Дух подростка
Шрифт:
Вернувшись в город, я стал замкнутым и зажатым, вечно подавленным я ходил обозленным и разочарованным, мои друзьям заметили перемены, но не подавали виду, пытаясь всегда меня отвлечь и как-то развеселить. Но как бы я не старался я не мог перестань не думать о Тами, слишком сильные чувства были между нами.
Время шло, и я навроде как научился жить с болью. Мои друзья меня отвлекали, знали бы наши родители как мы живём, нас бы не выпускали гулять никогда. Часто ситуации заходили до грани смерти или минимум инвалидности, но нам всегда как-то везло и все обходилось. Стройки,
Детство кончается там, где начинается серьезное отношение к жизни, к себе и к окружающим. Оглядываясь, я вижу моменты, события, некоторые такие краткие будто их не было вовсе. Память нечто непостижимое, как и наш мозг и не понятно по какому принципу мы запоминаем те или иные события из нашей ранней жизни, некоторые важные, некоторые совершено не нужные, а некоторые пытаешься забыть всю жизнь.
Смотря назад, чтобы не было я понимаю, что мое начало было интересным, захватывающим, опасным, порою ужасающим, странным, потерянным, но никак не скучным и однообразным. Каждый день события менялись и переполняли нас детей, детей открытых, ярких, искренних и беззаботных. Мы отчаянно стремились не скучать и впитывать каждый миг, происходящий вокруг нас. В то время мировосприятие было другим, всё было искреннее, ярче, чувственнее, правдивее, как-то по-особенному и вдохновляюще. Сейчас осознавая, что мир не будет таким как прежде и все когда-то близкие люди разбрелись по своим кругам, своим дорогам, своим делам и той верной и дружной компании нет и никогда не будет чувствуется детская пустота.
Проходя по тем местам, где я рос, я кругом вижу воспоминания, которые были столь значимыми, где события были столь важными, где был слышен смех и плач, где мы дети были открыты миру и впитывали все взахлеб. Находясь в местах своего начала, я не чувствую ностальгию, возникает чувство потери, чего-то такого теплого и близкого, некогда для меня важного, подобно тому, что от тебя отреклось, что у тебя отобрали, тому, что ты видишь, но никак не можешь заполучить. Детство обкрадывает нас оставляя лишь прекрасные воспоминая и травмы, которые будут давить до конца жизни. Можно быть вечным подростком, но ребенком – никогда. Нет ничего постоянного кроме воспоминаний и прошлого, которое никогда не изменишь и воспоминания, которые не заменишь на другие.
Детство – это сокровище, не порте его детям и не спешите их вырастить, дайте им насладиться, никто не знает, что их ждет, ведь в конечном итоге детство – это всегда самое яркое и лучшее время в жизни. Даже когда все плохо, дети хотят и верят, что всё вокруг них чудесно.
ДОПОЛНЕНИЕ
После средней школы я встретил Аристарха. Я узнал его на тусовке у подруги из школы в честь её дня рождения. Оказалось, она была его родственницей, и он приехал к ней на праздник. Увидев его, я замер. Все мои детские чувства обострились внутри меня. Он сидел и выпивал в большой компании, я неловко подошел к нему.
– Аристарх?
– Да, я Аристарх, но зови меня Ари чувак. А ты кто?
– Помнишь меня, в детском саду, мы дружили?
– Да я даже не помню с кем тусовался вчера! – сказал, рассмеявшись
– Мы еще с тобой сбежали, нас привезла полиция к твоему отцу? – этого он точно не мог забыть.
– Эм… А, да, ты этот, ну… А к черту, у меня плохая память на имена, пойдем в сторонку, выпьем.
Я буквально впал в те дни, когда мы носились в садике как угорелые и впервые за долгие годы почувствовал детство так близко как никогда ранее.
– Почему ты не пришел за моим адресом? – звонко сказал я, ожидая ту самую версию что его отец ему не разрешил или типа того.
– Я не помню, не знаю о чем ты чувак, давай выпьем, – и он стал рассказывать, о том, как круто, что он уехал из этой дыры, что тут все такое убогое. Каким крутым стал его отец, о своих девчонках, шмотках, о машинах и вечных тусовках. Говорить с ним мне было не о чем, он просто забыл нашу дружбу, кроме того, для него забавного случая с полицией. Он много говорил про свою жизнь, как он классно её прожигает, но я особо не слушал, попивая свой виски с колой, кивая и улыбаясь ему. Я осознал, что с ним не разделю тех чувств и эмоций, которые я так отчетливо запомнил. Он достал порошок.
– Будешь?
– Это же жутко вредно, знаешь, что от него с тобой…
– Ой, чувак расслабься. Ладно был рад вспомнить ментов, я буду там.
Он ушел как будто мы совсем не знакомы, меня заполнила пустота и я отправился домой. Видимо только я дорожу своим детством и пытаюсь его помнить и ценить.
Через месяцев шесть я встретил его родственницу, у которой мы и встретились с Аристархом, мы стали общаться, я решил узнать, как Аристарх.
– Как дела у Аристарха?
– Он умер, от передозировки.
– Это ужасно, – по моему телу побежали мурашки.
– Да брось, ему все позволяли, он к этому шел уже давно и был не управляем. Его родители сказали, что так даже лучше не смотря на всю потерю, он был безбашенным и это хорошо, что закончил он именно так и не натворил плохих дел, – я был поражен что родители так считают, ведь это самое большое горе, когда родители хоронят своих детей. Видимо он и в прям творил действительно жуткие вещи.
Могло ли все сложиться иначе, не переехав бы он, или взяв он мой адрес? Может быть, на его месте сейчас оказался бы я, может быть дружи мы с ним, он стал бы отличником и блестяще работал у папы. Не известно, этот вопрос будет часто всплывать у меня в моменты ностальгии, все-таки детская дружба оставляет особенные следы на всю жизнь.
Глава III.
ПОДРОСТОК АУТСАЙДЕР
Ненависть, нетерпимость, несправедливость, всё это о моем поколении, я уверен, как бы это не звучало это и поколениях грядущих, отчасти и прошлых, это гимны молодых поколений всех мастей. Такие люди всегда есть и будут, виноват сам строй жизни, который и формирует таких. Тут ненависть не к самому себе, политике, богатству, бедности. Хотя, конечно, у всех свои тараканы в голове. Но у большинства дикая ненависть к устройству мира, к его несправедливости, бездействию, привычке, типа, пусть лучше так, а то сделаем еще хуже. Нам столько было дано, и как мы этим распорядились? (с).
Не удивительно, что люди так отчаянно стали изучать Марс, пусть это и звучит как банальная теория заговора. Марс хотят освоить, построить благодаря 3D печати станции, там жить, проводить эксперименты, построить новую колыбель человечества и прочее. А ещё на Марсе будут жить избранные мира сего и человечество войдет в новый этап существования, там всё будет прекрасно, его засеют зеленью, построят города, вся жить там будет проходить с ультрасовременными технологиями и над всем этим будет огромный стеклянный купол. Но сразу назревает вопрос: у этих избранных которым посчастливиться жить в этом рае есть же дети и где гарантия того, что эти дети будут такими же, похожи на своих успешных родителей в плане воспитательном, моральном, нравственном, а если нет, разве они достойны там будут тоже жить? Зачем нужно осваивать Марс вилявая в него миллиарды, если люди там станут такими же, как и на земле, не все будут скажем законопослушными, зачем нам что-то менять и тратить на него время, ресурсы, деньги? Но в целом звучит красиво, я бы улетел жить туда с кучкой достойных людей, но тут возникает риторический вопрос, достоен ли я, или ты, полететь, жить и тратить на себя ресурсы пока земля загибается?! Ладно, всё это лирика, вернёмся на землю, тут куда больше дерьма.