Дурнушка
Шрифт:
— Рон, я согласна стать твоей женой. Назови только время и место.
3
Дорин еще раз критически оглядела себя и сокрушенно вздохнула. Зеркала под рукой не оказалось, так что задача выдалась не из легких. Однако и так было ясно, что пиджак смотрится просто великолепно, — еще бы, это был не безразмерный свитер из магазина готовой одежды, а самое настоящее произведение портновского искусства, «от кутюр»! Но вот та, на ком он надет…
Что подумает папа?
Дорин с тоской посмотрела
Дорога до вокзала была сущим адом. Больше всего на свете Дорин ненавидела водить машину ночью. Фары встречных машин слепили, светофоры зловредно подмигивали красным глазом, стоило подъехать, а переключатель передач волшебным образом менялся местами с указателями поворота и прочими кнопками, предназначение которых девушка как-то позабыла.
К тому же на этот раз Дорин терзалась мыслями о собственной внешности. В самом деле, что подумает отец? Чудесные вещи от лучших дизайнеров смотрятся на ней примерно так же, как, скажем, седло на корове. Как она выглядит? Чудовищно? Как жалкая шлюха? Или просто до крайности забавно?
Впрочем, не столь уж и важна реакция отца. Но Роналд, вероятно, отнесется к ее обновкам так же.
А во всем виновата Патриция!
В конце прошлой недели она свалилась как снег на голову, разбудив Дорин в девять утра таким стуком в дверь, словно за ней по пятам гналась стая разъяренных псов. И что же услышала открывшая ей дверь подруга? Приветствие? Ничуть не бывало!
— Немедленно едем в Лондон! Я взяла отгулы специально для этого. Боже мой, до свадьбы десять дней, а ты и пальцем не шевельнешь! Хоть обдумала, что наденешь? Конечно нет! А спишь, словно двадцать праведников! Одевайся! Пора в путь! Кстати, где твой отец?
— В городе. По делам уехал на неделю, — только и смогла выговорить ошарашенная Дорин.
— Отлично! Мы присоединимся к нему. Правда, твой почтенный батюшка об этом не узнает… Тем больший сюрприз для него. Зато не придется просить разрешения, как ты обычно делаешь. Бери деньги — и вперед! Только дверь не забудь запереть.
— Да ты с ума сошла!
— Отнюдь. Я решила на время превратиться в добрую фею-крестную или ангела-хранителя. Так что, милая Золушка, серебряных платьев и хрустальных туфелек тебе не избежать! С каретой, конечно, возникнут затруднения…
— Но…
— Никаких «но»! Я сделаю из тебя человека. Ты будешь в восторге. А если не ты, то Роналд.
Только не он. Дорин тяжело вздохнула. Этот человек выбрал ее за то, что она мышка, а не райская птица. Спокойная, мягкая, незаметная…
— Но он сделал мне предложение. Значит, я ему нравлюсь такой, какая есть. До последней родинки.
— Ставлю тебе «пятерку» за правильное использование ситуации. Я же говорила! — лукаво подмигнула Патриция. — А твое преображение будет как взбитые сливки к
Перед глазами Дорин всплыла очень яркая сценка — самое четкое и болезненное воспоминание детства. Мама, милая мама застегивает на ней кружевное платьице с оборочками, завязывает бантики в волосах. Отстраняется, чтобы оценить плоды собственных усилий, и безнадежно вздыхает.
— И зачем я трачу время? — говорит она, недовольно хмурясь. — Выпрямись же наконец и перестань гримасничать! Ну почему ты ни капельки не похожа на твою подружку Падди? И в кого ты такая уродилась? Вот уж не в меня!
Впервые в жизни Дорин охватило яростное желание доказать, как женщина, недостойная зваться матерью, ошибалась. Кто знает, если воспользоваться советами лучшей подруги, может, и правда удастся стать привлекательнее?
Три дня, проведенные в Лондоне, оставили очень странные ощущения. Вернувшись домой вчера вечером, Дорин почувствовала себя купцом, привезшим из заморских стран дорогие наряды. Ей с трудом удалось дотащить все приобретения до дома. А результат? На столе громоздится гора косметики, шкаф завален дорогой одеждой, волос стало вчетверо меньше, а в банковском счете зияет преизряднейшая дыра. Тут даже самого заядлого оптимиста взяли бы сомнения.
Пока они носились по городу как сумасшедшие, безграничной энергии Патриции хватало с лихвой на обеих. Но в тиши, в привычной пустоте отчего дома, Дорин начало казаться, что она совершила ошибку.
Конечно, умело постриженные, подкрашенные до золотисто-каштанового оттенка волосы выглядели замечательно. Но одежда… Дорин просто заставили купить все это, даже не спросили. Как там говорится про седло и корову? Уже потом, стоя на продуваемом холодным ветром перроне, Дорин вспомнила поговорку до конца.
Кажется, помимо изрядного количества денег, она потеряла себя. Ну, не совсем себя, а привычное ощущение защитного панциря, которое дарила немодная, свободного покроя одежда. Роналд нуждался в тихой, незаметной жене, которая поможет ему вести хозяйство и будет удерживать на расстоянии претенденток на богатенького жениха. Когда он увидит ее, разодетую как девица легкого поведения, не отменит ли свадьбу?
Дорин вновь посмотрела на короткую черную юбку и сапоги на высоком каблуке, подчеркивающие стройность ног, и повела плечами. Может, будет к лучшему, если свадьба не состоится? Зря она согласилась.
Причина подобного шага, конечно, заключалась в том, что отец даже не намекнул на свои обширные планы. Но стоит ли зачеркивать собственное будущее, выходя замуж — если про фиктивный брак можно так сказать — за человека, который никогда ее не полюбит? Если бы еще она была равнодушна к Роналду, тогда другое дело.
Поезд наконец-то прибыл. Через некоторое время она заметила отца в толпе пассажиров и решительно выпрямилась. Но он не взглянул на нее и прошел бы мимо, если бы дочь не окликнула его.