Дуэт смерти
Шрифт:
— Правда? — обрадовалась Пибоди. — Дело в том, что я начала еще один поиск по точкам, торгующим формой для студентов, для спортсменов и спортивной обувью Эндерса. Таких тоже много, но все-таки не так много, как обувных.
— Темные очки, — подсказала Ева. — На нем были темные очки. И бейсболка.
— Я введу дополнение. Но есть еще кое-что. Если он и вправду купил все в одном месте, вряд ли платил наличными. Это было бы подозрительно, а он же не хотел привлекать внимания. Это ж не меньше штуки баксов, а то и больше. Наверняка
— А с какой стати ему об этом тревожиться? — кивнула Ева. — Никто не заметит, никто не вспомнит. Жми дальше.
— Есть! На всех парах.
— Бакстер, Трухарт, проверяйте файлы. Если у меня будет результат по схожему почерку, мы это учтем. Я тебе подарю пинту своей крови, — повернулась Ева к Финн, — если ты дашь мне что-то с того винчестера.
— Твой звонил. Обещал приехать сегодня после обеда. Он кое-какие трюки знает.
«Вот тут двух мнений быть не может», — подумала Ева.
— Панихида по убитой назначена на четверг. Мне нужна команда — каждый, кто сможет выделить время, плюс рядовые в штатском и любые детективы, кого я смогу туда затащить. Если у нас будет фоторобот, я всем раздам по экземпляру. Вперед, время вышло.
Отдав эту команду, сама Ева немного замешкалась, отстала, стараясь не обращать внимания на быстрый поцелуй с захватом задницы, которым обменялись у дверей Пибоди и Макнаб.
— Отличная была идея, — сказала она напарнице, когда они остались наедине, — с покупками.
— Беготня по магазинам — ключевой момент моей жизни. В отличие от твоей. И все равно у меня такое ощущение, что идей-то у нас много, а результат — ноль. Он по-прежнему привидение.
— Будем надеяться, Янси вызовет его к жизни.
12
Ева прекрасно знала, что не следует давить на Янси, когда он работает над словесным портретом, и все-таки решила, что попробует его подтолкнуть. Один разок, но крепко. Не найдя Янси возле его рабочей станции, Ева провела быстрый поиск по трем ближайшим кабинетам.
Прервала сеансы двух других полицейских художников с очевидцами, но Янси не нашла.
Нашла она его в комнате отдыха.
Он стоял в наушниках, с закрытыми глазами, опираясь на короткий прилавок, и жевал сухофрукты из пакетика.
Копна волос курчавилась вокруг его симпатичного лица. Он был в потертых джинсах и рубашке с закатанными выше локтей рукавами и расстегнутым у горла воротом.
Еве вдруг пришло в голову, что он больше похож на студента из колледжа, чем на полицейского детектива.
Мог бы сойти за парня лет двадцати двух или трех, подумала она. Еще моложе, если бы поработал над собой.
Когда его глаза открылись, она тут же прибавила ему пять лет. Эти глаза видели и знали куда больше, чем можно было узнать за два десятка лет.
— Сколько тебе лет? — спросила Ева.
Янси удивленно поднял брови.
— Двадцать восемь.
— Просто пытаюсь кое-что рассчитать.
Он бросил в рот горсть сухофруктов.
— Ты думаешь о подозреваемом. Он косит под молоденького, но может оказаться и старше.
— Примерно так, — кивнула Ева и покосилась на протянутый ей пакетик с изюмом, курагой и черносливом. — Нет, спасибо. Зачем ты это ешь?
— Сам не знаю. Я закончил с Мартой.
— С Мартой? А, Делрой, нянька из парка. Что у тебя есть?
Янси покачал головой:
— Она его почти не разглядела. Она хорошо работала, старалась вспомнить, но все сводится к тому, что она видела его всего секунду, да еще под дождем. Она твердо уверена насчет роста и телосложения, цвета и длины волос. Я провел ее через весь процесс и установил, что она видела его только в профиль. Получил, как мне кажется, точное описание одежды и довольно достоверное описание скейтборда. А вот лицо — беглое впечатление. Молодой, красивый.
— А почему бы нам не взглянуть на скетч? Янси тяжело вздохнул:
— Тебе не понравится.
Но он вывел ее из комнаты отдыха, зашел в свой кабинет и голосовой командой вызвал фоторобот на экран компьютера, а сам выложил перед Евой рисунок, сделанный от руки.
— Черт, это может быть кто угодно. Это могла быть женщина.
Янси назидательно вскинул палец.
— Да, и вторую часть можно трактовать как преимущество. Это точно был мужчина, она уверена. Но она использовала такие слова, как «симпатичненький», «красавчик» и «хорошенький». Возможно, у него женственные черты. Юные девушки чувствуют себя в безопасности с такими мужчинами, часто влюбляются в них. В них нет угрозы.
— Значит, у нас, возможно, имеется хорошенький мальчик, которому может быть, а может и не быть девятнадцать лет.
— Я жду твою вторую очевидицу, она должна прийти через полчаса. Я с ней провел короткую разминку по телефону. Она более решительно настроена, чем Марта, более энергична и уверена в себе. Может, с ней мне больше повезет. И то, что я получу от нее, можно будет скомбинировать с тем, что у нас тут уже есть. Я покажу окончательный вариант обеим свидетельницам, посмотрим, что получится.
— Ладно, расскажи мне о скейтборде.
— Черный с серебряными полосами. Полосы металлические, потому что они поблескивали, хотя солнца не было, дождь шел. Рисунок довольно простой, скейтборды обычно раскрашивают куда ярче. Поэтому я провел поиск. Только два производителя делают доски с таким рисунком — «Самокат» и «Уличный спорт» Эндерса.
— Это был Эндерс, — сказала Ева.
— Представляешь, какое совпадение? Совсем недавно ты расследовала его убийство.
— Похоже, мир тесен даже для мертвецов. А знаешь, что любопытно? Вторая свидетельница идентифицировала его кроссовки. Тоже фирмы Эндерса. Я думаю, он верен этой фирме. Дай мне что сможешь, и поскорее. Как только, так сразу.