Духи гор

Эндрюс Ник

Рядом с киммерийцем корчился от боли пикт лет двадцати пяти. Нахор рассек ему клинком живот, и бедняга судорожно пытался удержать кишки руками. На его губах образовалась кровавая пена. Без жалости и сострадания северянин ударом меча пригвоздил раненого к земле, и это скорее было милосердие, чем жестокость.

Местные жители неторопливо осматривали тела. Своим воинам оказывали помощь, врагов добивали. Опершись на рукоять клинка, Конан задумчиво осматривался по сторонам. Что-то ему в поведении противника не понравилось.

— Спасибо

за помощь, — послышался знакомый бас.

Наемник обернулся. Шагах в пяти стоял Свен и трое его телохранителей. У одного из них левая рука висела, словно плеть. Наверняка сломана ударом дубины.

Досталось в сражении и вождю. Наконечник копья прошел по голове вскользь, разорвав кожаную шапку, срезав часть волос и повредив ухо. Рана была несерьезной, но крови натекло немало. Как настоящие киммерийцы, туноги не показывали, что испытывают боль. Лишь цвет лица и плотно сжатые губы выдавали их состояние.

— Мы отплатили за гостеприимство — вымолвил северянин.

Предводитель подошел к трупу и ногой перевернул его на спину. Две белые полосы на щеках, одна на носу, а между — странный красно-черный рисунок. Пожав плечами, Свен удивленно сказал:

— Впервые вижу таких…

— Это пикты, — пояснил Конан. — Они живут за Черной рекой, на побережье Западного моря, в густых труднопроходимых джунглях. Не думал, что мерзавцы решатся так далеко вклиниться в Киммерию. Отвратительный народец. Любят нападать из засады. Сражаться с ними в лесу равносильно самоубийству. Это их родная стихия. Пикты умеют сливаться с растительностью.

— Наши наблюдатели проглядели врагов, — с горечью констатировал вождь. — Охрана на вышке вырезана, дозор в лесу — тоже, хорошо хоть караульные вовремя заметили противника… мы сумели не пустить их в деревню.

— Я не удивлен, — с равнодушным видом заметил наемник. — Меня беспокоит, куда они делись. Пикты — большие упрямцы и легко не сдаются. Удар в спину — вот та тактика, которую эти разукрашенные убийцы постоянно применяют.

— Значит можно ждать нового нападения? — в голосе Свена прозвучало волнение.

— Не знаю, — киммериец пожал плечами. — Но я бы не расслаблялся. И возьми под охрану, женщин и детей. Ублюдки вырезают всех подряд.

Путешественники двинулись в обратный путь. Пора отправляться в горы. Светлое око Митры уже наполовину показалось из-за горизонта, и скоро окончательно рассветет…

Но воины не успели сделать и десяти шагов, как на востоке раздался безумный вопль. Следом послышались отчаянные, истеричные крики женщин.

— Клянусь зубами Нергала, нас опередили, — проговорил Зебах, глядя на гиганта.

— Проклятые твари, — процедил сквозь зубы Конан, вновь обнажая меч.

Туноги забегали между домами. Они не знали, что делать, а вождь с решением медлил. Судя по доносившимся звукам, противник прорвал немногочисленный заслон и уже свирепствовал в селении.

В распоряжении Свена было около двухсот воинов, многие имели ранения. Но самое главное — предводитель местных жителей не знал, как воевать с пиктами. Повернувшись к северянину, он негромко произнес:

— Мне нужна помощь.

— А мне нужен проводник, — бесстрастно ответил наемник.

— Нет, — жестко отреагировал вождь.

— В таком случае я забираю своих людей и ухожу, — вымолвил Конан. — Пока тут идет битва, мы благополучно покинем опасное место и скроемся в горах. Вряд ли нас кто-нибудь будет преследовать.

— Там убивают женщин и детей, — сорвался Свен, показывая рукой на восток.

— Проводник, — твердо сказал киммериец.

К небу потянулся черный столб дыма. Враг начал жечь дома. Не встречая сопротивления, пикты продвигались очень быстро. Вот вспыхнуло еще одно строение, а затем еще одно. Туног нервно топтался на месте. Решение давалось ему нелегко. Уступать он не хотел, но ситуация заставляла сделать это.

— Хорошо, — согласился вождь.

— Бери половину людей, — скомандовал северянин. — И беги на восточную окраину. Надо отрезать выродков от леса. А я выбью их из деревни. Замкнем кольцо и прикончим всех до единого.

Свен быстро отдал необходимые приказания, и вскоре маленькая армия разделилась. Конан во главе сотни солдат устремился к центру селения. Где-то там находились Валер и Селена. Спор с упрямым туногом затянулся, и киммериец беспокоился о судьбе спутников.

В какой-то момент он оторвался от отряда локтей на двадцать. Именно это его и спасло.

Из-за домов поднялся рой стрел и по навесной траектории обрушился на воинов. Крики, смятение, падения на траву. Обогнув угол, северянин увидел полтора десятка лучников. Они уже доставали из колчанов новые стрелы.

С безумным воплем Конан ринулся на врага. Его длинное лезвие разрубило первого пикта пополам, а второму отсекло кисть.

Противник быстро пришел в себя. Отбросив в сторону бесполезные луки, воины взялись за тяжелые дубины. Киммерийцу пришлось бы нелегко, но тут подоспели туноги.

Схватка была короткой и жестокой. Десяток пиктов изрубили на куски.

Рассыпавшись в цепь, местные жители начали прочесывать деревню. Нападавшие допустили серьезную ошибку, рассредоточившись между домами. Соединить свои силы в единый мощный кулак они уже не могли.

Кроме того, солдаты неприятеля вошли в раж и занялись грабежом, насилием и убийством. Им показалось, что победа близка. Рядом с вождем пиктов находилось не более пятидесяти человек.

Недалеко от места ночлега Конан встретился с этой группой лицом к лицу. Яростно крича, две силы рванулись навстречу друг другу. Северянин отбил летевшее в него копье и с ходу снес голову ближайшему врагу. Следующего противника он рассек от плеча до паха.