Драконы Солернии

Рогозина Екатерина

Я серьёзно кивнул и, как мог, успокоил её:

– Более чем.

И на всякий случай добавил, что ди Ландау позаботился, чтобы она ни в чём не нуждалась.

Это вызвало сердитое фырканье у сеньоры. Её муж только улыбнулся:

– Можешь его не выгораживать, Фил. Магду этим сейчас не успокоишь.

Ему достался суровый взгляд от женщины, а она сама снова повернулась к племяннику и отчеканила:

– Ты хоть представляешь, какой отличный вариант с браком ты расстроил моей Люченьке? И что ты можешь предложить взамен:

развалину с одержимыми духами? Моя дочь не для того создана, чтобы ютиться у чужих людей и расплачиваться за твои ошибки. Даю три дня сроку. Избавишься от призрака - тогда будем с тобой разговаривать, если нет, то мы забираем Лючию обратно в Бергенту, и можешь мне на глаза даже не показываться.

Ди Ландау нервно сглотнул и перевёл взгляд на дядю. Тот только руками развёл:

– Прости, племяш, я сделал всё, что мог. Я даже жену отговорил привезти с собой её отцовскую алебарду, чтобы зарубить тебя на месте, цени!

– Ценю, - слабо выдохнул мой напарник и заметно сбледнул.

Судя по выражению его лица, это была отнюдь не семейная шутка.

Сеньора Пассеро поднялась и кивнула мужу:

– Идём, Рикардо, нам пора.

Тот улыбнулся жене:

– Конечно, милая.

Владелец "Красного воробья" встал и подмигнул молодому волшебнику:

– Разве моя дочь не стоит того, чтобы постараться изо всех сил?

83

Стоило чете рестораторов скрыться, как ди Ландау уронил голову на скрещенные руки и тихонечко заныл. Я разобрал среди невнятного бормотания "да что это такое?" и весьма крепкие народные выражения. Меня это покоробило: как только не стыдно?!

Само собой, это так легко, как с более слабым противником на дуэли драться, и не так приятно, как заниматься интересными вещами. Право слово! До финиша (до счастливого финиша!) остались считанные шаги, а он... Ему столько людей помогают!

Маэстро Фабио мимо пройти мог и не устраивать знакомство с предсказателем. Матрона Маргарита могла не благодарить за помощь с Луиджи, а ополчиться против бессовестного поросёнка. Тот всё-таки не плюшками секретаря угощал. Сеньор Рикардо мог жену не успокаивать и дочери билет на поезд не покупать. Сеньорина Фениче не подбирала бы юную Лючию и не оставляла бы жить у себя. Пусть бы ди Ландау сам всё расхлёбывал, как есть.

Увидев проявление такого его эгоизма, я не сдержался и высказал своё мнение.

– Король-Дракон, сейчас напьюсь, - всхлипнул волшебник.

– Король-Дракон, сейчас по шее дам, - как можно более сердито сказал я и даже брови сдвинул на переносице.

Мой напарник поднял голову и неверяще поглядел на меня, захлопал своими голубыми глазищами:

– Фил, ты чего?!

Я выдержал паузу и как можно более веско сказал:

– Сейчас - нельзя, пить потом будете.

– Магда из меня чуть котлету не сделала!
– шмыгнул он носом, потихоньку начиная приходить в себя.

–

Чуть - не считается.

Я не ожидал, но молодой человек расплылся в странной весёлой и мученической улыбке одновременно:

– Дядька Рик тоже так говорит.

– А ещё он говорит, что ради сеньорины Лючии надо постараться, - на всякий случай напомнил я.

Всё-таки младшая Пассеро - необыкновенное существо. Даже не её присутствие, а одно только воспоминание он ней помогло моему подопечному немного взбодриться.

У ди Ландау то ли кончился запал, то ли силы, но он всего лишь повторил за мной слабым эхом:

– Ради Лючи...
– и поднялся с лавки.

Он привычно оплатил счёт, и мы двинулись к особняку. Мой напарник еле плёлся, поэтому приходилось поддерживать его под руку, а после устроить отдыхать. У молодого волшебника всё падало из рук, он даже не мог нормально умыться. То ли он действительно так сильно переволновался, то ли был не на шутку напуган угрозой от тётушки.

Впрочем, когда мы гостили в Бергенте, у меня создалось впечатление, что сеньора Магдалена вообще не склонна шутить ни по какому поводу (в отличие от своего мужа). И потом... алебарда? Хотя, вероятно, это единственная вещь, которая бы проняла моего напарника без исключения.

Утром он затемно растолкал меня и потребовал выдвигаться, хотя время было совсем не подходящее для визитов. Под глазами у юноши залегли тёмные круги, а вид был весьма помятым, как будто он не спал всю ночь и не совершал свой ежедневный ритуал.

Пришлось погнать его наружу и облить самому, а потом отпаивать горячим кофе. Ди Ландау совершенно не мог усидеть на месте. Он не допил и не доел свой завтрак (вы только оцените размер трагедии!), молчал и просто смотрел на меня несчастными глазами.

Я не выдержал и собрался как можно быстрее. Оставалось только надеяться, что предсказательница не будет слишком рассержена таким внезапным визитом.

Мои часы показывали четыре тридцать утра, мостовые искрились инеем в свете фонарей, и над Латаной царила совершеннейшая зимняя ночь. Почтенные граждане и их семьи сладко почивали под покровом тьмы, а мы шагали по каменным террасам вверх. Нужный нам дом располагался на отвесной скале, чуть вдали от главных улиц, опасно стоя на самом краю. Зато у резного парапета, можно было сверху увидеть набережную Арна и все замечательные ажурные мосты, сейчас подсвеченные фонарями.

Как ни странно, но в верхних окнах нашего здания горел свет. Хозяева уже встали... а может быть и не ложились.

Я почувствовал себя намного лучше, что не придётся тревожить людей ото сна, и пару раз стукнул в дверь. Нам открыла немного сонная девушка, поёжилась от холода и не спрашивая ни слова провела в довольно большую комнату, не то гостиную, не то приёмную.

– Хозяйка спустится через минуту, - прикрывая зевок рукой, сказала она и удалилась.