Дуэт смерти
Шрифт:
— Рорк наверху. В ОЭС, — предупредила Пибоди.
— Черт. Ладно, я его дома увижу. Мне нужно заскочить на место преступления. Он подарил Дине одну из мягких игрушек. Может, мне и там повезет.
Я проверю, доставлю в лабораторию завтра с утра пораньше.
— Если я тем временем что-нибудь разузнаю, тут же тебе доложу.
— В ту же минуту. Проведи вторичку, добавь в данные скейтборд Эндерса. Черный с серебряными полосами. Называется «Уличный спорт».
— Ясно.
По дороге в гараж Ева вытащила телефон.
— Лейтенант, — приветствовал ее Рорк.
— У меня есть дела на выезде,
Он поднял брови:
— Как я понимаю, это значит, что мне придется добираться до дома самому?
— Извини. Вот когда доберешься… тогда и поговорим.
— Как скажешь. Я доберусь… рано или поздно. Съешь что-нибудь, не сиди голодная и не дожидайся меня, — распорядился он и дал отбой.
Ева нахмурилась, глядя на опустевший экран видеотелефона. Он злится, это она сразу засекла. Ну и нечего было совать нос в полицейскую работу, если его злит, что она не может тут околачиваться только для того, чтобы подбросить его до дому.
Она кипела на медленном огне по этому поводу всю дорогу до лаборатории и дошла до кондиции, когда увидела Дики. Вот пусть только попробует хоть слово ей сказать поперек, она ему глотку перегрызет.
— В чем дело? — заорал на нее Беренски. — У меня конец смены, и это после того, как ты меня сюда… — Он смолк и даже побледнел слегка, откатился в кресле на колесиках на безопасное расстояние. — Господи, Даллас, это ты сейчас рычала?
— Рычала — это еще что! Я вырву у тебя печенку голыми руками и съем. — Ева шлепнула на стол перед ним две запечатанные в целлофан программки. — На одной из них есть его «пальчики». Мне нужны его «пальчики», и к черту твой долбаный конец смены.
— Эй, эй, эй! Раньше ты мне хоть приличную взятку предлагала. Нет, я ничего такого не говорю, при сложившихся обстоятельствах я бы и не взял, — поспешно добавил он. — Я просто так сказал.
Съежившись в кресле, втянув голову в плечи, он щипцами вытянул из мешка одну из программок и поместил ее на стерильную пластинку. Провел сканером по обложке, что-то набрал на клавиатуре компьютера. Испустил театрально долгий вздох непонятого страдальца.
— Есть смазанные, таких много. Есть несколько частичных, есть пара приличных — и это только на обложке одной из них. Ты хоть представляешь, через сколько рук проходят эти штуки? Одни люди их производят, другие пакуют, третьи перевозят, распаковывают, распределяют, продают.
— Мне нужно выявить каждый отпечаток — смазанный, несмазанный — один черт! Снаружи и внутри. Надо их проанализировать и идентифицировать.
— Ну, это вот так сразу не получится, разрази меня гром. Мы это сделаем, все получим, но это тебе работенка не на час и не на два. Не забывай, через сколько рук они прошли.
— Ты, главное дело, добудь мне отпечатки. Сортировать я буду сама.
— Уж это точно. — Дики упрямо стоял — точнее сидел — на своей позиции. Он наставил на Еву палец: — Этим утром мы же дали тебе то, что требовалось? Я сам над этим работал и двух своих лучших людей на это бросил. Мы свою работу сделали и на этот раз тоже сделаем. Так что не вцепляйся мне в глотку.
Ева уважала его профессиональную гордость гораздо больше, чем его нытье и ту пургу, что он любил нести. Поэтому она кивнула:
— Одна
— Мы дадим тебе все, что сможем.
Ева отступила, сунула руки в карманы.
— Два билета в ложу за третьей базой на «Янки». Первая же игра в июле.
Дики обнажил зубы в ухмылке.
— Вот это другой разговор.
«Черт с ним, — сказала себе Ева, возвращаясь к машине. — Это ж за дело. Он заслужил».
Она двинулась в верхнюю часть города, к дому, и вдруг ей пришло в голову, что она в эту минуту находится совсем не так далеко от нового дома Луизы и Чарльза в Гринвич-Виллидж. Стоит сделать небольшой крюк, решила Ева, и она исполнит свой долг.
Возможно, Луизы просто не будет дома. Возможно. А если Чарльз дома, она просто что-нибудь прощебечет насчет того, что вот, заглянула по дороге домой — спросить, не может ли она чем-то помочь к субботе.
К ней перестанут цепляться, и это займет не больше получаса.
Отличный план. Ева вызвала на бортовом компьютере адрес, который не помнила на память, и принялась лавировать, пробивая себе путь в престижный район.
Тенистые деревья, старые дома, сложенные из кирпича или бурого песчаника, аккуратные палисадники придавали этой части Гринвич-Виллидж приветливый и безмятежный вид. Куда ни кинь взгляд, всюду пестрели цветы, разливая в воздухе нежный аромат, собачки рвались с поводков, удерживаемые хозяевами, которые могли себе позволить прогуляться с четвероногим любимцем в рабочие часы в будни. Все пространство вдоль тротуаров было забито автомобилями — исключительно шикарными спортивными игрушками. Ева захватила свободное местечко в двух кварталах от дома, поставила машину, а оставшийся путь проделала пешком. Чтобы не терять времени даром, она запустила вероятностный тест на карманном компьютере.
Согласно психологическому портрету, составленному доктором Мирой, он имел работу. А раз у него электронные навыки выше среднего, логично будет предположить, что и работает он в этой области. Компьютер оценил эту идею в семьдесят два и одну десятую процента вероятности.
Ладно, допустим, сказала себе Ева. Если он учился в Колумбии, скорее всего посещал компьютерные курсы. И не просто курсы, велика вероятность, что он специализировался по одной из компьютерных дисциплин.
Надо будет уточнить, подумала она и направила запрос Пич Лапкофф, чтобы та включила в поиск студентов из южных штатов с интересами в компьютерной области.
Она так погрузилась в работу, что прошла бы мимо дома, если бы Луиза не окликнула ее:
— Даллас! Вот уж кого я не ожидала тут увидеть, так это тебя.
Ева остановилась и растерянно оглянулась. И увидела невесту. Солнечные волосы Луизы были спрятаны под розовой бейсболкой, на ней была застиранная майка и мешковатые хлопковые штаны. В руках леди-доктор держала какой-то совочек, а у ее ног распускались какие-то цветы.
— Я была тут по соседству. Это все ты посадила? — И Ева указала на цветы, расстилающиеся по земле и вьющиеся по ажурной кованой ограде.