Дублер Казановы
Шрифт:
– Ей волокита на руку.
– Да, пока органы будут искать, много воды утечет. Вполне возможно, и сам "потеряшка" объявится, или его матрешек разыщут и решат, что он рванул за бугор, или что-то выяснится с тем, кого наш плей-бой красиво "кинул". Тоже увесистый мотив. В общем, версий много, так что ты пока можешь быть спокойна.
– Хорошие новости, спасибо, милый.
– Рад стараться, любимая. Завтра увидимся?
– Надеюсь.
– А уж как я надеюсь!
– Тогда до завтра. Целую.
– Я тоже, и неоднократно.
Дав отбой, Лара тут же набрала номер подруги.
– Я!
–
– А это я.
– Привет, дорогая. Как оттянулась? Видать, не по полной программе, раз так рано дома?
– Нет, по той программе, что наметила, - вполне.
– Как новый любовник?
– Да он пока ещё не любовник, а лишь поклонник.
– И долго будешь с этим тянуть, отказывая себе в плотских радостях?
– А я ни в чем себе не отказываю.
– Не забыла, что раз пошла танцевать, то надо прижиматься?
– Не забыла, но не спешила.
– И долго намереваешься фаловать своего симпатягу?
– Пока не решила. Как пойдет. Заранее никогда не загадываю. Как только почувствую мощный зов плоти, - так сразу.
– Но посидели хорошо?
– Обалденно! Шикарный кабак, приличная публика, Евгений Сергеевич был на высоте. Славно я развлеклась. Люблю такие игры.
– В общем, чувство полного морального удовлетворения?
– Именно. Алка, я вот ещё почему звоню. У тебя сейчас как с Мироном?
– Разлаялась вдрызг.
– По-моему, зря.
– А чего он приперся мораль мне читать?! Зачем, говорит, так рискуешь, со всякими отморозками конфликтуешь? А я ему: "Да пошел ты..." - ну и так далее в таких же ласковых выражениях. Я себя лечить никому не позволю.
Лариса решила не подводить Толика и слегка покривить душой. Обычно она не врала подруге, но ради пользы дела...
– Алка, а мне Виталик сейчас сказал, что по оперативным данным, Мирон так зол, что объявил войну Савве. Чего-то они опять не поделили. На субботу назначена разборка. Слава сам едет, вооружившись до зубов. Рискованно это.
– Да-а, мать, хорошо, что ты мне сказала. Жалко защитничка-то, убьют ненароком... Придется вмешаться.
– А ты можешь предотвратить стрельбу?
– Запросто. Это ведь Мироша со зла затеял. На мне сорваться не может, так решил пострелять, чтоб расслабиться. Замочит пару-тройку придурков и получит моральное удовлетворение. Нет, я встряну и отговорю его. Не было такого, чтоб я не могла переубедить Славика. Он мне и не такое прощал. Сейчас позвоню, буду мириться. Отойдет. Да я уже и сама не злюсь. Просто в тот день Мирончик мне под горячую руку попался. Мы же с тобой в больнице были, потом я к себе приехала, злая на Натку, как сто чертей. А тут Славка приперся собственной персоной - здрассьте, это я, никак, не ждали? Да ладно бы просто так, проведать и сказать, что соскучился, а он с порога начал мне мозги компостировать. Я нотация ужас как не люблю с самого раннего детства. Вот и вспылила. Чернильным прибором в него запустила. Он мраморный, зараза, тяжелый. Между прочим, сам Мирон и подарил. Я и шарахнула в него его же подарком. Хорошо, не попала, а то бы башка у Славки вдребезги.
– Не жалко было?
– Прибор-то? Нет, он мне новый подарит.
– Да я не про прибор.
– Да я поняла, подруга, просто придуриваюсь. Конечно, жалко. Славка аж
– Как думаешь, удастся тебе с ним после всего этого помириться?
– Без проблем, подруга. Мироша нам ещё пригодится.
– Я тоже так думаю, хотя нужно все же держаться от него на расстоянии.
– Совершенно колбаса.
– Не поняла?
– переспросила Лара.
– Это что-то новенькое в твоем сленге.
– Ну, значит, совершенно с тобой согласна. Сию же минеточку ему позвоню, замолю грехи.
– Погоди, я не успела тебе рассказать про новости, которые мне сообщил Виталик.
– Хорошие или плохие?
– Да пожалуй, хорошие.
– Тогда давай. Настоебенили уже плохие известия.
Лариса коротко пересказала содержание разговора с Виталиком.
– Отлично, подруга, - резюмировала Алла.
– Чем больше у следствия будет версий, тем спокойнее нам. Тогда отбой. Душа горит позвонить Славке и успокоить бедолагу. Небось, автомат пристреливает, строя кровожадные планы, скольких он лично замочит. Это для него получше транквилизатора.
– До завтра, дорогая, - ответила Лара и убрала телефон.
Так, уже одиннадцать. Можно со спокойной душой лечь спать. Сегодня выдался неплохой день. Дай Бог, чтоб и завтра, и послезавтра, и все последующие были такими же.
Блажен, кто верует!
Четверг, 15 марта.
В одиннадцать на рабочем столе Ларисы зазвонил телефон. Она сняла трубку и услышала голос Лидии Петровны.
– Доброе утро, Лариса.
– Здравствуйте, Лидия Петровна.
– Только что позвонил Виктор Павлович. Он намерен выписать Наталию Пантелееву, поскольку нет никаких показаний держать её в хирургическом отделении. Рано утром приходил следователь, и поскольку дело идет к выписке больной, Виктору Павловичу пришлось разрешить допрос. Судя по всему, Наташа по-прежнему ссылается на потерю памяти, а Виктор Павлович не стал в этом разубеждать следователя. Но сам он в затруднении - просто выписать её не решается, а перевести в психиатрическую больницу может только с согласия самой пациентки. А та боится, почему-то считая, что там её запрут навсегда. Виктор Павлович обратился ко мне с просьбой навестить и убедить больную, поскольку со мной она в контакте. Как вы полагаете, Лариса, мне нужно к ней ехать? Вам это не повредит? В данном случае я могу исходить только из ваших интересов, поскольку именно вы обратились ко мне за помощью.
– Лидия Петровна, тут выяснились некоторые новые факты, с которыми мне хотелось бы с вами поделиться. Но я не хочу по телефону. Можно мне к вам подъехать?
– Конечно, Лариса. Вы же знаете, что я люблю распутывать детективные истории.
– Тогда я скоро приеду.
Лара тут же перезвонила подруге.
– Алка, звонила Лидия Петровна. Натку собираются выписывать, сегодня её следователь допрашивал. Виктор Павлович просил Лидию Петровну ещё раз приехать и убедить Натку лечь в психушку. Я сейчас еду к ней, расскажу новости и вместе решим, что делать дальше.