялась на ноги.
– Что это означает?
– Тебя это так волнует?
– Диллана явно забавляло, как я пыталась перевести тему.
– Просто интересно, - я пожала плечами.
– Я слышала, как Ольрих так называл Дору. Кроме того, сложно не заметить удивительную реакцию окружающих. Они, по меньшей мере, изумлены. Так что признавайся, райт, какую свинью ты мне подложил на этот раз?
– А ты уверена, что это "свинья"?
– тон мужчины стал очень серьезным, а вот взгляд искрился от смеха.
– Что, если тем самым я выказываю тебе свое почтение?
– То есть, если я назову так ва... нашего, - быстро поправилась
Райт на миг замер, видимо представив себе эту картину, а потом расхохотался, глядя на меня, как на маленького ребенка, с умилением и снисхождением. Это мне не понравилось. Очень не понравилось. И он это заметил, судя по тому, что прекратил смеяться и примирительно коснулся руки.
– Думаю, Тер будет весьма польщен таким обращением, вот только к мужчинам оно не применимо. Так называют...
В дверь постучали, прервав Диллана на полуслове.
– Ваша светлость, - донесся из коридора незнакомый мужской голос, - вас хочет видеть правитель. Он велел передать, что это срочно. Ваша светлость?
– Видимо, придется нам закончить этот разговор чуть позже, - вздохнул райт и, помедлив секунду, решительно отошел от меня, обернувшись лишь возле двери.
– Надеюсь, на этот раз ты не сбежишь?
– в его голосе зазвучал металл.
– Не сбегу, - я спокойно выдержала его взгляд, - но и оставаться здесь не обещаю. Я вправе уехать, куда захочу, особенно теперь, когда все узнали, что я не человек.
– Лира...
– Ваша светлость, вы готовы?
– Проклятье!
– взгляд Драйга полыхнул яростью.
– Хорошо, - вдруг спокойно произнес он, мгновенно взяв себя в руки, - я принимаю твое право покинуть это место, однако прошу тебя лишь об одном: если соберешься уезжать - скажи мне об этом лично, чтобы не пришлось снова переворачивать столицу вверх дном в поисках одной безрассудной цыганки, договорились? Пообещай мне это, дейдре.
– Обещаю, - согласилась я, прекрасно понимая разумность его просьбы.
– Хоть на этом спасибо, - проворчал Диллан и быстро вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Оставшись одна, я подошла к огромному, в полный рост, прислоненному к стене зеркалу и, приподняв измятую за ночь рубашку, осмотрела те места, где еще вчера красовались живописные синяки. Ни следа. Даже шрам от колотой раны исчез бесследно. Кажется, я начинаю видеть плюсы в том, чтобы быть Драйгом. Единственным напоминанием о падении была легкая слабость, не приносившая, впрочем, особого беспокойства.
В дверь вновь робко постучали, и в комнату нерешительно заглянула молоденькая служанка. Рубашку я опустила вовремя.
– Простите, что побеспокоила, миледи, я пришла помочь вам с утренним туалетом.
– С чем?
– растеряно переспросила я.
– Одеться, миледи, - уточнила девушка, не позволив себе проявить ни единой эмоции.
– А, спасибо.
Когда спустя час, искупавшись и сменив свою старую одежду, в которой проспала всю ночь, на прекрасное легко платье, я вышла из комнаты, жизнь уже не казалась мне такой уж плохой штукой. Даже наоборот, я, кажется, начинала привыкать к ее неожиданным поворотам и "подаркам". Кстати, о подарках. Резко остановившись, я поняла, что не могу сдвинуться с места, впившись взглядом в привалившегося к стене Ольриха. Тот мгновенно подобрался, выпрямился и с искренним беспокойством оглядел меня с ног до головы.