Драконник
Шрифт:
Весь оставшийся день мамы Эллис и родители Даркнегера беседовали, смеялись и шутили. А вот что происходило между подростками:
– Слушай, Аспен. Кровать сломана, настроение испорчено, спать негде – и все это из-за тебя. Поэтому ты спишь на диване, а я – в твоей кровати. Не пугай меня, иначе всю оставшуюся жизнь будешь спать на полу – я теперь умею ломать кровати, – с серьезным видом заявила Эллис Вейн, едва сдерживая смех.
– А новую кровать купить тебе не судьба? – закатил глаза Аспен.
– Аси, я искала, но не нашла подходящую кровать. Если хочешь, можешь
– Вот противная.
– Кто? Я? – Вейн резко перестала смеяться в душе. Ее мимика была непредсказуема: сначала сарказм, потом ехидство, следом гнев. Все эти эмоции у нее меняются в мгновение ока.
– Ты-ты. И твоя аббревиатура моего имени. Меня зовут Аспен, не Аси, – последнее слово он произнес с писклявым голосом, изображая милую девочку, что вызвало звонкий смех у Эллис.
Смех Эллис был настолько обворожительным, что на мгновение загипнотизировал Даркнегера. Она тем воспользовалась и, пока он приходил в себя, уже уютно устроилась на его кровати, мило улыбаясь.
– Настолько противного смеха я еще не слышал, – буркнул Аспен.
– Правда? Настолько, что ты застыл с милейшей улыбкой? Правильно поняла, Аси? – голос Эллис прозвучал с оттенком флирта.
– Я не Аси! – выпалил Аспен. Затем вышел из комнаты и спустился в гостиную, которая находилась рядом с кухней. Там уже не было ни его родителей, ни мамы Эллис. Все давно разошлись по комнатам и заснули. Аспен подготовил диван, лег и быстро задремал.
Прощание
3 октября. Вторник. Утро.
– Аспен, будь хорошим мальчиком. Мы тебя любим. Звони нам каждый день и рассказывай о своих успехах, – едва сдерживая слезы, произнесла его мама. Затем сложила вещи в багажник такси, села в машину и была готова отправиться в аэропорт.
– Да, сынок, не забывай нас, стариков. Помни, что мы всегда на твоей стороне и любим тебя, – добавил Джо, слегка похлопав сына по плечу.
Через минуту такси тронулось, и они уехали.
– Будь хорошим мальчиком, звони нам каждый день. Утю-тю-тю-тю… – передразнивая, сказала Вейн.
– Какая же ты предсказуемая, Эли.
С этими словами Даркнегер пошел в свою комнату, чтобы взять тетрадь и ручку для школы.
Через 10 минут он и Эли уже сидели в автобусе, направляясь в школу.
– Серьезно? Одна тонкая тетрадь и ручка? У тебя для повседневной жизни вещей в сто раз больше, чем для школы, – с возмущением сказала Вейн, надеясь на его ответ. Затем она слегка отвернулась и пробормотала себе под нос: – С тобой, Аспен, мы больше не знакомы. Иначе ты испортишь всю мою репутацию.
В то время как она это произносила, Даркнегер всё прекрасно слышал, и на его лице появилась улыбка.
Она вновь повернулась к нему, сомневаясь, услышал ли он её или нет. Аспен, как сидел, уткнувшись в экран телефона, якобы переключая музыку, так и сидел до самой остановки. Однако она не заметила его едва уловимой улыбки, и всю дорогу что-то тихо бормотала про него. Даркнегер всё так же делал вид, что увлечён музыкой, хотя на
Через пятнадцать минут они подъехали к остановке. Вейн повернулась к нему и сказала:
– Мы приехали.
– Спасибо, – ответил Аспен, не снимая наушников и глядя ей в зеленые глаза. – За веселую поездку тебе тоже спасибо, ты мне действительно подняла настроение. Столько о себе узнал интересного, – усмехнулся Аспен. – Даже не знал, что могу быть таким ужасным человеком.
С этими словами он развернулся, включил музыку и направился к школе. Вейн стояла, остолбенев и покраснев как помидор.
– Он всё слышал… Он слышал, как я называла его самовлюбленным кретином, молочным маньяком и духом, любящим ломать кровати. Как же я по-детски себя веду.
После этих слов она сделала пару шагов, и к ней подошла её подруга, положив руку на плечо.
– И за что ты себя так терзаешь? – спросила Кайли с усмешкой.
– Меня развели, как маленькую. Да и веду себя, как трёхлетний ребёнок, – вздохнув, ответила Вейн. Затем они направились ко входу в школу.
Игра на грани
Школьный день у Вейн начался с настоящей спортивной взлетной полосы. Эллис и ее подруга устроили утреннюю беготню. Кайли отобрала рюкзак у Вейн, заставив ее мчаться за собой. Уж слишком привычной стала эта игра, ведь каждый вторник Кайли забирала рюкзак, а Эллис ловила дыхание в погоне за ней. В нем не было ничего лишнего – только учебники, тетрадки и пенал.
– Сколько можно, Кайли? Отдай рюкзак, я пробежала два километра и не хочу уже за тобой гоняться, – тяжело произнесла Вейн, перестав бежать, чтобы перевести дух.
Подруга остановилась и, прищурив глаза от удивления, подошла ближе. Она собиралась задать вопрос, но вдруг Вейн вырвала из рук сверстницы рюкзак и метнула на Кайли хитрый взгляд, полный озорства.
– Ты всё ещё такая наивная. Забыла, что я – замечательная актриса? – сказала Эли с усмешкой.
Внезапно к Вейн сзади подошли двое парней и только один из них положил на плечо Эли руку. Им оказался Аспен. В стенах школы пронеслись шёпоты, а в воздухе повисло напряжение, нарушенное лишь звуком звонка на урок. Кажется, это было только начало чего-то интересного.
– Я тебя знаю не понаслышке, – произнесла Кайли. Ее улыбка была искренней и задорной.
– Уже поняла, – с лёгким упрёком сказала Вейн, и в её глазах промелькнула искорка недоумения.
Эллис и Кайли прекрасно понимали друг друга. Вейн, бросив быстрый взгляд на свою подругу, молча поинтересовалась, кто эти двое, которые стояли позади неё. Кайли в ответ использовала жесты, чтобы пояснить ситуацию.
Сначала подруга указала вверх указательным пальцем, а затем направила его на себя. Этот жест обозначал, что первый парень, находящийся за Вейн, был её молодым человеком. Затем Кайли обратила внимание на второго парня, в её глазах промелькнуло любопытство. Его она охарактеризовала неясным жестом, просто пожав плечами. Это означало, что подруга не знала, что сказать о втором, так как с Аспеном они не были знакомы.