Древолаз
Шрифт:
– Моя, – уверенно ответил Толик. – А что?
– Ну мало ли. В Америке «золотая лихорадка» – это что? Удача? Или пахалово?
– Так смотря для кого. Для индейцев – пахалово. Для бледнолицых господ – удача.
– Там не только «золотые лихорадки» были.
– Алмазные?
– Динозавровые.
– Чё?
Ася улыбнулась. Начиналась ее любимая тема.
– Город Шелл, штат Вайоминг, США. Там сейчас живет не больше пятидесяти человек, но именно там нашли больше сотни скелетов динозавров. Это негласная их столица. В XIX веке здесь была
– С ума сойти! А можно туда как-то?
– Делай визу и мотай.
– Надо подумать!
– Главное – найти целый скелет. Зубы сейчас мало кого интересуют. Вот ты прикинь, дредноут, аргентинозавр, патаготитан… Эти ребята весили больше пятидесяти тонн. Это больше «Боинга 737»!
Толик был шокирован и с открытым ртом так и ехал до пункта назначения.
Ася очень удивилась, когда жених припарковал свой УАЗик с огромным бантом на капоте около двухэтажного коттеджа на улице Цветущий Мыс. Название было романтичным и светлым, однако не соответствовало действительности. Улица представляла собой разбитую дорогу, с одной стороны которой был лес, загаженный мусором, а с другой – огороженный забором участок с коттеджем.
– Мы за свидетелем приехали?
– За Мордоворотом, что ли? Не. Это Юлькин дом.
Ася открыла рот от удивления. Коттедж был не самый модный, не рублевский, но это был выборгский коттедж. И жил в нем явно какой-то местный авторитет. На папином судостроительном заводе таких денег не заработаешь. В России, часто думала Ася, вообще можно или украсть, или убить, другого способа заработать приличные деньги в этой части мира как будто не придумали.
Из коттеджа выбежала тетя Вера. Она молча подбежала к Толику, не обратив никакого внимания на Асю и на то, что встала тапками в лужу.
– Дебил недоделанный! Чего мне стоило ее уговорить!
Толик сплюнул в сторону, поправил галстук.
– Мать, не гунди.
– Ты понимаешь, что женишься на ней только потому, что ее отчиму плевать на нее? – Толик в ответ пожал плечами. – Иди давай!
– Так жениху ж типа до свадьбы-то нельзя невесту… – Ася попыталась вставить предложение, которое, кроме недоумения, ничего не вызвало у тети Веры.
– И ты давай уже иди снимай! Пока она еще на ногах стоит.
– В смысле? – Толик вынул сигарету изо рта.
Тетя Вера махнула рукой и ушла в дом.
– Слушай, Толян. Тебе это надо?
– Чё?
Ася кивнула в сторону особняка.
– Олигарх падчерицу тебе отдает, но не все это.
Толик хмыкнул и потопал в сторону дома.
Невеста была «хороша». Платье еле сходилось на лопатках, из-за чего пришлось вручную перешивать застежку. Ася не понимала, что происходит и что ей нужно запечатлеть. Юлька сидела, широко раздвинув ноги и потягивая бокал шампанского.
– Мне дышать нечем, теть Вер. Куда ты там еще тянешь?
– Юля, оно по швам пойдет! Ну куда вы смотрели, когда брали?
– Так это – ик! – я ж еще не беременная
Ася щелкала затвором, снимая крупным планом бантики на туфлях. Юля прищурилась, рассматривая Асю.
– Ты чё там делаешь?
– Снимаю детали.
– Какие детали? Зачем нам фотки обуви?
Ася вздохнула и оставила туфли в покое. Юля встала со стула, пытаясь запереть обратно в декольте вывалившийся бюст.
– Твою мать… Эй, фотограф. Напротив штор сними. Теть Вер, дай букет. Всему учить приходится.
Юля пошатнулась. Тетя Вера бросилась ее поддерживать. Ася закатила глаза.
– Чё кривишься? Выпей на лучше. Может, раздуплишься.
Юля протянула свой бокал с отпечатками помады Асе. В комнату вошел Толик.
– Мордоворот приедет к десяти. Прогулку, короче, снимаем до ЗАГСа.
– Почему? – спросила Ася.
– Ну а чё гости делать будут, пока мы под памятником будем фоткаться и венки раскладывать?
– Какие венки? Какой памятник?! – Юля махнула рукой и села.
– Толян, ты кого привел? Что за олениха? Она вообще не шарит в традициях? Иди, деточка, пофоткай лучше бухло папика. У него коллекция целая, бутылочки такие малюпасенькие, как член моего будущего мужа.
– Юлька! – Толик пошел пятнами, как после краснухи.
– Чё Юлька? Удивляюсь, как вообще залетела. Хотя, может, от Иванцова?
И тут случилось непредвиденное. Толик отмочил такую смачную оплеуху невесте, что треск от нее стоял еще минут десять в ушах присутствующих. Реакция невесты была тоже удивительной. Она схватила Толика за ремень, притянула к себе и стала расстегивать ему ширинку. Тетя Вера выпихнула Асю с ее техникой в другую комнату и закрыла дверь наглухо.
– Сними детали на моих босоножках, а? Там ремешок такой с блесточками. Тебе ж детали нужны, да?
XIX
Денис занял свое место у иллюминатора прямо над крылом. Он всегда думал, что оно самое безопасное, пока однажды в клубе не подцепил стюардессу «Эмирэйтс», которая после бурной ночи рассказала ему, что лучше садиться у прохода в самом хвосте самолета. Никто не хочет занимать это неудобное место, но по статистике именно там выживает самый большой процент пассажиров.
Люди постепенно заполняли салон, и Денис молился, чтобы кто-нибудь с ребенком не устроился рядом с ним. Он закинул таблетку антидепрессанта в рот и закрыл глаза. Хотелось быстрее уснуть, вот только раны на лице так саднили, а ребра ныли, что вряд ли ему удастся даже задремать.
Разговор с родителями парня с Сортировочной не дал никакой зацепки, кроме адреса узбекской закусочной, где работала его девушка. Больше всего Бухарину хотелось помчаться сейчас на «Пражскую», но рисковать Олей он не мог. Зная своего тестя, который слов на ветер не бросал, он решил послушно сесть в самолет до Питера. Однако мысли о «сортировочном» не оставляли его. Ну погиб очередной наркоман, ну бывает. В Москве каждые две минуты гибнет какой-нибудь неудачник, а бумажек на них заполнять нужно тонны.