Дуэль с собой
Шрифт:
Следующей задачей являлась подготовка огромного пакета документов, только перечень которых занял лист, исписанный мелким Юриным почерком. Кроме того, предстояло определить ассортимент изделий. Родик предложил играть более масштабно и дополнительно закупить у частников как ювелирку, так и различные изделия народных промыслов: хохлому, жостово, палех, гжель и, конечно, матрешки. Юра, будучи преданным своему делу, возражал, но Родик со свойственным ему упрямством заявил: «Все возможные убытки — за мой счет, а представлять на выставке эти вещи буду сам».
Ясно, что для реализации столь масштабного проекта требовалось создать дееспособную группу
— Юра, — сказал он, — я постараюсь решить кадровую проблему сам. Стану предлагать очень высокую зарплату — две тысячи рублей в месяц плюс пять процентов от прибыли по итогам полугодия. Давай считать, сколько на всю выставочную операцию потребуется денег. Я понимаю, это зависит от объема товаров, которые мы возьмем с собой, а объем зависит от непредсказуемой интенсивности продаж. Но все же, как ты считаешь, на какую сумму мы должны сделать закупку?
— Трудно сказать, — ответил Юра. — Принимать за основу московский опыт розничных продаж нельзя. Надо брать несколько коллекций целиком, стоимость одной коллекции — тысяч десять — пятнадцать рублей. Однако неизвестно, что там в моде. Можно пролететь. Поэтому есть смысл иметь коллекции с современным и классическим дизайном. Итого тысяч пятьдесят — шестьдесят без твоих любимых народных промыслов. А я еще подумал бы о галантерее и бижутерии.
— Иными словами, с командировочными и выставочными затратами нам нужно тысяч сто пятьдесят-двести, — подытожил Родик.
— Да, если не везти с собой дорогой эксклюзивной художественной ювелирки, — подтвердил Юра.
— С этим эксклюзивом всегда опасно связываться. Давай попробуем взять без оплаты на консигнацию, — предложил Родик.
— Сомневаюсь, что кто-то даст. Вот если под договор о возврате стоимости плюс пятьдесят процентов от будущей прибыли — то шансы есть.
— Хорошо, действуй, — завершая разговор, одобрил Родик. — Хотя что такое прибыль — никто не знает, но обещай. Давай каждый день в десять проводить у меня оперативку. Пока я в помощь тебе дам одну женщину из Таджикистана. Заочно ты с ней знаком. Это мой бухгалтер Окса. Она, вероятно, уже где-то в Москве. Сильно она тебе не поможет, но печатать бумаги, проводить платежи, открывать счета в банках умеет. Ну, а до нового года я, надеюсь, подберу нескольких сотрудников.
Родик после ухода Юры посмотрел на часы и с удивлением обнаружил, что уже три часа дня. Странно, почему Окса до сих пор не объявилась? Он слегка заволновался
— Давай в летние каникулы поедем в Таджикистан отдыхать? — предложил он.
— Ты опять в какую-нибудь командировку уедешь, — возразила Наташа, — и все сорвется, как в это лето.
— Этот год оказался очень тяжелым, малыш, — объяснил Родик. — А в прошлом ведь мы выбрались под Выборг. Тебе же понравилось? Только туда мы ехали на машине, а в Таджикистан полетим на самолете. Ты еще никогда не летала на самолете…
— Летала! Ты что, забыл? На юг!
— Ты тогда была совсем крошечная и, наверное, не помнишь. А здесь, если повезет и мой друг дядя Саша будет управлять самолетом, ты сможешь все увидеть из кабины пилотов. Ты даже не представляешь, как это красиво, особенно восход солнца. Я сейчас тебе покажу, как выглядят памирские горы. Принеси, пожалуйста, вон с той полки большой альбом…
На следующий день в десять утра появился дисциплинированный Юра с кипой бумаг. Каким образом он за полдня изготовил столько документов, оставалось загадкой. Родик, не читая, подписал и поставил печати во всех местах, которые указал Юра, справедливо предполагая, что вскоре все это придется переделывать.
— У нас возникла проблема, — сообщил Юра. — Все изделия мы паяем серебром, а оно запрещено к свободному вывозу. Если на таможне проверят, то могут быть неприятности, и даже с уголовным уклоном.
— А есть другие припои? — спросил Родик.
— Вероятно, есть. Но все паяют серебросодержащими. Частники, у которых мы собираемся делать закупки, ни за какие деньги иные применять не станут. Они за качество отвечают.
— Ладно. Пока не будем на этом зацикливаться, — решил Родик. — Кстати, ты думал о том, во что и как паковать изделия? Ведь придется проходить три-четыре таможни. Могут быть досмотры. Надо соорудить что-то универсальное и легко открываемое с возможностью опечатывания или пломбирования.
— Нет, с другим забегался. Я посмотрю, что используют другие. Извини, я побежал, — открывая дверь, ответил Юра.
Известий от Оксы все не было. Родик позвонил Абдужаллолу. Попросил связаться с аэропортом и узнать, вылетала ли она из Душанбе. Минут через десять-пятнадцать перезвонил Абдужаллол и сообщил, что среди вылетавших из Душанбе в воскресенье и понедельник Окса не числится. Родик позвонил Сергею Викторовичу и, выяснив, что на работе Окса не появлялась, послал его к ней домой. Ничего нового это не дало. Леня подтвердил, что мама уехала в Москву.
Родик опять связался с Абдужаллолом — тот уже разузнал в билетных кассах, что билеты на самолет она не покупала.
— Объявлять ее в розыск рано. Давай подождем до завтра. Если не найдется, начнем всерьез искать. Я думаю, что она поехала куда-то в другое место и потому тебя не предупредила о приезде. Я на твоем месте не волновался бы, а ревновал, — по-своему успокоил Абдужаллол.
— Я далек от этих мыслей, — не восприняв шутку, отозвался Родик. — Ты не думаешь, что это как-то связано с пропажей денег?