Драконье сердце
Шрифт:
– Во втором отборочном туре участвовали шестьдесят четыре конкурсантки. И уверяю вас, таких сладких и сильных голосов Анэр не слышал уже много лет, - вещала в камеру истеричная, упомянутая уже Танария. Сейчас она изображала из себя сладко мурчащую томную кошечку. И надо сказать, ей это неплохо удавалось: - Это будет очень сильный конкурс, сумасшедшая конкуренция, накал страстей и захватывающий драйв от наблюдения! Я чувствую это уже на стадии отборочного тура. А интуиция меня никогда не подводила.
Камера крупным планом показала подмигивающую
– Я чувствую на кончиках пальцев разлитое напряжение в воздухе, - замогильным голосом глухо просипела она в камеру. Видимо, изображая это напряжение.
– Это будет грандиозное шоу!
– Она говорит так каждый раз, - фыркнула Майна, уже оказавшаяся рядом с нами.
Этой непоседе всего тринадцать, но у меня было такое ощущение, что рядом с ней год шёл за два.
Дальше пошли кадры с нашими выступлениями.
– Итак, не представляю, как сложно было сделать выбор жюри - я бы выбрала всех конкурсанток - но они справились. И вторые пятнадцать конкурсанток...
Дальше зазвучали имена моих соперниц, и на экране пошли короткие вырезки выступлений. Я внимательно приглядывалась, хоть и наблюдала это всё за кулисами отборочного тура.
Ведущая в этот раз была права, поскольку я смотрела все конкурсы и не по разу, в этом году участницы были сильнее прошлых в разы. Причём даже те, что выбыли, могли утереть нос финалистам прошлых сезонов шоу.
Я даже немного понервничала. Всего пару минут. Но мы все знаем, что симпатичную сирену не выкинут в отборочном туре - такого ни разу не было. Сирены всегда доходили до финала, а потом в финале боролись между собой.
Народ вокруг меня заволновался, имена называли и называли, но моё не звучало.
Осталось назвать последнее, а остались пять самых сильных претенденток - некоторые из их песен уже ушли в народ, я слышала даже как наши напевали мотивы моих соперниц, хотя и должны были патриотично поддерживать только меня.
– И последняя участница вокального шоу «Звезда Анэр». Ей становится.
– Ну давай же, - не вытерпела Миневра, хотя сама пользовалась этим нечестными приёмом с драматическими паузами.
– И ей становится. кто же, кто же?.. И это - Мелопе-е-ея из девятнадцатого дистрикта-а-а!
– заорала во всю глотку Танария, и вслед ей рёвом взорвался весь девятнадцатый дистрикт.
– Ур-ра! Мелопея! Даёшь наших!
– со всех сторон кричали итанэ.
– Признаться, у меня на миг сердце остановилось, - прокричала мне в ухо, обнимая, Миневра.
Я ни за что не признаюсь, что у меня тоже.
– Поздравляю!
– набросилась на меня Майрана.
– А я нисколько не сомневалась, - прижалась ко мне Майна. И дразня, сложила пальцы перед лицом: - Ну разве что чуть-чуть.
Я рассмеялась на её хитрое выражение личика, и она показала мне язык.
–
– прозвучал в громкоговоритель голос Мелисанды.
В обнимку с подругами я подошла к сцене, попутно принимая поздравления от других и заверяя всех, что сделаю всё, что смогу, чтобы победить.
– Мелопея, - обратилась ко мне глава нашего дистрикта, в её глазах растроганно застыли слёзы.
– Ты наша гордость. Ты наша надежда. На тебя ложится большая ответственность. И мы верим, что ты её оправдаешь.
Глава обняла меня. А потом мне пришлось прослушать ещё кучу напутствий и пожеланий, прежде чем меня отпустили со сцены.
Дальше мне предстоял серьёзный разговор с главой дистрикта наедине. А потом за мной прилетит воздушный экипаж и увезёт на материк для участия в самом крутом шоу мира Анэр.
Глава 2
– Присаживайся, - радушно указала мне на место напротив себя за скальным столиком Мелисанда.
Она единственная кто мог бы позволить деревянную мебель с материка, и когда-то главы дистрикта заказывали её себе, но, несмотря на то, что кабинет главы находился в надводной части (вдруг дракон пожалует - где его принимать?), мебель от влаги и морской соли портилась быстро, поэтому тратить бюджет дистрикта предпочитали на более важные вещи. Например, на огненные камни и продукты питания с материка.
Которые, например, я сейчас наблюдала выставленными перед собой на столике. Тут были и фрукты с овощами, и лепёшки из теста, и даже - боги мои!
– десерты.
– Угощайся, ты заслужила, - провела рукой над деликатесами Мелисанда.
– Очешуеть...
– пробормотала я.
– Это всё мне?
Я подняла голову и неверяще смотрела на Мелисанду. Почувствовала как во рту стало вязко от сгустившейся слюны, и как заурчало в животе при виде явств.
Итанэ, в основном, питались рыбой. И, в основном, сырой. Чтобы готовить её, нужны были огнекамни - они единственный источник огня у нас. Куски угасшей лавы, в которых драконы поддерживали огонь на длительное время. Раньше, в период «до», огонь давало дерево. Сейчас зелёные чащи остались только на материке и охраняются законом. Вырубить дерево - преступление, за которое следует смертная казнь. На наших рифах тоже росло несколько деревьев, мы берегли их как зеницу ока. Древесина прогорит за пару дней, а деревья растут долгие годы.
Огнекамни нужны были не только для готовки. Мы, земноводные, так и не привыкли к холоду глубин. Рифы, осколки скал, смогли уцелеть только в самых северных местах прошлого мира. Там, где огненная лава сошлась с холодом севера, что смог немного остудить стихию. И хотя после катастрофы климат серьёзно поменялся, и даже в северных районах стал умеренно-континентальным, с каждым годом температура воздуха падала, возвращаясь к минусовой отметке. А для того, чтобы жить и размножаться, итанэ нуждались в тепле.