Духи гор

Эндрюс Ник

Воцарилась тишина. И путешественники, и туноги с интересом смотрели на двух лидеров. Чем закончится их спор?

Пожав плечами, вождь осторожно заметил:

— Звучит как легенда. Такие у нас рассказывают старики. Я предпочитаю более убедительные доводы. Например, месть или…

— А нападение ваниров, асиров, пиктов — это тоже легенда? — жестко произнес Конан. — Над Киммерией сгущаются тучи. Почему все враги двинули сюда свои армии именно в последние две луны? У тебя есть объяснение?

— Случайность, — ответил Свен.

— Случайность? —

презрительно рассмеялся наемник. — Нет… это демон расчищает себе путь. Ему нужны человеческие жертвы. Воюя, убивая друг друга, мы наращиваем его силы. Спроси старейшин, когда-нибудь пикты заходили так далеко на нашу территорию? Ответ ты сам знаешь. Вражда, ненависть, злоба. Я их чувствую в воздухе. Мир вокруг изменился.

Туног бессильно развел руки в стороны. Веских доводов он привести не мог. Да и как спорить с человеком, который обошел чуть ли не половину Хайбории. Тяжело вздохнув, вождь, разочарованно проговорил:

— С вами пойдут двое. Вперед выдвинулись опытные воины. Указав на худощавого мужчину со светло-серыми глазами и сломанным носом, вождь племени сказал — Это Твил. Он лучший охотник и проводник. Иглофийские горы для него, словно дом родной. Нет таких дорог, ущелий и перевалов, которые бы Твил не знал.

Помедлив, Свен кивнул на второго тунога. Крепкого телосложения, на полголовы ниже товарища, совершенно белые волосы, серо-зеленые глаза, большой рот, массивный тяжелый подбородок. Судя по удлиненному носу, в нем было немало райдской крови.

— Анга, — представил воина вождь. — Ваниры убили двух его братьев, а сегодня он потерял жену и ребенка. Для всех нас это тяжелая утрата. Ингира отлично разбиралась в травах и умела лечить людей. Анга не хочет больше оставаться в деревне и решил пойти с вами. Может, путешествие успокоит его душу.

— Я не против, — вымолвил киммериец. — Смелые солдаты в опасном деле не помешают. Но пусть поторапливаются. Мы скоро выходим.

Твил внимательно посмотрел на одежду чужаков, подошел к лошади, похлопал ее по загривку. Едва заметным движением он заглянул в сумки. На его губах появилась снисходительная улыбка. Повернувшись к Конану, туног спросил:

— Как быстро вы хотите попасть в Ванахейм?

— Как только можно… — Отозвался северянин.

— Я поведу отряд через ледник, — проговорил охотник. — Это очень сложная дорога. По ней решаются идти немногие, но она кратчайшая. Ваниров там наверняка нет. Однако с такой одеждой и вам ее не одолеть. Холодные ветра на перевале дуют постоянно, а снег бывает толщиной в десять локтей, Потребуются длинные веревки, копья с крючьями и несколько шкур для ночевки.

— Мы все это купить, — произнес наемник.

— Что ж, после сегодняшнего побоища в домах осталось немало лишних вещей, — с горечью заметил Свен. — Я немедленно пошлю людей на поиски. Однако потребуется время. Вам придется подождать.

— Подождем, — кивнул головой киммериец.

— Лучше подготовиться здесь,

чем замерзнуть в Иглофийских горах.

… Лишь спустя пару колоколов группа, наконец, тронулась в путь. Большие тюки с меховой одеждой сложили на лошадь, копья и часть еды воины несли на себе. Путешествие предстояло нелегкое. Чужаков никто не провожал. Туноги были заняты погребением сородичей. В деревне наступил траур.

Остановившись шагах в трехстах, Твил и Анга в последний раз взглянули на родное селение.

Суждено ли им вернуться обратно? Это знал только Великий Кром.

Глава пятая

Отряд двигался довольно быстро. Проводник шел первым, и он действительно знал в этих местах каждую тропинку. Примерно через двадцать лиг, туног свернул с хорошей дороги и направился в густые заросли. Путешественники переглянулись, но промолчали. Не доверять Твилу у них не было оснований.

Постепенно лес становился все реже и реже. Менялась под ногами и почва. Мягкая, влажная, она с каждым шагом становилась тверже. Группа приближалась к горам. Лишь изредка воины перебрасывались короткими репликами.

Опять закапал мерзкий моросящий дождь.

Учитывая, что вокруг в основном росли высокие стройные сосны с небольшой редкой кроной, укрыться путники нигде не могли. Холодные капли падали на лицо и медленно, словно издеваясь, стекали по шее под одежду. Под хвоей то и дело попадались выступающие над поверхностью камни. Спотыкаясь и падая, путешественники не сдерживали витиеватых ругательств.

Вряд ли Селену они могли смутить. Девушка сама порой не стеснялась крепко выразиться. За годы скитаний маленькая волшебница освоила немало едких словечек. Хотя сейчас ей приходилось туго. Твердая почва отнимает больше сил.

Уцепившись за попону кобылы, Селена практически всю дорогу бежала. Один шаг Конана наверняка превосходил два ее шажка.

К вечеру лес стал совсем редким. Деревья росли на расстоянии сотни локтей друг от друга. Зато все промежутки заполонил густой колючий кустарник, с узкими длинными листьями. Твил называл его иргой.

Надо отдать должное туногу, он вел группу по одному ему ведомым ориентирам. Умело обходя сплошные заросли, проводник крайне редко прибегал к помощи меча.

Больше всего, пожалуй, доставалось лошади. Она постоянно цеплялась за колючки и раздирала шкуру в кровь.

Впереди, уже практически закрывая половину горизонта, были видны высокие горы. Сначала отвесные безжизненные коричневые скалы, а за ними в далекой синеватой дымке — заснеженные вершины, величественные, гигантские и неприступные. А ведь их надо преодолеть. От одной этой мысли по спине пробегала нервная дрожь. Массивная стена росла с каждым мгновением. Кроме нее на севере уже ничего не было видно.

Невольно северянин остановился. Он не мог оторвать взгляд от сплошной каменной гряды. Как же на нее подняться? Ответа киммериец не находил.