Дрессировщик. Искупление
Шрифт:
– Так, давай-ка, на выход и грузись в тачку. А то окажешься безработной, еще не придя на собеседование. Время теряем, Жень. – Он сделал вид, что не услышал последнюю фразу. Вернее, услышал-то все прекрасно, да только отвечать не захотел.
Девушка ни за что не поверила бы, что мужчина смутился. Скорее всего, решил уйти со скользкой темы.
– А что я там делать-то буду? – Задала мучивший вопрос, когда они уже выехали за ворота. – Вчера так забегались по магазинам и ресторанам, что даже спросить забыла…
– Будешь помощником ассистента.
– Эмм…
– Согласен,
– Да я без претензий, вообще-то… – Снова удивилась тому, как горячо Симонов начал … оправдываться? Серьезно? Или это Жене опять почудилось? – Просто не совсем доходит, как у помощника может быть помощник. Ассистент – это же помощник чей-то, я правильно понимаю?
– Да. Все правильно. Только этот помощник уже ни черта не справляется. А брать второго такого же – глупо. На двоих не хватит нагрузки, да еще и потеряют что-нибудь, когда будут обязанности делить. А девочки, чтобы была на подхвате и вовремя перебирала бумажки и проверяла ежедневники, хватит за глаза и за уши.
– Ты так убедительно рассказываешь, как будто это твой ассистент не справляется, и ему нужен помощник… – Женя высказала свою догадку, не стесняясь, слишком уж она была на поверхности.
– Нет. – Он отрезал слишком резко. Вот и проявился под личиной «хорошего мальчика» настоящий Валерий. Одно короткое слово – а уже захотелось сжаться и спрятаться под сиденьем. – Я к себе никого по блату не беру. А даже если и приводят кого-то, пропускаю через стандартный кастинг. Если человек не подходит под требования – он у меня работать не будет.
– Это так принципиально? – девушка раньше никогда не задумывалась о работе и всех нюансах, с нею связанных. А теперь вот все стало до жути интересно.
– Да. Я плачу деньги за то, что люди выполняют свои обязанности. В этом их польза. А не в том, что их привел какой-то там знакомый дядя, не знающий, куда приткнуть очередного раздолбая!
– Кхм…
– Ты не раздолбайка. И собеседовать тебя будут с не меньшим пристрастием, чем всех остальных. Не думай, что я к своим служащим принципиален, а к другим иначе отношусь.
Да, похоже, Валерий забывал о том, что нужно играть приятного, своего в доску парня, как только дело касалось бизнеса. Своей жесткостью он сейчас очень напомнил Жене Суворова. Нельзя сказать, что она с ходу прониклась его обаянием – уже не верила никому и ничему. Однако, такая резкая смена имиджа и поведения поразила. До глубины души.
– А что нужно отвечать, скажите, пожалуйста? – как-то неожиданно для себя, она снова перешла на «вы». Такому Симонову, как сейчас, «тыкать» было странно и страшновато.
– Что думаешь, то и говори. От тебя сейчас требуется показать наличие мозгов и соображалки. Опыта и знаний никто не ждет.
– Я очень постараюсь…
– Вот не стоит чересчур
– Но…
– Не возьмут сюда – найдем другие варианты. Можешь относиться, как к тренировке.
– Я бы не хотела, чтобы вы еще больше тратили время…
– Не вы, а ты, мы кажется, договорились. И я не трачу его больше, чем самому хотелось бы.
Женя благоразумно замолчала. Ей совсем не понравилось общаться с таким Валерием – деловым и напряженным.
Каждый думая о чем-то своем, они подъехали на парковку огромного офисного центра. Кишащий человеческий муравейник чем-то напомнил Жене ее родной университет. Разница была лишь в том, что рядом с универом было много молодежи – улыбчивой, жизнерадостной, открытой, а здесь, у входа в центр, большинство проходящих мимо были хмурыми, деловитыми, сосредоточенными. Никто не оглядывался по сторонам в поисках знакомых, не махал рукой, не окрикивал друзей, приглашая присоединиться к компании. В общем, все было серьезно и по-взрослому.
Женя мысленно поблагодарила Валерия за то, что он заставил ее одеться так, как нужно, а не в ее привычный и любимый кэжуал. Сейчас она смотрелась бы серой курицей в своих трикотажных платьях и свитерах.
– Иди уже. И ничего не бойся. Корову ты не проиграешь. А опыта наберешься. На главной стойке ресепшена у входа назовешь фамилию, дальше тебя проведут.
Валерий вырвал Женю, которая сидела, вцепившись в дверную ручку, и не двигалась, из ее мыслей. Сам перегнулся, отстегнул ее ремень и почти вытолкнул из автомобиля. Если бы не это, неизвестно, когда бы она решилась сделать первый шаг.
А дальше уже плохо понимала и помнила, что происходило: ее куда-то вели по длинным блестящим коридорам, везли в прозрачных стеклянных лифтах, от которых захватывало дух, потом о чем-то долго и дотошно говорили. Кажется, она умудрялась отвечать по делу и впопад. Во всяком случае, никто ни разу не скривился и не засмеялся.
Примерно через час она вернулась на парковку, долго искала, где стоит машина Симонова… Бродила туда-сюда, уже подумывая: а не бросил ли он ее прямо там? Может, это был такой хитрый способ, чтобы избавиться от обузы? Отмахнулась: слишком дорого обошлось избавление и слишком заморочно. Можно было просто высадить ее где-нибудь у дороги и уехать…
– Эй! Решила найти кого-то с тачкой покруче, чем у меня? – сзади раздался знакомый голос, на плечо опустилась тяжелая мужская рука. – Хочу расстроить: все самое крутое стоит на подземном паркинге. И туда посторонних не пускают.
Кто бы мог подумать, что она так обрадуется Валерию?
– Я просто заблудилась. И твой автомобиль плохо помню. Тут половина одинаково черных…
– Понятно. Такая же, как все девочки… Пойдем. А то я устал уже за тобой бегать по всей парковке.
– Как все прошло? – Вопрос по существу Валерий задал, когда они уже снова заняли места в автомобиле. Он не заводил двигатель, смотрел на девушку прямо, одной рукой облокотился на руль, второй – на подлокотник сиденья. Как будто ему было очень важно и интересно, что же она расскажет.