Драйв
Шрифт:
— Нет, — сказал он, качая головой.
— Нет? — переспросила я, делая шаг к нему, в то время как мой мир рухнул во второй раз за ночь.
— Может, сейчас, в эту секунду, ты и выбираешь меня, но позже пожалеешь об этом решении, и будешь ненавидеть меня за него. Ты уже говорила мне месяцы назад, что хочешь большего. И я не собираюсь ходить как гребаный зомби в ожидании, когда моя жена бросит меня!
Он оттолкнул мои руки от себя, и я осела на кровать, пока на меня раз за разом обрушивалась тяжесть осознания, что я теряю его.
— Нейт, ты так много для меня значишь. Ты мой лучший друг.
Нейт стоял с разбитым сердцем, в его глазах кипели эмоций. Я никогда не видела его таким потерянным, таким опустошенным.
— Я имел право знать правду, — сказал он, и рывком поднял меня на ноги.
Между нами всё еще было это — обожание, годы интимной близости, когда мы знали друг друга до самых мелочей, и так много любви, которую мы так и не успели до конца прожить. Я вцепилась в него и прижалась губами к его, цепляясь, умоляя, чтобы он поцеловал меня в ответ. Его губы с силой впились в мои, больно, будто он хотел оставить синяки. Он отвечал на поцелуй грубо, его язык сцепился с моим. Я всхлипнула у него в руках, пока он не оттолкнул меня.
— Нет, Стелла. Прошлой ночью между нами была честность. Сегодня это было бы ложью. Не трогай меня. Я сейчас безумно ревную, так, что это пугает меня самого. — Его взгляд прожигал меня. — Мне хочется сделать больно вам обоим.
Я ахнула, когда он прошел мимо, оставив свою одежду, нашу жизнь, меня. В тот момент мной правили эмоции: я умоляла его простить меня, умоляла остаться, умоляла о нем, не имея на это никакого права, потому что я действительно отпустила его руку. И потому что он был не единственным мужчиной, которого я любила.
Я бы тоже не смогла себя простить.
— Не торопись, но забери всё, — холодно сказал он. — Я люблю тебя, — прошептал он, и новые слезы покатились по его щекам, прежде чем он ушел от меня.
Он захлопнул дверь для нас обоих, а я ударила по ней ладонями и осела на пол.
— Охренеть, — выдохнула Лекси, широко раскрыв глаза, оглядывая осколки стекла в моей спальне. — Кто бы мог подумать, что Нейт на такое способен.
Лекси примчалась через несколько минут после того, как Нейт ушел. Это он ей позвонил — боялся, что у меня снова случится приступ.
Нейт.
Назад дороги не было. Он еще никогда так на меня не смотрел. Всё, что произошло между нами, снова и снова прокручивалось у меня в голове и тут же срывалось с губ, пока я пересказывала Лекси случившееся.
— Да у тебя тут целая мыльная опера. — Она достала из кармана сумки косяк и прикурила.
— Это всё, что ты можешь сказать? — я уставилась на нее.
Она отрастила волосы и работала больше, чем когда-либо. В своем длинном свитере она буквально светилась успехом. В эти дни было трудно вывести Лекси из равновесия. Совсем другая женщина, не та, что жила во тьме год назад. Я завидовала ей.
Она обошла стекло в своих высоких сапогах и, легко перепрыгнув через осколки, протянула мне косяк.
— Прости, Стелла, — сказала она,
Я покачала головой.
— Ты же знаешь, я не курю.
— Знаю, у тебя инсульты, — она усмехнулась. — Я прослежу, чтобы этого больше не случилось.
— Если ты пришла сюда, чтобы посмеяться надо мной, можешь убираться к черту, — огрызнулась я. Она медленно опустилась рядом со мной, прислонилась к изголовью и притянула мою голову к своему плечу.
— Возьми, Стелла. Ты же знаешь, Нейт вернется. Он любит тебя больше всего на свете.
— Нет, Лекси, не вернется. Это не какая-то ссора из-за ерунды. Ты не видела его. Всё кончено. Я это почувствовала, — я смахнула бесконечные слезы. — Боже, я всё просрала.
Она посмотрела на меня серьезным взглядом.
— А что насчет Рида?
— А что с ним? — я сдалась, когда она снова сунула косяк мне под нос. Я взяла его и разглядывала, чувствуя, как во мне закипает злость. — Он злится, что дважды сам бросил меня, а я взяла и обручилась со своим парнем. Он не святой. Ворвался восемь месяцев назад, начал что-то требовать, а потом снова свалил, будто не перевернул всю мою жизнь к черту. И что, это я должна к нему бежать? Я не собираюсь бросать всю свою жизнь ради него.
— Похоже, твоя жизнь только что сама тебя бросила, Стелла, потому что ты любишь Рида. Ты — та, кто живет в иллюзиях. Твоя связь с ним только что похоронила твои отношения с Нейтом.
Я затянулась травкой и тут же закашлялась — и от дыма, и от правды.
— Нейт имеет полное право злиться, что я не рассказала ему о Риде. Мне следовало рассказать ему в ту же ночь после свадьбы.
— И заставить его подозревать тебя на каждом шагу? Ты не виновата, что Рид так напористо себя вел. Сейчас Нейт просто защищает себя. Он только что испытал ледяной душ, узнав, что у него вообще-то есть соперник, о котором он даже не догадывался, вот это его больше всего и добило, — спокойно сказала она.
Я почувствовала, как меня накрывает дурман, нервы начали успокаиваться, а тело постепенно обмякло, превратившись в тупую ноющую тяжесть. Мое сердце навсегда растоптано двумя прощаниями сразу.
— Я потеряла их обоих, — свернувшись калачиком, я схватила подушку Нейта. В нос ударил его запах — океан и хвойный лес. Я разрыдалась. — Я не смогу справиться с этим, — выдохнула я, беспомощно глядя на нее. — Нейт был идеальным.
— Нет, не был. И ты это знаешь, всегда знала. Я видела, как ты подстраиваешься под него и под эту чертову газету, и это было терпимо, пока ты была счастлива. Но, Стелла, как бы сильно ты его ни любила, сколько бы своих собственных мечтаний ни была готова похоронить ради него, в итоге ты бы возненавидела этот выбор. И сегодня Нейт это понял.
— Нет.
— Да. И есть еще Рид, которого ты, как ни крути, всё еще любишь.
— Я никогда не прощу его.
— За что? За то, что сыграл в клубе, с которого начинал? У него был приступ ностальгии, а ты со своим женихом попали под перекрестный огонь. Он ничего плохого не сделал. Он просто не готов тратить свою жизнь на самообман.
— В отличие от меня? — огрызнулась я, затягиваясь еще раз.
— Хочешь, чтобы я взяла тебя за ручку и соврала?
Я пожала плечами.
— Нет.