Духова гора
Шрифт:
Сестра заклинателя выудила из печи большой горшок, разложила по мискам сытную набухшую кашу из перловки и кусочки поджаренного индюшачьего мяса. В тишине завтрака под смеющимся взглядом Аргора и любопытными взорами Любавы, было уютно и тепло, будто всю свою жизнь я провела среди них.
— А как там по ту сторону завесы-то? — не выдержала русоволосая женщина, с жадным вниманием разглядывая моё лицо.
— По ту сторону? — я напряжённо наморщилась, но мысли и воспоминания разбредались прочь, не давая себя ухватить, а охраняемый рысью туман на памяти словно стал гуще. — Помню только ведаря, деда Михася, и
— Жаль, — Любава огорчённо вздохнула, но в таких знакомых карих глазах вновь зажглось любопытство. — А каково оно — зверем быть? Интересно небось? Все звуки, запахи доступны, непостижимое всё…
— Человеком лучше быть, — слабо улыбнулась сестре заклинателя.
— Любава, — Аргор попытался сердито сдвинуть брови, но счастливый блеск в глазах помешал его затее. — Ты погоди донимать вопросами, пусть в себя придёт хоть немного.
— Да нешто я донимаю? — лукаво рассмеялась молодая женщина. — Ты лучше скажи когда в кузню пойдёте?
— Любава! — мужчина не выдержал и рассмеялся.
— Ну что Любава? — сестра округлила глаза и показала брату язык, совсем как задорная девчонка. — Я тридцать лет уже Любава, пожила на свете и вижу всё, чай не глупая.
Я недоумённо перевела взгляд с Аргора на Любу, но посвящать в смысл странного разговора меня никто не спешил. Тёплый травяной чай в глиняной кружке согревал ладони и приятным послевкусием оставался во рту. Семейная ироничная перепалка добавляла уюта этому утру и раздавшийся стук в дверь совсем не встревожил, покой и тепло вдовьего дома дарили какое-то умиротворение и леность. А может, виной всему был не совсем окрепший организм?
Аргор молча впустил в дом виденную мной на дороге ведьму, названную Купавой. Любава, снова засуетившись и мигом растеряв всё расслабленное спокойствие, освободила пожилой женщине своё место.
— Вы обождите снаружи пока, — узловатые пальцы на ладони Купавы взмахнули в сторону выхода из дома.
Заклинатель и его сестра подчинились ведьме, только Аргор на минуту замер на пороге, окинув старушку сумрачным взглядом.
— Иди, иди, — поторопила его седовласая женщина. — Не обижу я твою зазнобу, не затем здесь.
Бросив на меня нежный и вместе с тем тревожный взгляд, заклинатель скрылся за дверью, прикрыв её за собой.
— Вот теперь и поговорить можно, — ведьма отложила дорожный посох и похлопала ладонью по скамье рядом с собой. — Ты садись ближе, разговор у нас долгий будет.
Купава подождала пока я пересяду к ней и окинула меня цепким внимательным взглядом.
— Ты, Мира, послушай, что расскажу тебе, а потом решать будешь. Выбор твой не сделан ещё и судьба не написана, хоть на тропу ты и ступила уже.
Ведьма взяла мои руки в свои, осторожно сжимая. Тонкие костлявые ладони с пятнышками возрастного пигмента, странно горячие, словно делились со мной своим жаром.
— Наши миры когда-то бок о бок шли и не знали бед ни здесь, ни там, — вздохнув начала Купава. — Раньше и не знали мы, что в другом мире живём. Что твой мир — он по ту сторону. Мы одним богам поклонялись и жертвы на одних алтарях приносили. Но пришла беда откуда не ждали и боги наши не захотели мир этот скверной пачкать. Возжелал один воин власти великой, над всеми странами и городами.
— Вы простите, но я тут при чём? — зверь, почуяв мой страх, выбрался ближе и весь обратился в слух.
— А это от тебя зависит, Мирослава, — по-доброму улыбнулась старушка. — Всё, что на пути у тебя, оно уже ведомо. Только выбор твой судьбу решит.
— Я не понимаю, — растерянно перевела взгляд с рук ведьмы на её лицо.
— А ты поймёшь, когда время придёт, — отмахнулась Купава. — Так о чём я? Ах, да. Когда миры закрыли друг от друга завесой, оказалось, что есть цена у этого. Всё то, что раньше под покровом ночи жило, в снах страшных, да легендами обоих миров полнилось, ожило и стало княжествам досаждать. По одной напасти на княжество. И отвести напасть эту только пара полная может. Как оно происходит, то никому не ведомо, да только ежели князь княжну свою нашёл, кошмары отступают и смиреют, начинают Привратникам подчиняться, да служить им. От вурдалаков лишь в том спасение есть — княжну Радомиру отыскать надобно, да только по доброй воле она пойти с ним должна.
— А Аргор? — на глаза навернулись слёзы и померещившийся запах грозы вызвал тошноту.
— А что Аргор? — ведьма насмешливо подняла бровь. — Не написана судьба твоя ещё, слушаешь ты, али нет? Два пути у тебя, как и говорила я. Либо сохранишь ты вид человеческий, либо оборотнем и останешься до дня последнего. Тот, кто ближе тебе, с ним без боли оборот происходит. А коли нет его рядом — зверь и погубить может. Судьба коварная и испытаний много уготовила, от того как пройдёшь ты их и выбор сделается.
Купава поднялась со скамьи и взяла отложенный посох.
— Ты — Мирослава, — опёршись на посох, ведьма сделала несколько шагов к дверям. — Имя это твоё теперь, всё ненужное топь забрала, как и видела я. Память лишь прибавляет терзаний, а нет памяти и печали лишней нет. Имя ты обрела, а путь свой вдумчиво пиши. Мы в последний час с тобой ещё свидимся, а вот каким он будет, мне не ведомо пока.
— Но… — от разговора с Купавой я лишь ещё больше запуталась.
— Не могу сказать я больше, чем уже сказала, — с сожалением произнесла седовласая и, махнув рукой, не прощаясь, вышла из дома.
Спустя несколько мгновений меня снесло ураганом по имени Аргор, прижимающим к своему сердцу мою растерянную душу. Заклинатель устроил меня у себя на коленях и пытливо заглядывал в глаза, но даже он не смог объяснить мне смысла ведьминых слов. Только хмурился всё больше, а потом расслабился словно принял какое-то решение.
— Мира, — Аргор выудил из нагрудного кармана рубахи сплетённое из бересты колечко и вложил в мою ладонь. — Ты — моё сердце. Прими мой дар и позволь скрепить наши души.