Душа дракона
Шрифт:
— Хм. А напавшие на караван, что они хотели? Ведь если спустя какое-то время кто-то начнёт продавать неучтённые артефакты — можно будет легко выйти на заказчика этого бесчинства.
— Так чего на него выходить? И так все знают, что это орден Света. Артефакты они обычно себе забирают. Магов всех вырезают. Совершенно типичное поведение. Все это знают, но доказательств нет. Они всегда через подставных лиц нанимают разбойников, а потом через такие же пустышки у них всё скупают.
— Получается, орден Света прикладывает все усилия к тому, чтобы помешать восстановить утраченные
— Скорее присвоить. Они ведь не дураки и понимают, какую власть дают знания. А потому готовятся к тому моменту, когда станут не нужны баронам Зелёной долины как средство борьбы против Императора. Смешно сказать, те же клирики ордена — это обычные маги, принявшие сан и вышедшие из подданства Его Императорского Величества.
— Вы с ними обмениваетесь знаниями?
— Нет. Они вообще никому за пределами ордена ничего никогда не передают, заявляя, что знания древних открыли в этот мир путь для демонов. Именно по этой причине Боги их и погребли в Серых Пустошах. И не нам смертным идти против божественной воли. В общем, обычные лицемеры…
Вот за таким милым и ни к чему не обязывающим разговором караван вступил в пределы города.
Как и говорил Эдвин, вблизи могучий Сальдор выглядел убого, чем-то напоминая грандиозных размеров аул. Кое-как сделанные стены, грязные улочки с россыпями конских яблок и кривые домики с мизерной этажностью. Конечно, на верхних ярусах, у аристократов, имелись более солидные, а местами и вообще впечатляющие постройки, но в целом всё казалось крайне унылым.
Академия находилась на небольшом искусственном плато в некотором удалении от города, фактически нависая террасой над Лазоревой бухтой. Видимо, по этой причине ни один штурм ни разу не привёл к разрушениям на её территории.
— Грустно всё как-то, — ответил Дэм на предложение поделиться впечатлениями с Архимагом. — Укрепления отремонтированы из рук вон плохо. Бойцов нет. Да и вообще у меня ощущения, что город умирает. Как и Империя. В описанном вами политическом раскладе у неё просто нет никаких шансов, и её не завоевали только потому, что правителям из Эмиратов выгоднее её время от времени грабить, чем брать под свою руку и ввязываться в местные склоки.
— Ты прав, мой мальчик, — после нескольких минут молчания ответил Эдвин. — И не только одна Империя умирает. Весь этот мир катится в какую-то пропасть. Всё равно уже делу не поможешь, и нам остаётся только барахтаться до самого конца, не сдаваясь и стремясь выжить любой ценой, — отметил Архимаг, когда они достигли ворот Академии.
— Делай, что должен, и будь, что будет?
— Да. Именно так, — кивнул мэтр и повёл нашего героя в административный особняк.
Мир Лхасси. Сальдор. Академия магии. Комната испытаний. Спустя три часа
— Молодой человек, — грузный лысый мужчина обратился к задремавшему на скамейке у двери нашему герою, — это вы барон Дэм ля Крё, сеньор дю Соли?
— Да.
— Тогда я прошу вас пройти за мной, — вежливо улыбнулся он, продолжая держать руки где-то в складках одежды,
Внутри был просторный мраморный зал с каким-то странным креслом в центре.
— Проходи. Не бойся, — раздался где-то справа голос Эдвина. Дэм обернулся и слегка вздрогнул — в зале на постаменте гордо восседали семнадцать уже немолодых мужчин и женщин. — Этот артефакт, — продолжил говорить Архимаг, кивая на странное кресло, — достался нам от древних. Он позволяет определить степень и направленность силы, а также потенциал её развития. Ничего плохого он с тобой не сделает и сам процесс проверки будет лишён каких-то неудобств, — закончил Эдвин и кивнул в сторону странного кресла, подозрительно напоминающего что-то ортопедическое, только из непонятного материала.
Дэм аккуратно подошёл к нему шагов на пять и, прищурившись, обошёл его по кругу, внимательно рассматривая.
«Ты смотри, — мысленно произнесла Дризела так, чтобы все почётные мэтры, присутствующие на процедуре, её услышали. — Как интересно он двигается».
«Прямо-таки ящерка… голову наклоняет и поворачивает так, чтобы одним глазом смотреть», — согласился магистр Зельдер.
«А на мордочке такое любопытство, словно игрушку себе новую нашёл… — добавила Дризела. — Экий он странный. Мэтр Эдвин, где вы говорите, его нашли?»
«В Пустошах. Хотя он утверждает, что он барон с полей Сильванты. И документы есть, но… сами видите, он такой же барон, как я портовая шлюха».
«Очень интересный экземпляр, — снова отметилась Дризела. — Аура вроде похожа на человеческую, только…»
«Только очень странная и невероятно плотная… — заметил Эдвин. — Да и парень совсем не прост. Для того, кто вырос в глухой провинции, слишком ясно мыслит».
— Дэм, — раздался голос Эдвина. — Я же говорю — не бойся. Ничего плохого с тобой не произойдёт. Мы ждём.
Вместо ответа парень кивнул, нерешительно сделав несколько шагов, сел в кресло и расслабился.
Несколько секунд ничего не происходило, а потом вдруг из кресла вынырнули какие-то отростки, надёжно фиксируя тело Дэма, и в голове послышался шёпот. Так, словно кто-то пытался с ним разговаривать. Он прислушался. Незнакомые слова стали кое-как всплывать в памяти, словно давнишние воспоминания, забытые когда-то…
И чем дальше парень слушал, тем больше обалдевал. Да и как тут не выпасть, если незнакомый голос фактически отчитывался о ходе загрузки… — загрузки! — коммуникационного узла и прочих увлекательных вещах, которые совершенно не сочетались с той разрухой, что творилась на просторах этого мира.
Через некоторое время шёпот усилился, превратившись в многоголосье, и Дэм почувствовал лёгкое покалывание. А в воздухе прямо напротив него всплывали небольшие голографические объекты с разнообразной информацией… о нём. К счастью, не биографического толка. Впрочем, во всём этом мельтешении он мало что понимал, хотя письменность, слава Хель, была ему знакома.
Наконец всё завершилось, и, выстроившись в сводную таблицу, завершили свой путь по голограммам значки, а отростки наконец-то отцепились и прекратили фиксировать тело юного барона.