Дух камня

Фьюри Мэгги

— Гиларра! — ошеломленно воскликнул Беврон. — Я не знал, что это ты!

— Уж надеюсь. — Не было времени на пустые разговоры. — Где Аукиль? На нас напали. Нужно убираться отсюда!

— Мамочка!

Аукиль вылез из-под кровати, путаясь в своей ночной рубашке. Мать подбежала к нему, подхватила на руки, и он засмеялся.

— А мы с папой играем в прятки, — радостно сообщил он. — Будешь с нами?

Гиларра покрепче прижала его к себе.

— Не сейчас милый. Нам нужно идти.

С ужасом прислушиваясь к шуму в зале, они заспешили по лестнице и коридору. Беврон шел впереди, вооружившись кочергой, Гиларра — следом, держа

на руках сына.

Все будет хорошо , — твердила она себе. — Гальверон вытащит нас отсюда .

Но когда они дошли до двери нижнего зала, ее муж тихо вздохнул и резко остановился, так что Гиларра едва не врезалась ему в спину. Выглянув из-за его плеча, она увидела рыжую голову Агеллы, исчезавшей в дверях, и Гальверона, бегущего за ней по пятам. Все прочие уже покинули зал, и ныне он был до отказа заполнен крылатыми демонами. Гиларру охватила дикая паника, и она не сдержала вскрика. Узкие костистые головы немедленно повернулись в их сторону. Сверкающие красные глаза разгорелись алчным огнем при виде беспомощной добычи.

Ужас парализовал Гиларру и она застыла на месте. Тело отказывалось повиноваться. Беврон тащил ее за руку, что-то крича, но она не двинулась с места: ноги будто бы приросли к полу. Аукиль вырывался из ее крепкой хватки, рыдая от страха и боли.

Гальверон резко обернулся, и до Гиларры донеслось его проклятие. Громко крикнув, чтобы привлечь внимание чудовищ, он кинулся назад. Агелла тоже шагнула в комнату, крепко выругавшись при этом. Однорукий Флинт уже стоял рядом с ней. Кивнув Агелле, он проскользнул между семьей иерарха и атакующими. Гальверон, казалось, успевал везде; его меч, похожий на размытое серебристое сияние, косил чудовищ направо и налево.

— Скорей! — заорала Агелла. — Шевели задницей, дура! Этот крик подействовал как ушат холодной воды или добрая оплеуха. Внезапно обретя возможность двигаться, Гиларра сорвалась с места. Вместе с Бевроном, все еще волочащим ее за руку, она ринулась к двери, держась поближе к стене — как можно дальше от врагов.

Они почти успели. Только пара чудовищ до сих пор оставались в комнате, в то время как прочие были либо мертвы, либо сбегали, напуганные яростной атакой Гальверона. Но когда Беврон был уже возле двери, одна из тварей накинулась на командира и вонзила когти ему в лицо, целя в глаза. Гальверон вскрикнул и отшатнулся, выронив меч. Агелла и Флинт застыли от неожиданности, и, прежде чем они успели собраться, глупая тварь прорвалась мимо них, выхватила ребенка из рук Гиларры и ретировалась к окну. Прочие демоны, осмелев, накинулись на раненого командира, который из опасного противника теперь превратился в беспомощную жертву.

— Помоги Гальверону, — крикнула Агелла Флинту. Убегающий хищник достиг окна прежде, чем она сумела преградить ему путь. Он вскочил на подоконник, крепко сжимая в руках ревущего ребенка. Агелла замахнулась мечом, но тут же замерла, осознав, что тварь может выронить мальчика или упасть сама, погубив их обоих. Гиларра задохнулась от ужаса. Агелла рванулась вперед; пальцы ее мертвой хваткой сомкнулись на лодыжке противника.

Потеряв равновесие, тварь свалилась в комнату, погребя женщину под собой. С воплем ярости она изогнулась и повернулась лицом к Агелле, отшвырнув ребенка прочь, дабы освободить когти. Аукиль ударился головой об угол камина, и Гиларра закричала. Беврон всполошено обернулся. Кинувшись

в комнату, он перескочил через кучу малу на полу и схватил сына на руки. Гиларра видела белое лицо Аукиля и его головку, бессильно свисавшую с руки отца. Жив мальчик или мертв? Комната поплыла перед, ее глазами, и она почувствовала, что падает в обморок. Отчаянным усилием воли Гиларра взяла себя в руки и побежала вон из комнаты, следом за мужем.

Звуки боя эхом носились над лестницей. На площадке стоял Фергист, беспомощно взирая на неподвижное тело сержанта Эвальда. При виде Гиларры он с облегчением вздохнул, но тут же радость сменилась ужасом, стоило ему взглянуть на обмякшее тело Аукиля.

— Он… что?..

Беврон качнул головой.

— Мне кажется, он дышит, но нам нужна помощь, и быстро.

Фергист кивнул:

— Сержанту тоже. Леди, если вы в состоянии нести своего сына, Беврон мог бы помочь мне доставить Эвальда вниз.

— Конечно.

Гиларра выхватила ребенка из рук мужа. Он показался ей слишком холодным и тяжелым…

Он поправится. Он должен. Великий Мириаль, пусть Аукиль поправится…

Тем временем все остальные пробивались наружу из комнаты. Флинт поддерживал шатающегося Гальверона. Командир крепко прижимал руки к лицу, кровь текла сквозь его пальцы. Агелла прикрывала им спину, пятясь и не сводя глаз с тварей. Лезвие меча, который она выставила перед собой, было окрашено алым. Выскочив на лестницу, Агелла захлопнула за ними дверь и прислонилась к ней спиной, силясь перевести дыхание.

— Ключ! Ключ у тебя есть? — спросила она иерарха. — Я не удержу их долго. Каждая секунда на счету.

Гиларра с трудом перекинула тяжелое тело сына на одну руку и вынула из кармана большой вычурный ключ. Она протянула его Агелле, и та немедленно повернула его в замке. Затем она обернулась к Гальверону.

— Ты что-нибудь видишь? — напряженно спросила она. Тот покачал головой:

— Кровь залила глаза.

Он отвечал невнятно, его била дрожь. Шок, решила Агелла.

— Я тебе помогу.

Она взяла его за руку и повела вниз по лестнице. Гиларра шла следом, держа на руках неподвижное тело сына, а Беврон и Фергист замыкали процессию, неся Эвальда.

Пролетом ниже они увидели столпотворение. Несколько выходов из покоев жрецов вели на эту лестницу, и было невозможно оборонять их все. Чудовища прорвались сразу в нескольких местах, и отряд Мечей Божьих при помощи горожан, вооруженных чем попало, удерживал площадку в отчаянной попытке не допустить атакующих в переполненную людьми базилику. У Агеллы упало сердце. Проклятые твари сгрудились наверху лестницы и отрезали ее маленький отряд от солдат, не оставляя никакой возможности для бегства.

Агелла лихорадочно соображала. У нас не хватает бойцов, а те, что есть, — ранены. Мы не можем сражаться. Так как же, во имя всего святого, нам выбраться отсюда? Она не знала. Как бы ей хотелось сейчас очутиться в своей безопасной кузнице, выковывая лезвие меча, которое светилось бы слепяще-белым от яростного жара огня… И вдруг сумасшедшая идея родилась у нее в голове.

Она обернулась к спутникам.

— Когда я скажу «бегите», — проговорила она, — вы побежите — не важно, что будет твориться вокруг. Не думайте. Не останавливайтесь. Не поддавайтесь страху. У нас только один шанс, и если вы промедлите хотя бы миг, вы умрете. Гальверон, держись за меня, я тебя вытащу. Итак, готовы?