Драконье сердце
Шрифт:
– Только мой голос ты и будешь теперь слышать с визора, - неловко пошутила я.
– Это другое. Я хочу услышать вживую. И каждый из нас представит, что ты поёшь для него, - выразительно посмотрел он на меня.
Я кивнула.
– На шоу я также буду петь для вас. Буду представлять Миневру, Майну, тебя.
– завуалированно сказала я, что буду петь, думая о нём.
Он понял, кивнул медленно. Синие его глаза сейчас выдавали столько страстей, что у меня сжималось сердце. В ответ на это сразу из души полилось пение:
Я оставляю здесь свою любовь,
Я оставляю здесь своё сердце.
С
Усиленных эхом Итандром-громовержцем.
Я буду верить, что найду путь назад,
И звёзды укажут мне место встречи,
Я пройду лабиринт из преград, сквозь бури и снегопад,
И мой подвиг любви будет увековечен...
Древняя баллада о любви итанэ, отправившегося искать материк после катастрофы, чтобы потом вернуться и забрать свою возлюбленную, как нельзя лучше подходила моменту. В балладе всё закончилось тем, что итанэ не нашёл материк, зато вернулся к своей паре, и они устроили первую общину на рифе, а к ним потом присоединились ещё несколько пар итанэ.
Послышался шум гидролёта. Этот транспорт умел передвигаться как по воде, так и по воздуху.
Ко мне подошла Мелисанда, требуя знаками от других отодвинуться от меня.
Мерлок порывисто притянул к себе и прижал к сильной и тёплой груди, в которой сейчас учащенно билось сердце.
– Прощай, Мелопея. Несмотря на то, что я желаю тебе удачи на конкурсе, я буду ждать тебя, - Мерлок сунул мне в руку что-то гладкое.
Он отошёл, и я увидела в руке выточенную из камня, скалы нашего рифа, крылатую фигурку сирены. Она смотрела вдаль, с мечтательной улыбкой на лице. Её волосами играл ветер, и, казалось, что она живая, а не сделанная из камня, настолько искусно была сделана работа. Я прижала её к сердцу, Мерлоку удалось проникнуть в душу полюбившейся сирены.
Последние объятия с Миневрой, и вот мы уже около открытых дверей гидролёта. Наши вещи уже там, а Мелисанда тянет меня к транспорту.
– Мне удалось выторговать двух итанэ в сопровождение. Ставки на этот конкурс растут, и вам сделали послабление, - кричит она мне, потому что гидролёт поднял сильный ветер.
Я смотрю в сторону Миневры. Но прежде чем успеваю открыть рот, Мелисанда меня обрывает. Обзор закрывает Мурена.
– С тобой полетит Мурена.
Меня толкают в тёмную пасть гидролёта. За мной входят Мурена и Майрана. И меня озаряет. Как я не могла понять этого раньше? Мурена - дочь Мелисанды.
Встречающий итанэ проводил нас на наши сиденья, люк гидролёта захлопнулся, и мы поднялись в воздух.
Глава 4
В гидролёте нам накрыли столик, на котором были расставлены закуски - фрукты, ягоды, орешки и трубочки из теста с какой-то начинкой. В воздушном экипаже имелась отдельная кабина пилота, там же кресло для стюарда - обслуживающего персонала для гостей гидролёта.
Вежливый итанэ предложил нам тайн - горячий отвар на травах. Такое в дистриктах тоже было редкостью - всё тот же дефицит трав и огня. Мы с удовольствием согласились.
Четыре пассажирских кресла были расположены напротив друг друга по два, между ними столик. Рядом со мной села Майрана, и теперь нам приходилось любоваться Муреной напротив. Но сидеть с ней рядом бок-о-бок было бы хуже.
Всю
Сначала оно будет в пределах одинаковой суммы для всех. Затем бюджет будет увеличиваться по мере завоевания симпатии у зрителей и жюри. А также если дракон выбирал свою санорэ.
Вот тут уже можно было судить по рубинам или аквамаринам (рубины как знак внимания дракона, аквамарины - как комплимент в цвет глаз итанэ), насколько щедрый и влиятельный покровитель у конкурсантки.
Мы долго спорили, должна ли я появиться на материке эффектно или оставить весь блеск на лучший момент, раскрываясь постепенно. Мнения нашего рифа разделились почти пополам.
– Пойми, второго шанса у тебя может не быть, - стояла на своём Мелисанда, и её последователи были с ней согласны.
– Ты должна запомниться всем сразу и привлекать интерес на всём протяжении.
– Там все также будут привлекать внимание, я ничем не выделюсь на их фоне, - не соглашалась я.
Не то чтобы категорично, в итоге я бы сделала, как мне скажут. Но, как ни странно, меня поддерживали все те, чьё мнение я ценила. Минерва, Майрана, Мерлок были на моей стороне. Точку в споре поставила моя мать.
– Мелопее ни к чему соревноваться в ярких кричащих красках. Её сила и красота в голосе, а внешность должна лишь оттенять её талант. Она красива от природы, ни к чему её раскрашивать как вульгарную певичку, - вступилась за меня мама, чей вкус как лучшего дизайнера мозаики нельзя поставить под сомнение.
Она и придумала мне наряд для первой встречи со зрителями по прилёту на материк.
Серебристая, словно украшенная чешуйками рыбы накидка без рукавов до пят с разрезами по бокам и капюшоном, которая скроет тёмно-синее, в цвет северного моря, облегающее платье до пола с длинными рукавами.
– В капюшоне на глаза ты будешь выглядеть загадочно. На фоне выпрыгивающих из платьев девушек, ты будешь выгодно выделяться сдержанностью и достоинством. Весь акцент сделаем на губы. Они у тебя красивой формы изогнутого лука. И всем останется гадать, какого цвета у тебя волосы и глаза. Все с нетерпением будут ждать следующей встречи, чтобы рассмотреть твою внешность. Но старайся не открывать всё сразу. Играй со зрителями. Делай акцент на чём-нибудь одном, то на глазах, то на волосах, не открывая всё сразу. Пусть твою внешность собирают как кусочки мозаики, - советовала мама.
– Может, мне тогда выступать в маске?
– спросила я.
– Пусть слушают только мой голос.
А в последний момент можно и снять...
– А как ты узнаешь, когда наступит этот момент? Вам заранее не сообщат, - покачала головой мама.
– Да и скидывать со счетов внешность в борьбе за победу не стоит. Известно же, что симпатичная при общих условиях обойдёт некрасивую. Тебе просто надо всего лишь подогреть интерес зрителя.
На том и порешили. Сейчас я смотрела на ярко накрашенную и обвешанную жемчугом Мурену в откровенном блестящем красном платье и радовалась, что не пошла у её матери на поводу, а послушалась свою. Тогда бы встречающие не определили кто из нас конкурсантка, а кто провожающие.