Дрожь

Бёрнс Тревьон

– Сделай это, – сказала она себе. – Тодд заслуживает смерти. Он заслуживает этого.

Время шло.

Секунды.

Минуты.

С громким стоном Веда вытащила иглу из шеи Тодда, облокотившись на шкафчики в ванной, и подтянула ноги к груди. Она обхватила голову руками, шприц выпал из её рук и с грохотом упал на пол, когда еще один яростный стон сорвался с губ девушки.

Веда мысленно старалась отгородиться от страшной правды, которая обрушилась на нее.

Годы.

Годы ожидания.

Годы планирования.

Годы терпения. И только сейчас стало все ясно.

Не важно, как сильно они её сломали,

она не была такой, как они. И никогда не будет.

Несмотря на неожиданное осознание всей ситуации, отвращение в её сердце не заставило себя долго ждать. Нет, из-за этой правды слезы жгли девушке глаза и стекали по щекам. Веда чувствовала, как внутри маски воздух становился влажным и спертым, как летом во Флориде.

Она сняла маску, всхлипнула и рукой вытерла слезы с лица. Веда поежилась, когда взглянула на спящее лицо Тодда. Даже тогда, когда в её руке уже было орудие мести, этому сукин сыну все равно удалось выйти сухим из воды. Ему не только удалось избежать наказания, Тодд еще и спал как чертов младенец.

Веда пнула его ногой прямо в живот. Его обмякшее тело дернулось от удара , но спящее лицо осталось таким же спокойным.

– Как же я тебя ненавижу, – прошептала Веда, вцепившись пальцами в волосы. Проглотив комок в горле, она постаралась встать. Надо собрать свои «игрушки» и отправиться домой. Вечеринка окончена.

Когда Веда так и не смогла пошевелиться, то дала себе минутку, чтобы привыкнуть к этой ужасной реальности, после чего медленно начало наступать смирение. Веда встала и посмотрела на лунный свет, пробивающийся через окно ванной. Однако , когда она хотела шагнуть, то замерла на полпути. Она взглянула на Тодда, и её глаза расширились.

– Нет, – прошептала Веда , отвечая новым голосам, возникших в её голове. Она покачала головой. – Да ни за что …

Она продолжала корить себя, пока не начала сомневаться. Пока она обдумывала это, её глаза двигались словно сканер. Веда снова и снова боролась со своим разумом до тех пор, пока уголки её рта не начали подниматься в медленной улыбке. Вскоре морщинка между бровей исчезла. Поражение, которое было в её глазах, сменилось чистейшим удовольствием.

Веда рассматривала спящее лицо Тодда и почувствовала, как её улыбка становилась все шире, как у Мистера Гринча (Прим.: Имеется в виду семейная сказочная комедия «Гринч – похититель Рождества», главную роль в котором исполнил Джим Керри). Настолько широкая, что могла достать до ушей.

А потом Веда схватилась за сумку на бедре, резко открыв молнию, и просунула руку, хватая набор, который всегда носила с собой. Набор, который она купила еще в медицинской школе и сегодня нашла ему применение.

Набор, состоящий из огромного количества интересных инструментов, большинство из которых , к её огромному разочарованию, она не могла использовать в полной мере.

Во всяком случае, пока что.

Тяжело сглотнув, Веда достала один инструмент, которым, как она была уверена, никогда не воспользуется, подняла его в воздух и осмотрела.

Скальпель блестнул в свете ванной комнаты, когда лучи начали переливаться на его корпусе из нержавеющей стали, пока Веда крутила его.

Её глаза вернулись к Тодду. К числу «23 » на его запястье.

Нет.

Её улыбка стала шире.

Веда не могла этого сделать.

Её взгляд вернулся к скальпелю.

Или могла?

***

Подол её белого

платья касался пальцев ног, на которых был педикюр с леопардовым принтом. Веда поджала их , стоя на скользком камне, который был достаточно большим, чтобы стоять на нем. Остатки разрушающих волн океана соприкасались с гладкой поверхностью камня и были настолько сильными , что попадали на поверхность камня и щекотали пальцы её ног, прежде чем снова вернуться обратно в пучину. С тех пор как она была ребенком, это было её самое любимое место из всех в Тенистой Скале. Девушка могла надеть свой купальник и сидеть на этой скале часами, позволяя волнам касаться пальцев ног до тех пор, пока вода не поднималась слишком высоко, и скала не скрывалась под водой полностью, вынуждая её покинуть это место. В еда посмотрела вниз, улыбнулась белым пузырям, которые обволакивали её пальцы перед тем, как снова возвратиться домой в океан, и подняла глаза на звездное ночное небо.

Когда она взобралась на скалистый утес слева от себя , такой высокий и огромный настолько, что закрывал половину желтой луны, Веда ощутила новую легкость, с которой делала каждый вздох. Ощущала в себе новую силу с каждым ударом сердца. Энергию , которая наполняла каждую клеточку в её теле.

Веда могла только представить себе женщину, которой сможет стать, чтобы нанести удар остальным девяти чудовищам, как сделала это с Тоддом Локвудом этим вечером. Девушка знала, что однажды посмотрит в зеркало и увидит совершенно другую женщину.

Улучшенную женщину.

Веда сделала еще один глубокий вдох, позволяя морскому воздуху заполнить её ноздри, прежде чем обернуться через плечо и убедиться, что её сумка, лежавшая на песке , все еще была там, где она её оставила. Ночью пляж всегда был пустым, поэтому Веда не поняла , что заставило её обернуться.

Но, посмотрев через плечо и встретившись взглядом с Гейджем, она поняла, почему.

Боги, наверное , хотели увидеть, как Веда потеряет все свои силы, после того как она приложила столько усилий, чтобы вернуть их. И у них это получилось, стоило лишь ей увидеть его, прогуливающегося по песку, так же одетого во все белое. Гейдж засунул руки в карманы своих штанов, расстегнул рубашку, а его волосы развивались на ветру.

Она повернулась к нему, открыв рот, чтобы упрекнуть, но не удивилась, когда так и не смогла ничего сказать.

Веда заметила красную отметину на его щеке, и ей было интересно, откуда она взялась, но у нее не хватило смелости, чтобы спросить. Девушка была слишком занята тем , что пыталась противостоять своему сердцу. Сердцу, которое билось для того, чтобы быть ближе к нему, быть достаточно близко, чтобы почувствовать его магический аромат, быть в кольце его крепких рук. Заниматься с ним любовью так, как они делали это прошлой ночью, глядя ему в глаза, задыхаясь напротив его губ и умоляя о том, чего она сама не могла понять.

Гейдж перевел взгляд на массивную черную скалу, откуда издалека был виден его дом.

– Представь мое удивление, когда после нескольких часов поиска, я вышел на свой балкон и увидел тебя здесь, на моем пляже, – он шагнул на большой камень, но не подошел к ней. – Это то место, о котором ты говорила ? З десь ты бывала, когда была маленькой девочкой?

– Гейдж… – Веда все еще не могла понять то чувство, которое пронзало её тело. – Я думала, что сказала тебе идти домой к своей невесте.