Душа осени
Шрифт:
Удара не получилось. Рука ее соскользнула, и, вместо того, чтоб оцарапать, она практически погладила Лиэ по лицу.
– Не могу, - виновато потупилась она.
– Нет, не могу.
– Почему?
– Я... понимаешь, причинить боль, даже такую маленькую... я знаю, что должна, но - не могу.
– Тяжелый случай, - эльф вздохнул.
– Что ж, бывает. А вообще-то славно, что у женщин на меня рука не поднимается. Целее буду. Ну, придется, значит, действовать самому.
Он взял ее руку, примерился и с силой полоснул ногтями по собственной щеке. От души полоснул, с неожиданной
Кирт глухо вскрикнула.
Лиэ дернул щекой.
– О... я причинил боль тебе? Извини, не хотел.
– Нет...
– жрица отняла руку и посмотрела на свои окровавленные пальцы. Рука дрожала.
Царапины получились что надо, глубокие, качественные. Ногти были отменной остроты.
Лиэ почувствовал, как теплая струйка стекает со щеки на шею.
– Хорошо, что рубашку снял, - пробормотал он.
Кирт коснулась его щеки кончиками пальцев, осторожно и нежно.
– Красная...- прошептала она.
– Она красная...
– Конечно, красная, - сидхэ встал, - Какая же еще? Надо бы найти теперь, чем вытереть это... кровопролитие... или кровопускание?
– Как странно...
– Киирт'аэн словно не слышала.
– У тебя тоже красная кровь.
– А ты думала, что она зеленая? Или голубая?
– эльф фыркнул, занятый поисками какой-нибудь ненужной тряпицы.
– У всех живых существ кровь красная и горячая, даже у оборотней-сиэ и гоблинов. За драконов, впрочем, не скажу... Что тебя так удивило? Не так уж сильно мы отличаемся друг от друга, Кирт. По правде, почти совсем не отличаемся... Ага, нашел. Теперь надо промыть.
– Я помогу, - Кирт отобрала у него тряпку и огляделась в поисках какой-нибудь плошки. Нашла кувшин, обернулась.
– Пойдем. Я полью тебе на руки.
Сообща они смыли кровь и вернулись в комнату.
– Теперь - что?
– Теперь, - Лиэ устало потер шею, - еще чуть-чуть поколдуем - и спать. Последнее усилие, Кирт. Сможешь создать нужный фон? Побольше боли и страха, если можно. И покричи, когда я скажу.
Он вновь активировал свое заклятье: оплетавшие комнату невидимые нити стали наливаться светом. Кивнул ей и снова нырнул в транс. Кирт закричала. Она кричала громко и отчаянно, распространяя вокруг такие волны ужаса и боли, что любой сбежал бы от этого кошмара в полной уверенности, что тут происходит убийство под пыткой.
Лиэ колдовал. Кирт кричала.
Долгие звенящие вопли сменились хрипами и стонами. Под конец это были уже бессильные жалобные всхлипывания, но она не останавливалась, пока завершивший колдовство Лиэ не остановил ее.
– Довольно, - он почти рухнул на табуретку и закрыл глаза.
– Думаю, должно сработать. Ну и фон ты сотворила, жрица... даже мне стало дурно.
Он скорее почувствовал, чем услышал ее движение. Открыл глаза. Кирт стояла на коленях на полу перед ним и протягивала ему чашку с водой.
– Спасибо тебе, - просто сказала она.
– Это бесценно, то, что ты сделал для меня.
– За такие вещи не благодарят, - он вздохнул и в три глотка выпил всю воду.
– Ну, теперь спать! Эх, жаль, что нельзя
– Не будут, - мягко улыбнулась она.
– Я - Сон Дракона, помнишь? Моя очередь ворожить. С кошмарами я как-нибудь договорюсь. Если позволишь.
– Разве я могу запретить? Хм... Кирт... я, конечно, могу спать на лавке, но... Если честно, я устал и хочу выспаться, а лавка эта узкая и жесткая, да и одеяло только одно. Тебя не слишком смутит мое хрупкое и стройное тело с краешку этой прекрасной широкой кровати?
– Нет, - Кирт рассмеялась.
– Не слишком! Мне обычно приходится ночевать в значительно менее приятной обстановке! И в безусловно менее приятной компании.
Неизвестно, каким образом, но Кирт и вправду оградила их от дурных снов. Они заснули рядом, быстро и крепко, и никакие кошмары не тревожили их покой.
Правда, остальные посетители таверны о покое и сне могли этой ночью только мечтать. Вопли и стоны истязаемой женщины затихли лишь под утро, когда действие чар слегка ослабело. Впрочем, к тому времени постояльцев в гостинице не осталось вовсе.
А Кирт и Лиэ спали. Засыпая, они старались не касаться друг друга, но во сне все изменилось, они придвинулись ближе, руки и волосы переплелись, дыхание стало ровным и синхронным.
Совместно сплетенное покрывало чар незримо и неслышно колыхалось над ними.
*************************************************************************
Рамборг Лиэссат. Рэир.
На руинах третьей по счету заставы, которую мы обследовали, удача наконец-то повернулась к нам лицом. Хотя... это как сказать. Ээйрэ и Кэрвес спустились в развалины подвального этажа, откуда остроухий Флайн уловил какие-то излучения. И обнаружили там кое-что. Наконец-то.
Небо над Канэ'Каэлл затянули низкие тяжелые облака, надвигался снегопад. Лагерь мы разбили под уцелевшей частью крепостной стены, чтоб укрыться от ветра. Эрил поднялся ко мне (а стояла я на верхней кромке этой стены, где сохранились еще зубцы и остатки лестницы и перехода), оперся о камень, закурил.
Смешно, но больше никто из моих сидхэ не страдал этой привычкой, только Эрил и я. Впрочем, мы тоже не страдали. Мы просто курили.
Раненая Равнина притихла. Смеркалось.
– Здесь даже мох не растет, - сказала я, не глядя на эльфа.
– Мертвый камень, совсем мертвый... Он кажется оплавленным. Драконы?
– Наверно.
– И как только Флайн учуял хоть что-то среди этих старых снов. Я пыталась читать тут память, Эрил. Огонь и смерть, но всё это было слишком давно.
– Рыжий чувствительней нас с тобой, - Эрил затянулся.
– Пробить такой фон, как здесь... даже от него я этого не ожидал.
– Что там было еще, Эрил?
– Кроме тех недавних костей? О... полагаю, нам тут с этим еще работать и работать. Сказать пока могу только одно - там не только человеческие кости. Один скелет точно принадлежал женщине тоэрк. Еще один - или больше, пока сказать сложно, я не до конца уверен... Но, скорее всего, гному. Точнее, гномихе.