Дублер Казановы

Еникеева Диля Дэрдовна

– А-а, тогда пускай, раз не на вас наехали.

– Я, пожалуй, к Алке вернусь, поговорю с ней, зря она так с Мироном. Да и войны с Саввой нам не надо.

– Нет, не ходи, - испугался Толик.
– Ничего ей не говори. Я же тебе по секрету, как своей. Алка меня тогда уроет. И так злится, а то совсем разойдется. Когда та братва приезжала, она тоже так разошлася, думал, добром не кончится.

– Какая ещё братва?

– Дак та, что на неё на улице наехала. Обматерили её, хотели на бабки поставить, а она сама им штраф выписала.

–

Так ты их нашел?

– Сами пришли.

– Когда?

– Дак ещё вчерась приходили, да Алки не было. Оставили мне телефон, говорят, звякни, как начальница приедет. Вечером она приехала, да я им и звякнул. Они ж хотели извиненья просить, поняли, кто Алка такая. Мировая-то лучше, чем воевать. Они сразу прикатили, а она злющая была. Как стала на них орать, один весь красный стал, аж вспотел. Они хоть и без пушек явились, да я и то напугался, мужики-то здоровые. У меня-то пушка завсегда при себе, я бы кой-кого враз положил, а другие-то успели бы её достать.

– Много их было?

– Дак почти все прикатили. Еле в её кабинете поместилися. Стояли перед ней навытяжку, пока Алка их матюгала. Но стерпели и умылися. Видать же, какая она. Ваще никого не боится. Крутых мужиков было штук двадцать, а она орет, что всех, на хрен, перемочит.

– Ну лихая подруга...
– покачала головой Лариса.

– Ей бы атаманшей быть. Всех бы под себя подмяла.

– И чем все закончилось?

– Ну, Алка поорала, да охрипла, стала кашлять и сама засмеялася. Ну и они, само собой, тоже ржать начали, обрадовалися. На том и разошлись миром. Она даже на штраф их не поставила. Дак они бы любой штраф заплатили, лишь бы с ней не связываться.

– Они про Мирона, наверное, узнали.

– Не докладывалися. Может, и прознали. Или сами пересрали.

– Ну, хорошо, что все миром закончилось. Но я потом с ней поговорю.

– Только не заложи, чо я сказал, лады?

– Лады, - согласилась Лара и села в машину.

По дороге она заехала в свою парикмахерскую и сделал маникюр. Приехала домой в половине пятого. Времени в обрез, надо многое успеть.

Алешка, как всегда, выбежал навстречу, обрадовавшись, что она вернулась пораньше.

– Сыночек, у меня мало времени. Вечером я иду в ресторан. Ты уж прости меня, ладно? Но я постараюсь вернуться не позже девяти и расскажу тебе несколько новых анекдотов, как обещала.

– Мам, а твои анекдоты всем понравились. Я их и девчонкам рассказал. Наши ребята рассказывают, но некоторые неприличные, а твои и смешные, и ничего такого в них нет.

– Умница, сын. Девочкам можно рассказывать только приличные анекдоты, а то, что рассказывают твои одноклассники, - это дурной тон. Настоящий мужчина никогда не позволит себе сальностей в женском обществе. Ты ж у меня мужчина, верно?

– Верно, - солидно кивнул Алешка.

– А теперь иди к Лене, мне нужно подготовиться к вечеру.

Постояв под душем, Лариса смыла дневной макияж, нанесла дрожжевую маску

и прилегла. С маской лучше полежать, расслабившись, тогда и эффект будет заметнее. Утром, правда, лежать некогда, но сейчас можно себе это позволить.

Надо продумать, какой образ создать вечером. Обычная проблема любой женщины - что надеть? Шкафы могут ломиться от туалетов, но сомнений не избежать никому. Тем более, когда выход в свет не планируется заранее, а возникает неожиданно.

Пожалуй, лучше всего стать на этот вечер роковой женщиной. Утром романтическая героиня в розовом, а вечером - женщина-вамп в черном. Обалдеет Евгений Сергеевич от такого контраста.

Смыв маску, Лариса не стала спешить наносить макияж. Пусть кожа отдохнет и немного подышит. Достав черное вечернее платье, оставляющее полностью обнаженной спину, она придирчиво рассмотрела его, не помялось ли. Нет, с платьем все в порядке. Одев его, Лариса посмотрела на свое отражение. Выглядит впечатляюще. Плавная линия обнаженной до талии спины переходит в округлость ягодиц. Ничуть не хуже, чем знаменитая спина Мирей Дарк.

Так, теперь украшения. Если днем они неуместны, то вечернее платье без них - как лицо без косметики. Она выбрала бриллиантовый гарнитур в платине - колье, серьги, кольцо. К черному хороши только бриллианты. Из цветных камней Лара признавала только изумруд, это её камень. Изумруды ей дарил Казанова. Но изумруд очень обязывает. Уж к черному точно не идет.

Одев украшения, она ещё раз посмотрела на себя в зеркало. На черном фоне колье выглядело роскошно, все пять карат заиграли просто завораживающе. Одного кольца на левой руке вполне достаточно. Лара терпеть не могла рук, унизанных перстнями, а когда они разные по стилю, а тем более, с разными камнями.

Сев перед туалетным столиком, Лариса уложила волосы в высокую прическу, потом занялась вечерним макияжем. К такому туалету можно позволить и более выразительный макияж. Закончив, она встала и бросила в зеркало последний взгляд. Хороша, ничего не скажешь!

Дополнив ансамбль серебряными туфельками на высокой шпильке и такой же серебряной сумочкой, она накинула длинное черное пальто - вечером прохладно, в плаще замерзнет, - и открыла дверь. На звук выглянул Алешка.

– Какая ты красивая!
– восхищенно произнес он.

– Спасибо, сынок, - улыбнулась Лариса.
– До вечера.

– Пока, ма. Я не лягу, буду тебя ждать.

У подъезда, как назло, была огромная лужа. По нашим тротуарам в серебряных туфельках и вечернем макси-платье... Подобрав подол платья и пальто, Лариса осторожно прошла по бордюру, больше всего на свете боясь оступиться. Видел бы сейчас Евгений Сергеевич, как она балансирует над грязной лужей в вечернем туалете и в туфельках на четырнадцатисантиметровых шпильках... Ничего, получилось. Слава Богу, во дворе её офиса чисто. Остается надеяться, что поклонник привезет её туда, где будет чистым тротуар перед входом.