Думсдэй: Пацаны
Шрифт:
Он помнил тот момент, когда его шантажировали. Это было оскорблением. Кусочек его могущества, его власти — был вырван у него. Он, самый сильный человек на планете, должен был теперь оглядываться на того, кто осмелился его поставить на колени. В груди поднялась волна гнева, и он остановился посреди коридора. Его ноздри раздувались, дыхание стало тяжёлым, и казалось, что стены вокруг начали дрожать от его внутреннего напряжения.
Но он сдержался. Под его кожей пульсировала невыразимая ярость, но внешне он оставался спокойным. Он знал, что не может позволить себе вспышки. Не сейчас. Пройдя на балкон, он взлетел в небо. Высоко над городом, где не было ни камер, ни глаз,
«Я мог бы уничтожить их всех», — думал он. Лёгкое движение его руки, и город мог бы превратиться в пепел. Но вместо этого он оставался в воздухе, зажатый между своими желаниями и долгом поддерживать иллюзию. И это осознание — что даже он, Хоумлендер, находится в чьих-то руках — разъедало его изнутри.
– Почему, блять, земляной ястреб?
Я до сих пор не мог понять, как мужика с молотами вместо рук назвали именно так. Строго говоря, конечно у него вместо рук были все же не настоящие молотки, просто верхние конечности подверглись сильной мутации. Пальцы скрючились и срослись в уродливого вида покрытые костяной броней булавы, которые тот закрыл специальными черными перчатками. Издали конечно можно было спутать с молотком конечно, но не больше.
– Вроде бы раньше его руки были похожи на когти, вот и назвали так, - ответил мне Француз, что-то на ходу допиливая в своем очередном вундерваффе.- Не самая лучшая способность конечно...
– Ага, пиво открывать явно неудобно, - усмехнулся Бучер.
– Да и дрочить, наверное, тоже.
– ....
– словила фэйспалм Кимико, что-то быстро жестикулируя Французику.
– не знаю, Мон кер, - отозвался тот.
– Наверное, потому что он мудак.
– Ты это сейчас про кого спизданул?
– с подозрением повернулся к Сержу Бучер.
– Так про «Граундхока», и бровью не повел тот, - Про кого же ещё... Все, готово.
Протянул он мне устройство, похожее на большой, черный...
– Ты уверен, что сработает?
– скептически оглядел я херовину с большой кнопкой.
– Что-то не очень это похоже на шприц.
– На дилдак это похоже, говори прямо, - встрял Бучер.
– Французу что ни дай, либо взрывчатка, либо фаллосы получаются.
– В прошлый раз, ты вроде не жаловался, - огрызнулся тот.
– Потому что в прошлый раз взрывчатка была, - оскалился Мясник.
– Все самое лучшее ты...
– Как этой поеботой пользоваться?
– прервал я очередную остроту. Мы уже почти приехали, и по собственной инициативе я сдуру вызвался вновь испытать творение Француза. Если я лезу к таким как Ньюман, и компашка Твердыни - мне срочно был нужен опыт сражений с суперами. Те разы, когда я огребал пиздюлей не считались.
Да и выбора особого не было - я да Кимико. Ей, к слову, Француз вручил устройство менее похожее на дилдак, чем у меня.
– Tout va bien. Кнопка одна, не промахнешься, - улыбнулся Француз, показывая на большую кнопку в навершии.
– Предохранитель тут. Просто поднеси близко к любой части тела и армированный наконечник под воздействием пневмо-заряда пробьет его кожу, впрыснув снотворное. Такая доза и слона свалит. Ему тем более хватит, я полагаю...
– Ну раз так, то конечно, - хмыкнул я, услышав знакомое слово. Нет, понятно, что со стопроцентной
– Приехали, на выход, - остановил тачку Мясник. И я, натянув маску, захватив все необходимое, первый вышел наружу.
За мной из машины выскользнула Кимико. Мясник также вышел из тачки, поменявшись местами с Французом, который отогнал фургон немного подальше и вновь принялся наблюдать за обстановкой. Мы двинулись ко входной двери, Кимико к заднему выходу.
План А, разработанный Эм-Эм был прост. Если проштрафившийся супер, которому грозило до десяти лет особой тюрьмы для суперов, откажется сдаваться - врубить установленные на фургончике излучатели высокочастотного сигнала, затем просто и без затей погрузить дебошира в сон.
Помимо творения взрывотехника, у нас также были автоматы со снотворным. В целом, что-то да должно было сработать. Теоретически. На практике же все как обычно пошло по пизде, с первой же минуты.
Глава 31
— Чуваки, на Рождество мне подарят футбольный шлем!
— Откуда знаешь?
— Я видел, как мама прятала его в шкафу.
— А я тоже наблюдал за мамой и знаю, что она подарит мне супер-ультра-вибратор 2000!
— А что это?
— Не знаю, но звучит круто.
Дом, в котором жил неуравновешенный супер, сразу вызывал ощущение запустения и хаоса. При том, что район на самом деле был довольно богатым. На остатки былой роскоши намекало и само строение. Большое двухэтажное здание с большим двором, позади которого был парк.
Вблизи, правда, оно выглядело довольно обветшалым: потрескавшаяся краска на стенах, заваленная листьями крыша и заросший двор, за которым давно никто не ухаживал. Пустые бутылки валялисьу крыльца, как немые свидетели ночных запоев, а дверь была то ли сломана, то ли просто уже не запиралась, что придавало дому ощущение уязвимости и заброшенности.
– Руки вверх, работает ЦРУ!
– вместе с Мясником ворвались мы через хлипкую дверь, изнутри покрытую сетью вмятин и сколов, оказавшись в просторной комнате полной мусора и сломанных вещей. Бутылки, коробки от готовой еды, разбросанные валялись на полу, мебель была изрядно ушатана или сломана. По центру комнаты стоял огромный порванный диван напротив огромной разбитой плазмы с разбитой приставкой и джойстиками, довершая картину какого-то притона.
На самом диване в странной позе сидел небритый огромный супер в зеленой маске, закрывающей часть лица и правда отдаленно напоминающей голову ястреба. Сам он был явно таким же запущенным, как и дом - жирное тело, огромный рост, и здоровенные, до сих пор увенчанные мускулами длинные руки, оканчивающиеся большими черными кулаками, в черных перчатках. На «Ястребе» был распахнутый розовый халат, а своими «молотками» тот осторожно держал…
– Это, блять, что, лоли?
– потрясенно проговорил Мясник, уставившись на раздетую куклу японского аниме персонажа, к которой пристроился бугай в маске, зажав голову той между двух своих молотов, которыми оканчивались запястья. Сквозь распахнутый халат было видно, что его кожа, начиная с рук, покрыта серыми наростами, создававшими отталкиващее впечатление, как и вся картина в целом.