Дурман любви
Шрифт:
По мере перечисления она выкладывала все эти вещи на кровать. Когда же на свет появилась уложенная в круглую коробку несуразная соломенная шляпа с большими полями, Кларисса не выдержала.
– Хватит! – крикнула она. – Все это старое барахло меня совершенно не интересует.
Мне нужна более или менее приличная одежда, чтобы я могла показаться на люди. Я куплю себе что-нибудь подходящее в универмаге и обещаю уплатить за все, что вы мне временно одолжите. Если вы принимаете кредитные карточки, я могу рассчитаться с вами прямо сейчас. О, дья… то есть, Боже милосердный, я потеряла
– Мистер Мартин сказал, что заплатит наличными и, безусловно, сделает это. А уж вы можете уладить свои счеты с ним, – промолвила мадам Роза, невозмутимо выслушав негодующую тираду Клариссы. – Что до платьев, можете мне поверить, это самые простенькие из всех. Оба прекрасно сочетаются с вашими темными волосами и изумительными серо-голубыми глазами. Если у вас нет кошелька, я вам его дам. И если кто-нибудь явится сюда расспрашивать о вас, я не скажу, где вас искать. Наверное, вам не терпится уехать из Богемия-вилидж. Мне не раз доводилось помогать молодым женщинам, попавшим в беду, и на меня вполне можно положиться. Вы ни на кого не похожи, и у вас, судя по всему, много тайн за душой. А теперь не хотите ли вымыться после купания в этом грязном канале?
Внезапно переменив тему, мадам Роза пресекла новый всплеск негодования у Клариссы, которая уже готовилась произнести вторую речь – столь же бессвязную, как и первая. – Мне не хотелось бы затруднять вас. Кларисса Джейн Каммингс будет принимать ванну в заведении мадам Розы! Нет, это просто немыслимо…
– Вы меня ничем не затрудняете. Мистер Мартин оплатит все расходы. Идемте со мной.
Смежная с гардеробной комната была отведена под ванную. Две черные девчушки, похожие как близнецы, заполнили медную лохань горячей водой. Мадам Роза вручила Клариссе кусок мыла и халат с кружевными манжетами.
– Когда закончите, вернитесь в гардеробную, – сказала мадам Роза. – Девушки помогут вам одеться. А мне надо идти вниз. Я должна приглядывать за клиентами.
Кларисса была так взвинчена, что могла бы удариться в слезы по малейшему поводу. Особенно раздражала ее липкая от грязи кожа. Она посмотрела на лохань с горячей водой, потом понюхала мыло – разумеется, от него пахло розами.
– О, дьявольщина, – пробормотала она с невольной улыбкой. – Будь что будет, а вымыться не помешает.
Через полчаса, свежая и благоухающая розами, Кларисса позволила, чтобы негритянки, которых звали Эмми и Люси, одели ее в серое платье с цветочками.
– А вот этого не надо! – решительно заявила она, едва завидев плотный корсет с прокладками из китового уса. – Я участвую в инсценировке не по своей воле и не обязана соблюдать все детали. Избавьте меня от всяких старомодных штучек…
– Корсет вам, собственно, и не нужен, – заметила мадам Роза. – Вы слишком худенькая, мисс Каммингс. Надо будет усиленно питаться, чтобы ваши платья хорошо сидели.
– Такого совета мне еще никто не давал, – сказала Кларисса. – Я всю жизнь сидела на диете.
– Люси, Эмми, запакуйте вещи мисс Каммингс в эту коробку и отнесите в повозку мистера Мартина. Она стоит перед выходом. И пошевеливайтесь! Мистер Мартин уже выказывает нетерпение.
– В повозку мистера Мартина? –
– Было решено, что вы поживете несколько дней у него на ферме, – сообщила мадам Роза.
– Кто это решил? Неужели он посмел? – воскликнула Кларисса, и глаза ее вспыхнули. – Я не обязана подчиняться ни одному мужчине! Отныне я сама буду распоряжаться своей судьбой. Где он? Я сама скажу ему об этом, можете не беспокоиться.
– На вашем месте я не стала бы ему перечить, – мягко сказала мадам Роза.
Это замечание несколько отрезвило Клариссу, и она, помолчав, спросила:
– А вы хорошо знаете Джека Мартина? Мадам Роза улыбнулась, словно бы угадав тайную мысль Клариссы, а та добавила нерешительно:
– Я подумала, что вы и Сэм Маккензи…
– Сэм мой старый друг, – прервала ее мадам Роза.
– А Джек Мартин тоже к вам приходит? Кларисса сама не знала, почему с языка у нее сорвался столь нескромный вопрос.
Обычно она проявляла больший такт по отношению к людям. Какое ей, собственно, дело до того, спит ли Джек Мартин с девушками из борделя в будние дни, а с мадам Розой – по воскресеньям?
– Я сама давно уже не работаю с клиентами, – ответила хозяйка заведения с полным хладнокровием. – У меня много других хлопот. Большинство из тех, кто роет канал, приходят ко мне… десятники и подрядчики также, однако мистер Мартин бывает здесь реже, чем другие. У него нет какой-то особой привязанности, хотя девочкам он очень нравится, потому что ведет себя учтиво и всегда приплачивает сверх положенного.
Покраснев от смущения, Кларисса вышла из гардеробной и направилась к лестнице. Мадам Роза крикнула ей вслед:
– Будьте осторожны, мисс Каммингс. Вы очень простодушны, а про него это не скажешь.
– Я ненавижу мужчин, – заявила Кларисса, обернувшись. – И мистер Мартин меня совершенно не интересует.
– Конечно, конечно, – промолвила мадам Роза с улыбкой, полной искреннего сочувствия, ничуть не похожей на гримасу, с которой хозяйка публичного дома встречает самых щедрых своих гостей. – Я хорошо знаю таких женщин, как вы, мисс Каммингс. Я сама была в подобном положении… меня тоже предали и унизили. Понятия не имею, что именно совершил ваш муж, но, кажется, одной изменой дело не ограничилось. Но в чем я совершенно уверена, так это в том, что вы никогда не испытывали подлинной радости в объятиях мужчины. Когда это случится, вы полюбите. Поэтому выбирайте себе друга крайне осторожно. Не позволяйте разбить свое сердце – обломки вам уже не склеить.
– Мое сердце уже разбито. Ни одному мужчине не удастся сделать это еще раз. В любом случае, не все в жизни зависит от секса.
– От секса, конечно, не все зависит, – сказала мадам Роза, и ее холодные скандинавские глаза потеплели. – А вот от настоящей любви зависит все. Берегите свое сердце, мисс Каммингс. И опасайтесь мистера Джека Мартина.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
– Если вы не желаете вернуться домой, – твердо произнес Джек Мартин, – и не намерены остаться в заведении мадам Розы, то у вас нет другого выхода. Вы должны ехать со мной.