Дракон
Шрифт:
Пока я занимался челюстью, мне пришло в голову – а зачем вообще нужны крылья? Забыв о боли, я начал рассчитывать вариант с двумя воздушными трубами, которые крепились бы на моих руках и тянули меня за собой. Да, эта идея точно должна сработать! Будет истребитель с вертикальным взлетом и посадкой, причем последнее – очень важно, потому что мне до чертиков надоело биться о скалы. Пощелкав пришедшей в норму челюстью, я начал конструировать новое плетение в виде своеобразного наруча, к которому прикреплялась воздушная труба. Спустя десяток минут у меня
Медленно вливая силу в плетения, я поднял руки вверх и активизировал трубы. Поток воздуха сразу же стал холодить мои голые ноги. Никакой кокон я набрасывать в этот раз не стал, так как без него трубы было закреплять гораздо проще. Увеличив подачу силы, я почувствовал, что напор воздуха начал медленно меня поднимать. Обрадовавшись, я добавил еще больше энергии и взлетел вверх. Когда высота оказалась вполне достаточной, я передвинул руки вперед. Меня тут же рвануло следом, а полет стал походить на горизонтальное скольжение. Правда, насладиться возможностями Супермена мне не удалось. Меня тут же начало вертеть вокруг своей оси, но, слегка изменив наклон труб относительно друг друга, я постарался выровняться. Вращение замедлилось, а потом и вовсе остановилось, но я летел кверху пузом.
Спустя еще несколько секунд мне все-таки удалось развернуться, и я увидел стремительно приближающуюся скалу. Видимо, все-таки сила воздушной струи была невелика, поэтому снизился я гораздо быстрее, чем предполагал. Добавив энергии в плетения, я постарался вскинуть руки вверх, но это движение запоздало, и я со всей дури врезался в скалу, едва смягчив удар ногами. От столкновения меня развернуло и понесло на острые камни, и в этот миг я совершил свою самую главную ошибку – не сумел удержать руки параллельно. А сила в плетениях была немаленькой, поэтому, как только я после удара слегка развел их в стороны, то испытал на себе все то, что чувствовали приговоренные к четвертованию французы.
Для тех, кто не знает, поясню – у них практиковался такой вид казни, когда человека привязывали за конечности к лошадям, а потом заставляли тех бросаться в разные стороны. Вот и мои плетения, почувствовав слабину, рванули прочь. Нет, мои руки не оторвались, энергии оказалось недостаточно, но с противным хрустом были вырваны из суставов. В глазах потемнело от боли, поэтому я поспешил развеять плетения и тут же рухнул вниз, даже не пытаясь остановить падение. Последнее, что я ощутил в ту ночь, – это сильный удар о необычайно жесткие камни.
Меня нашли на рассвете, когда драконы проснулись и готовились к танцу. Зрелище было малоаппетитным. Выдернутые руки не сумели вправиться сами, поэтому лежали, как у изломанной куклы, вокруг все было заляпано моей кровью, так как длинный, острый и словно специально направленный в небо камень пронзил меня насквозь. Переполох поднялся знатный, поэтому к тому времени, как я пришел в себя, над моей тушкой собралась практически вся стая. Первым, что я услышал, был голос
– Брат, очнись! Алекс! Ну же!
Я поморщился от боли и попытался сплюнуть каменную крошку, прилипшую к губам. Драконы, видя, что я пошевелился, подняли радостный гвалт, но их голоса словно взорвали мой мозг. Оглядевшись, я увидел обеспокоенные морды и тревогу в глазах, попробовал пошевелиться и тут же скривился от боли. Осмотревшись внутренним зрением, я сразу заметил камешек, что вонзился мне в левый бок и пробил насквозь. Попытавшись пошевелить руками, я ничего не добился, поэтому попросил брата:
– Лар, подними меня.
Тут же когтистые лапы схватили меня за плечи, вызвав еще один стон. Но ненавистный камешек поднялся со мной, поэтому я попросил:
– Кто-нибудь, выдерните из меня эту гадость.
Подбежавшая Мара схватилась когтями за это копье и рывком извлекла его из тела. На этот раз я сдержал стон, а потом понаблюдал, как затягивается рана. И хорошо еще, что это каменное копье мне сердце не пробило. Двадцать сантиметров в сторону, и все – отлетался! А когда на боку остался только небольшой шрам звездочкой, я обратился к Лару:
– Можешь уже поставить меня на землю.
Брат выполнил мою просьбу и сразу же накинулся на меня с обвинениями:
– Алекс, ты что творишь?! Последний разум потерял?! Ты же запросто мог умереть!
– Но ведь не умер, – устало ответил я. – Возьми меня за руку.
Продолжая обвинять меня в дурости и всеми силами выражая свою злость, Лар помог мне вправить конечности. Я слышал его раздражение, смешанное с липким страхом, и понимал, что брат очень боялся меня потерять. Поэтому я молчал, не мешая ему выпускать пар. Он был в своем праве, ведь я действительно вел себя неразумно. Что мне стоило предположить подобное развитие событий? А еще хвастался своим логическим мышлением…
– И если ты еще раз попробуешь без меня подняться в небо, я тебя сам убью! Понял?! – закончил брат.
– Понял. Можешь начинать прямо сейчас, свои опыты я не оставлю, – ответил я, разминая руки, которые вновь начали мне подчиняться.
– Яйцо! – в негодовании крикнул дракон и отвернулся, шумно выдохнув.
Поглядев на драконов вокруг, я понял, что все они поддерживают моего брата, поэтому вздохнул, опустил взгляд на окровавленные камни и обратился к стае:
– Простите меня… Я не думал, что так получится.
– Алекс, ты нас так напугал! – Мара сменила брата на посту обвинителя. – Зачем ты это вообще с собой делаешь?!
– Летать учусь, – ответил я, осматривая дыры в одежде.
М-да, скоро мне придется ходить голышом, хотя вряд ли для драконов это будет хоть как-то оскорбительно. Одежду они не носят, да и не видят никакого смысла в том, что я не хочу ее снимать, считая это одной из моих странных привычек. Таких, как предварительное свежевание дичи или же ежедневное купание.
– Не нужно больше так делать. Пожалуйста, Алекс, – неожиданно жалобно попросила драконица.