Дрейфус... Ателье. Свободная зона
Шрифт:
Леон. Что то же самое?
Мадам Лоранс (показывая на Мими). Она хочет занять мое место.
Мими. А чего она прописалась у окна? Почему нельзя всем по очереди?
Жизель. А что, неделю одна, неделю другая, так, наверное, было бы правильнее?
Мадам Лоранс. Видите? Видите? Они все заодно.
Леон. Какая разница — у окна, не у окна, к тому же там сквозняк.
Мими.
Жизель. Нам тоже хочется дышать свежим воздухом.
Мими. И вообще, месье Леон, в вашем задрипанном ателье темень несусветная. Мы портим себе зрение, вы это понимаете? А у мадам — монополия на окно, на дневной свет и на солнце!
Леон. Солнце? Где вы видели солнце? Его тут никогда не бывает, может быть, через пять минут пойдет дождь…
Мими. Просим ее открыть окно, проветрить — мадам холодно. Хотим закрыть — нельзя, у мадам, видите ли, женское недомогание, приливы. К черту, надоело!
Жизель. И потом, из окна ей видно все, что происходит на улице. А она нам никогда ничего не рассказывает. Извиняюсь, может, я что не так сказала, но…
Леон (выглядывая в окно). Но там ничего не происходит, совершенно ничего. Обыкновенный двор…
Мими. Вот именно, мы хотим сами это видеть!
Леон. Хорошо, успокойтесь, я вас понял. Мне говорят: «Мари выходит замуж, будет праздник, закончим пораньше». Я говорю: «Хорошо, почему бы и нет». Я ведь не зверь, у нас демократия. В результате что мы имеем: революцию! Раз так, никакого праздника, все по своим местам, за работу!
Мими (перебивая, старается его перекричать). Мы требуем другого освещения! Хватит портить нам глаза! Долой фавориток, хватит… И ваши гнилые табуреты — тоже долой! Хотим сидеть на стульях, вот!
Мадам Лоранс (тихо Леону). Месье Леон, они меня ненавидят, потому что у меня муж госслужащий. В этом все дело, они мне завидуют!
Жизель. Верно, месье Леон, нужны стулья!
Симона. При чем здесь ваш муж, мадам Лоранс, муж-то при чем?
Мадам Лоранс. Да, мой муж действительно был на государственной службе, и я этим, представьте, горжусь!
Мими (напевает петеновский гимн).
Маршал, мы с тобой, Ты — спаситель Франции.Мадам Лоранс (сжав кулаки, грозно надвигается на Мими). И что? И что дальше?
Леон.
Мими (обращаясь к Жизель). Пусть теперь скажет, что у нее за спиной…
Мадам Лоранс. Без меня вы говорили еще много другого, такого, что не осмелитесь повторить в моем присутствии.
Мими. Че-го?
Леон. Так, ну теперь уже всё, довольно!
Мари (готова расплакаться). Вы злые, в тот самый день, когда у меня такое событие…
Леон. Так тебе и надо, будешь знать, как кривляться и привлекать к себе внимание. И что в результате? Работа стоит, ты ревешь…
Элен. Останьтесь ради девочки, она будет так рада.
Мадам Лоранс. Нет, нет и нет. Когда оскорбляют меня… (Делает жест, означающий, что это ей безразлично.) Но когда оскорбляют моего мужа!
Симона. Да никто о вашем муже и не говорил, Мадам Лоранс. Мы и в глаза-то никогда не видели этого человека…
Мадам Лоранс. Только этого не хватало. (Обращаясь к Элен, тихо.) Он, между прочим, спасал евреев, так что…
Элен. Конечно, конечно…
Мадам Лоранс. И не так, как некоторые, не за деньги.
Симона. Давайте снимите пальто, а то потом на улице продрогнете…
Мадам Лоранс (дает снять с себя пальто, продолжает так же тихо). Он даже кое-кого сам заранее предупреждал.
Элен. Кто сегодня об этом вспоминает, мадам Лоранс? Кто вспоминает…
Мадам Лоранс. Он очень рисковал, очень…
Леон. Элен, а почему мотористы не идут?
Мими. Ну уж нет, пожалуйста, без мужиков. Мужикам вход запрещен.
Леон. А как же я?
Мими. Вы не мужчина, вы обезьяна. Эй, Жако, бананом угостить?
Леон. Ах, ах, ах! А гладильщик, он тоже не мужчина?
Мими. Какой же гарем без евнуха…
Мотористы. Где здесь пьянствуют? Кто угощает?
Леон. Мари выходит замуж. Так что…
Элен. Ой, новенькая гладильщица уже ушла, забыли ее предупредить…