Друид
Шрифт:
Вдруг напротив переулка затормозила карета скорой помощи. Люди настолько привыкли доверять службам быстрого реагирования, что Френк на какое-то мгновение обрадовался. Но когда из машины вышли несколько медиков, и среди них двое дородных мужчин, то сердце Френка дрогнуло. Ноги стали ватными, в глазах помутилось.
Гибонс при виде медиков отчаянно кинулся в тупик. Мужчины в белом бросились за ним, и пропали из поля зрения Френка. Ему под спину подвернулась кирпичная стена, он оперся, стараясь не потерять сознания, но оно упрямо старалось его покинуть. Из глубины тупика доносились
Френк медленно осел на землю, прикрываясь руками, чтобы его не трогали. Дикий, животный страх овладел каждой клеткой его тела. И вдруг над ним наклонилась женщина медик. Сквозь круглые очки она почему-то присматривалась к нему. За ее спиной провели под руки Гибонса. На его лице застыла неестественная блаженная улыбка. Внутри Френка все окончательно обомлело, и он понял, что сопротивление бесполезно. Женщина все еще всматривалась в него, и он догадался, что она пытается залезть ему в голову. Он хотел противиться этому, но не знал как.
Неожиданно Френк погрузился во что-то прекрасное. Блаженство накатило на него так лихо, что он вытянулся на грязном асфальте и стал выгибаться всем телом в отчаянных приступах наслаждения. Сквозь это упоительное чувство он услышал ангельский голос:
– Как вы себя чувствуете?
– Спасибо, уже лучше… – только и смог подумать он.
– Как прервалась ваша связь?
Френк вспомнил, как Гибонс ударил его в лицо, что и привело к отключению.
– Вам еще нужна помощь?
– Нет, не нужно, все в порядке…, – ответил он, стараясь сдерживать стоны наслаждения, которые так и рвались из груди.
– Хорошо. Вернитесь домой и приведите себя в порядок. – Посоветовали ему и пытка наслаждением прекратилась.
Френк открыл глаза, увидел, как женщина садится в машину, и они уехали. А он остался лежать в переулке. Центр наслаждения в его мозгу все еще пульсировал, бросая его то в жар, то в холод. Он чувствовал, что вновь на связи, что общее умиротворение и удовлетворение оказывают на него успокаивающее воздействие. Паника прошла, страх затих, но память осталась. И это хорошо!
Френк встал, отряхнулся, насколько это было возможно, и двинулся к отелю. Если эти захватчики пытают наслаждением, и терроризируют счастьем, то у нас нет шансов против них. Как можно бороться с ними, если они знают, где ты, даже если ты не на связи. А что если мне понравится здесь настолько, что я не захочу возвращаться домой? Он понимал, что нельзя исключать такую возможность. Он знал это, потому что предложи ему кто пережить такое наслаждение еще раз, он отдал бы все за один только миг. Значит, Земля обречена! А что собственно в этом плохого?! Если мы обречены на счастье, гармонию, наслаждение, на мир и на другие чудеса, о которых мы совсем недавно даже подумать не могли, так что с того?! Гори оно все синим пламенем! Буду счастливым человеком!
Когда Френк открывал парадную дверь отеля, он был уже вполне доволен своей жизнью, а о Гибонсе вспоминал с легким чувством разочарования. Чтобы избавиться от этого неприятного ощущения, он по дороге в номер прихватил в баре бутылочку бренди.
В номере он первым делом заправился стаканчиком
Так как голод давал о себе знать все больше, то он решил начать с небольшого праздничного пира. Он снял трубку и заказал из ресторана всего и побольше. А почему бы и нет! Если он за это не платит, то можно организовать и вечеринку. Если бы Френку нравились шумные компании, то он, пожалуй, пригласил бы с улицы всех, кто пожелает прийти, как в студенческие годы. Но он предпочитал праздновать в одиночестве, ну или с Клэр…. Он подумал, что жаль Клэр нету с ним, они бы тут неплохо повеселились.
В ожидании заказа он налил себе еще порцию, и вдруг услышал:
– Вас беспокоит служба мониторинга. У вас зафиксирован избыточный уровень алкоголя в крови. Это может быть опасно для вас и окружающих. Советуем вам сегодня воздержаться от дальнейшего употребления алкогольсодержащих напитков и от выхода в общественные места до утра.
Эти несколько секунд, пока звучало в голове сообщение, Френк прислушивался с открытым ртом, остановив на полпути стакан с напитком. Когда же все стихло, он одним глотком отправил содержимое стакана себе в горло и удовлетворенно откинулся на кровати. Бренди зашумело в голове, и занемели щеки.
Он немного удивился такому быстрому эффекту.
– Э, братишка, не гони лошадей, не то вырубишься раньше, чем подадут ужин, – Подумал он сам себе и повеселел.
В двери постучали.
– Не заперто! – Крикнул он, хотя мог бы воспользоваться мыслью, потому что знал, что это юноша из прислуги прикатил его ужин.
Он слышал его неуверенные терзания еще в коридоре, наверное, юнец совсем недавно работает в отеле.
Юноша оказался неожиданно мелким, для работника. Тележка доходила ему до груди, и было видно, что это его сильно смущает.
– Давай, малец, выгружай припасы….– нараспев пробасил Френк, припоминая какую-то пиратскую песенку из своего детства, но дальнейшие слова песни затерялись где-то там, в прошлом, и он прокашлялся, чтобы скрыть неловкость.
Юноша подкатил тележку к кровати и элегантно снял с нее большую снежно-белую салфетку. На тележке красовались только три блюда, прикрытые сверху серебристыми крышками. Видно было сразу, что порции под крышками рассчитаны на котят.
– Что это? – Недовольно указал пальцем Френк на все это убожество.
– Ваш ужин, сэр. – Напугано подумал в ответ юноша.
– Говори, когда с тобой старший разговаривает! – Рявкнул Френк рассержено.
Юноша отчаянно оглянулся на закрытую дверь и недвусмысленно сглотнул.
– Хорошо, сэр, – дрожащим голосом выдавил он.
– Я заказывал всего и много… и где все это?
– Простите, сэр. Должно быть, произошло недоразумение. Спросите у метрдотеля.
– И где ты думаешь я буду его искать?… – Продолжал распаляться Френк, сам не зная почему.