Драйверы
Шрифт:
Многие потеряли, но некоторые наоборот — кое-что приобрели.
Сергей Радзевич работал в той милицейской организации, которая раньше ОБХСС называлась, теперь — ОБЭП. Это как раз те бравые ребята, которые проклятых расхитителей за руку хватают. С поличным. И — по рогам им, по рогам!
В сущности, у организации только название и изменилось, а все остальное сохранилось в прежнем виде. Даже замполиты остались на своих местах. Их по-другому стали называть, но все же не турнули на улицу, оставили в подразделениях. На всякий случай, наверное.
Известно, милиция, или полиция, как
Невысокого роста, светловолосый и очень уверенный в себе Сергей Радзевич в должности старшего инспектора районного отделения ОБЭП, при звании майор милиции, боролся с экономическими преступлениями. Боролся усердно и активно уже восемь лет. И за эти восемь лет борьбы сменил уже четыре машины; путем сложного обмена с доплатой купил новую, более удобную и просторную квартиру; и дачку приобрел на Карельском перешейке. Не трехэтажную хоромину, какие сейчас себе эти зарвавшиеся новые русские возводят, но все же…
До начала борьбы с экономическими преступлениями, еще при социалистическом тоталитаризме, Сергей Радзевич окончил некий строительный ВУЗ. Потом в течение трех лет подвизался в отделе снабжения крупного машиностроительного предприятия. Затем, в связи с кончиной социализма, больше года был заурядным безработным. Ну, почти безработным — мелкие халтуры и спекуляции не в счет. Одним словом, дорожка была кривая и неперспективная. Все же ему повезло — нашлись добрые люди, помогли.
На прямую дорогу его вывел дядя Леша — двоюродный брат покойного отца, бывшего начальника одного из крупных ленинградских СМУ, к глубокому сожалению Сергея, не дожившего до расцвета российской рыночной экономики.
«Эх, был бы жив батька…» — иногда с непритворной тоской вздыхал Сергей.
Дядя Леша Баштай — полковник запаса КГБ — имел свое «дело». Солидное хорошо поставленное «дело» — торговлю металлоломом, но Серегу в свою фирму почему-то не взял. Наоборот даже — еще в самом начале перестройки настоятельно рекомендовал идти работать в милицию. Точнее — в ОБЭП. И не просто рекомендовал, а связался с кем нужно, после чего все прошло как по маслу. Специальные курсы при ГУВД, стажерство и наконец — офицерские погоны. Потом — скромный банкет, табельное оружие, должность.
Единственное, что смущало — это оклад. Оклад был, но не очень. Оклады в милиции почему-то всегда устанавливают невысокие. Наверное, для стимуляции сотрудников. Однако скоро Сергей понял, что служба в милиции, а тем более в ОБЭПе, занятие почетное и важное, а человек жив не хлебом единым, хоть и создан для счастья. А оклад… Ну, что же — оклад, он и есть оклад.
То, что у него без каких-либо усилий выходило помимо оклада, обеспечивало достаточно приличное существование. И даже молодая красивая жена его была почти довольна состоянием семейного бюджета. Почти — потому что в мире нет жен, полностью довольных этим самым бюджетом.
И никакого риска, как убедительно ему разъяснили еще в самом начале милицейской службы старшие товарищи. Вот если начнешь принципы гнуть
А товарищи попались мудрые и опытные — гнали «налево» конфискованную водку. Не всю, конечно, но значительную часть ее. Что-то и уничтожали, разумеется, «давили и сливали». Хороший, накатанный бизнес.
Проверив Сергея на мелочах и убедившись в том, что он не дурак, «товарищи по оружию» почти сразу же взяли его в «тему». Сначала он, конечно, побаивался, остерегался и даже, слегка как бы угрызения его какие-то мучили. Потом почувствовал уверенность, привык и успокоился. И спал крепко. Это понятно — к хорошему всегда быстро привыкаешь: к вкусной пище, удобной мощной машине, мобильному телефону, просторному жилищу. К комфорту, в общем.
Через определенное время Сергей Радзевич получил в подчинение группу, майорскую звезду и относительную самостоятельность. Это давало солидную прибавку к окладу. В несколько раз… Сергей не «зарывался», исправно засылал долю наверх, и все было тип-топ.
С вечера Сергей позвонил домой шефу и отпросился с работы на весь следующий день — здоровье, мол, пошатнулось, то да се. Шеф был «в курсе», так что без базара дал отгул. А Сергей сразу в «тачку» и к ангару, где ребята уже конфискат в контейнер начали грузить. Не сами, ясное дело — наняли бичей у ближайшего магазина.
До трех ночи валандались, пока все бутылки со склада в контейнер бичи перетаскали. Потом закрыли склад, рассчитались с бичами «Зубровкой», выправили все необходимые документы, и — машиной на Север, где через знакомых военторговцев эта водяра в один день разлетится. А деньги — сюда, в Питер.
Транспортировкой и реализацией товара, чтобы самим не светиться, у Сергея таджики занимались. Примерно с полгода назад ребята из Приморского отдела зацепили двоих беженцев. Эти орлы организовали на Сенном рынке какое-то свое небольшое дельце, машину «КамАЗ» в аренду взяли… Торгаши, одним словом. Ну, таджики эти где-то светанулись пару раз, а дальше — дело техники, на «крюк» их взяли. Один наркоманом оказался, а второй… Второй — просто беженец. Но и «просто беженца» запросто можно тряхнуть-копнуть как следует и на зону отправить. Как говорится, был бы человек, а статья всегда найдется.
Впрочем, этого и не требовалось — ребята смышленые оказались. И со своей рыночной торговлей справлялись, и в транспортировку конфиската сходу вписались. Не виляли и не мажорили. Да и не особо-то сложная работа у них была: контейнер конфиската, прикрытый «правильными бумагами», — на север, а деньги — на юг. И незачем этим таджикам налево вилять, когда хорошее дело в руках есть. На хлеб с маслом всегда заработать можно. Особенно, если и дальше с милицией дружить будут. Не то что этот придурок Эдик, у которого вчера «Зубровку» омоновцы с подачи Сергея оприходовали.