Думсдэй: Пацаны
Шрифт:
Потребность в одежде удовлетворили несколько безразмерных футболок, толстовок и тянущихся спортивных штанов. Единственное, что я не заказывал - это обувь и некоторые вещи для тренировок, которые пришлось идти выбирать в спортивный магазин, терпя подозрительные взгляды охраны и продавцов.
Впрочем, похер. Главное, что когда я в очередной раз поехал «прокачиваться» на свалку, у меня с собой было все необходимое для комфортной тренировки. Насколько это вообще могло быть возможно на свалке.
Старик Бэн, который вновь пародировал верблюда со своим табаком, сплевывая при каждом удачном моменте, взялся заменить глушитель и подшаманить
После этого, цифра от скряги Бэна вовсе казалась смехотворной, хоть я и поторговался немного еще. Несмотря на дрянной характер и явный расизм, с железом он обращался конечно мое почтение. Не зря Мигель посоветовал обратиться именно к нему. Успел насмотреться на его работу, пока круги наматывал.
Так что пока он возился с тачкой, я как раз вновь издевался над собственным телом. На этот раз даже с минимальным комфортом. По крайней мере атлетические перчатки, пояс для становой и магнезия - позволили мне существенно увеличить подъемы в становой. Да и в целом результаты были заметно лучше, чем даже с прошлой тренировки… Надеюсь, это не из-за того, что я в очередной раз откинулся.
В перерыве между кругами, вместо вкусных тако, закинул в себя тройную порцию гейнера, судя по ощущениям провалившуюся куда-то в пустоту. Немного отдохнул, присматриваясь к отданным мне на откуп кучам хлама, и присмотрел для себя одну симпатичную дверь от самосвала.
– Бам.. Бам! БАМ!
– раздавались на свалке громкие удары по железу, пока я, переставляя на месте несчастной двери гребанного доктора, мутузил несчастную дверь сбитыми в кровь кулаками.
– Блять, да хорош уже!
– войдя в раж, не заметил я подошедшего совсем близко недовольного старика.
– Что такое?
– прервал я свое занятие, удовлетворенно посмотрев на вогнутую в обратную сторону дверь.
– Что - что, заебал со своим грохотом, говорю, - вновь сплюнул тот на песок.
– Раньше тебя шум не беспокоил, - недовольно заметил я.
– Раньше ты дверь час не лупасил, - ответил Бэн.
– Оно конечно понятно, ты там супер-хуюпер, платишь хорошо, но я не хочу час подряд слышать постоянный грохот, как в шахте. Если хочешь, могу тебе мешок песка набрать, даже бесплатно - явно не хуже будет. Или столб вкопаем, обмотаешь чем-нибудь. У меня уже голова болит от этого шума!
– Ясно, - задумался я. Так-то я хотел боксерскую грушу купить и здесь присобачить где-нибудь, но так даже лучше а, главное, бесплатно.
– Давай и то и то.
– Кх-м… - крякнул старик, слишком поздно видимо осознав, что предложил что-то бесплатное.
– Ладно… тогда помогай давай. Лопата в пристройке.
Сегодня я тренировался не до полного изнеможения, как в прошлые разы, но где-то около того, рассчитывая восстановиться через несколько часов. Просто помимо тренировок, компромата и поиска способа получить препарат Ви, у меня висела еще важная задача,
Энтони Майлз - еще один воспитанник института Ред Ривер, какое-то время мелькал в новостях, как какой-то ноунэймный супергерой, исчезнув с радаров сразу же после парочки публикаций. И, на самом деле ему повезло, так как остальные детишки из потока с Ньюман - по несчастливой случайности погибали в самых разных «случайных» происшествиях. Кого-то сбила машина, кто-то погиб в перестрелке банд. Один паренек и вовсе самоубился…
Не очень-то похоже на правду, если честно. Особенно, зная, что объединяет все эти несчастные случаи. Похоже, Эдгар в серьез подошел к вопросу безопасности тайны личности своей воспитанницы. Почему самого Тони не тронули - для меня оставалось загадкой. Может быть его способности повлияли. Он был единственный из всех ребят, у кого были действительно стоящие силы, а не возможность плеваться кислотой, или стрелять шипами.
А, может быть, все дело было в том, что он был близким другом Виктории, и Эдгар не стал его трогать на случай, если та вдруг вспомнит о старом товарище. Не знаю. Но сейчас Майлз, судя по базе ЦРУ, работал на заправке, за несколько сотен километров от Нью-Йорка, в маленьком городке.
У меня была его фотка с водительского удостоверения, место работы и жилья. Больше ничем примечательным программа порадовать не могла, кроме разве что информации о том, что тот исправно платит налоги. Даже штрафов за неправильную парковку на этом парне не висело. Собственно ради долгой поездки я так поспешил обновить машину. Было бы не очень приятно, если бы я застрял где-то на хайвее от лопнувшего колеса.
Так что, на всякий случай незаметно одолжив у старика кувалду, я отправился… немного побеседовать с пареньком. Надеюсь, до столкновения, конечно же дело не дойдет.
Когда человек садится в спортивную машину с мощным мотором, его ощущения начинают меняться с самого момента, как он касается дверной ручки. Тяжёлая дверь с характерным металлическим щелчком открывается, и он усаживается в кожаное кресло, словно обволакивающее его тело. Кресло низкое и плотное, каждый изгиб идеально подогнан, будто машина создана специально для него. Руки ложатся на руль — мягкий, обшитый кожей, с чуть шероховатой поверхностью, дарящей чувство контроля.
И я не был исключением. После замены глушителя, а также некоторых деталей, за которые Бэн выставил отдельный счет, машина ощущалась немного по-другому. Не как мощное, но гремящее на кочках ведро, а как настоящий спортивный болид.
В душном городе весь кайф от обладания подобной тачкой был несколько смазан достаточно сильными ограничениями, постоянным нахождении в потоке. Но едва я преодолел мост, нога сама потянулась к педали газа, разгоняя Джавелин до его максимальной скорости.
Поездка по американскому хайвею на мощной машине — это не просто движение по дороге, это чувство абсолютной свободы, подкреплённое рёвом двигателя и безграничными горизонтами. Асфальт под колёсами — гладкий, тёмный, словно бесконечная лента, раскатанная специально для тебя. Мотор гудит низким, мощным звуком, как зверь, пробуждённый к жизни, готовый к скорости и путешествию.