Дремлющий страх
Шрифт:
— Как ты думаешь, для чего этот ритуал был проведен? — спросил ее Джейк. — Ты сказала, что обычно у них есть цель, не так ли? Для чего надо было пытать мужчину, а затем отрубать ему голову?
Райли покачала головой и вновь сказала:
— Я не знаю.
Он кивнул, как будто ждал именно этого ответа.
— Что ж пока ты работаешь над этим, у меня есть несколько людей из дома Пирсона, которых нужно проверить. Потому что, как я раньше говорил, они единственные, кто у нас поклоняется дьяволу
— Открыто, я так понимаю, — пробормотала Райли.
Он проигнорировал это
— Как только я узнаю всю подноготную, через пару часиков я собираюсь поговорить с этой компанией. Вы как, в игре?
— Я не хотела бы это пропустить.
— Ладно, — сказал Эш, как только они остались в конференц-зале одни. — Я сделал, как ты просила. Подключился к расследованию. Может теперь ты, все-таки скажешь, зачем все это?
Райли испытала легкое потрясение, ее мозг стремительно заработал. Она не помнила, чтобы просила его сделать что-либо с тех пор, как очнулась, а потом была слишком занята, чтобы просить о чем-то. Или даже поинтересоваться, почему он сопровождает ее в полицейский участок.
Она не сомневалась, что он говорит правду, но она также не понимала, почему просила его об этом. Если только не…
— Райли? Я не верю, что только для того, чтобы держаться за руки, но…
— Как ни странно, — сказала она медленно, — я думаю как раз за этим. Метафорически.
Он вопросительно поднял брови
Райли немного поколебалась:
— Джейк сказал, что ему требуется пара часов, чтобы все проверить. А между тем, мне самой нужно кое-что разузнать. И не думаю, что мне следует делать это одной.
— Ну что ж, пошли, — сказал в ответ он.
Как только они сели в его хаммер, он задал вполне разумный вопрос:
— Куда едем?
Райли глубоко вздохнула:
— Туда, где нашли тело.
Он нахмурился:
— Я знаю, что Джек оцепил место происшествия и выставил охрану, но ты же уже увидела там все, что только могла. Разве нет?
— Если глазами, то да.
Ему не нужно было ничего объяснять.
— Но ты же сказала, что не можешь воспользоваться своим дар ясновидения.
— Я не могла. Может, потому, что вокруг было много людей. А сейчас все может быть по-другому.
— Может?
— Мне нужно попытаться, Эш. Потому что я и так потеряла много времени, и возможно, это уже изменило некоторые вещи. Возможно.
Пару минут он пристально смотрел на нее, а потом завел машину.
— Мой долг не знать…
— С тем лишь исключением, что ты можешь не выполнять и не умирать, — пробормотала она, — и не попадать в объятия смерти [13] .
13
М. Монтень «Опыты», книга 3;
Мишель Эйкем де Монтень (фр. Michel Eyquem de Montaigne; 28 февраля 1533, Замок Монтень в Сен-Мишель-де-Монтень —13 сентября 1592, Бордо) — знаменитый французский писатель и философ эпохи Возрождения, автор книги «Опыты».
Эш улыбнулся
— Я не упоминал насколько ценю начитанную любовницу? Мне пришлось бы объяснять эту цитату любому
— Если ты ребенок военного, то тебе доступны только книги и воображение, — Райли потянулась за лежащим в ее сумке энергетическим батончиком — Я склонна к поэзии, истории и всяким бесполезным мелочам.
— Эти мелочи бесполезны только в том случае, если тебе это не нужно.
Райли посмотрела на него, на минуту отвлекшись от разворачивания батончика.
— Ты прочитал это в печенье с предсказаниями?
— Возможно, — он взглянул на нее. — У меня вопрос. Почему ты выбрала меня, а не своего приятеля Гордона? Он знает все о ясновидении, не так ли?
— Да.
— Так почему ты держишь своего армейского приятеля в запасе, хотя ждешь неприятностей? Не то, чтобы я жаловался. Нет, мне просто любопытно.
Райли и сама этому удивлялась. Сказать Эшу всю правду она не могла, оставалось лишь надеяться на логику. Она с самого начала понимала, что не сможет принять это положение вещей. Принять то, что ее дар пропал, то, что ей придется действовать одновременно в разных направлениях, то, что ей придется вступить в игру, воспользовавшись тем, что осталось от ее способностей, утраченных из-за разряда электрошокера.
У нее не было ни малейшего понятия о том, к чему это приведет. Но логика подсказывала, что ей не следует оставаться одной в такой момент. Вот почему она предпочла Эша Гордону, логика подсказала ей возможный ответ.
— Сейчас Гордон уже не военный, — сказала она, наконец. — Он не может официально участвовать в расследовании, в отличие от тебя.
— Хм, разумно.
Да, разумно. Логично.
Однако Райли не была уверенна, что смогла убедить в этом саму себя.
Проблема была в том, что Райли не помнила о том, что побудило ее потребовать официального участия Эша в расследовании. Может потому, что она собиралась воспользоваться своими, по-видимому, пропавшими способностями и хотела, чтобы рядом был кто-то, кому она доверяла.
Может быть.
А, может быть, было что-то еще. Когда Эш спрашивал Райли о том, почему она попросила его участвовать в расследовании официально, ей в голову пришла еще одна мысль. Она принимала решение, очевидно, в то время, о котором сейчас не помнит. А что если это случится вновь? Что если она примет решения сегодня и не сможет вспомнить его завтра? Это произошло уже во второй раз. Сможет ли она узнать или догадаться о том, что послужило причиной ее провалов в памяти и пропажи способностей? С чего начались ее проблемы? Что если она пострадала куда больше после воскресного нападения? Как ей узнать?
И что потом?
Логика подсказывала, что, если она и дальше собирается работать над этим делом в таких условиях, ей следует иметь рядом того, кому она могла бы доверять, того, кто бы знал правду, оставался рядом с ней, наблюдал за ней двадцать четыре часа в сутки. В другое время с ней был бы кто-нибудь из отдела. Но сейчас не было такой возможности.
Ее любовник, окружной прокурор округа Хазард — лучшая кандидатура из всех имеющихся.
Но сказать, что Райли не была уверенна в правильности принятого решения, значит, ничего не сказать.