Дракон
Шрифт:
После взрыва осталась огромная воронка диаметром сто метров и глубиной тридцать. Сухой кустарник и степная трава вспыхнули, и огненное кольцо горящей травы стало быстро расширяться, добавив черный дым в коричневое облако пыли.
Ослабевая, ударная волна эхом отозвалась в холмах и каньонах. Она встряхнула дома и закачала деревья в небольших скотоводческих и земледельческих городках по соседству с ранчо Кигана, прежде чем прокатиться над полем боя близ города Литтл-Бигхорн, в ста двенадцати километрах к северу от эпицентра.
На
Он медленно опустил бинокль и пошел к расположенной неподалеку телефонной будке. — Он вставил монету, набрал номер и подождал. Он тихо сказал несколько слов по-японски и повесил трубку. Затем, даже не оглянувшись на облако, которое, клубясь, поднималось в верхние слои атмосферы, сел в машину и уехал.
Взрыв был зарегистрирован сейсмостанциями, расположенными по всему свету. Ближе всего к эпицентру была расположена станция Национального центра по изучению землетрясений на территории Колорадской школы горных инженеров в городке Голден. Стрелки сейсмографов начали внезапно танцевать по лентам самописцев, что заставило геофизика Клейтона Морзе обратить внимание на сотрясения почвы, когда он уже собирался окончить дежурство и поехать домой.
Он нахмурился и пропустил данные через компьютер. Не отрывая взгляда от экрана монитора, он набрал номер Роджера Стивенсона, директора центра, который в тот день позвонил и сказал, что заболел и на работу не выйдет.
— Хелло.
— Роджер?
— Да, это я.
— Боже, какой у тебя ужасный голос, я тебя даже не узнал.
— Этот грипп меня просто доконал.
— Извини, что беспокою тебя, но мы только что зарегистрировали толчок.
— Калифорния?
— Нет, эпицентр где-то около границы Вайоминга и Монтаны.
Наступила короткая пауза.
— Это странно, весь этот район никак не назовешь сейсмически активным.
— Этот толчок искусственного происхождения.
— Взрыв?
— И крупный. Из того, что я могу заключить по интенсивности толчка, он выглядит как ядерный.
— Боже, — слабо пробормотал Стивенсон, — ты уверен?
— Ну, кто может быть уверен относительно таких вещей, — ответил Морзе.
— Пентагон никогда не проводил испытаний в этой части страны.
— Они к тому же не предупредили нас о каких-либо подземных испытаниях.
— Что-то непохоже на них проводить испытания, не предупредив нас.
— Как ты думаешь, нам нужно уточнить это в Комиссии по ядерной энергии?
Может быть, Стивенсон действительно чувствовал себя неважно из-за гриппа, но его сознание
— Нет смысла обращаться к чиновникам невысокого ранга, они ни черта не знают, надо выходить на самый верх. Позвони Хэнку Зауэру, нашему общему знакомому из Агентства национальной безопасности, и выясни, что, черт подери, происходит.
— А если Зауэр нам не скажет? — спросил Морзе.
— Нам-то что? Главное, мы скинули эту загадку на них и теперь можем спокойно сидеть и ждать следующего большого толчка с эпицентром в Калифорнии.
Зауэр не рассказал о том, чего он сам не знал. Но он сразу понял, что речь идет о чрезвычайной ситуации национального масштаба, и, запросив у Морзе дополнительные данные, немедленно передал всю информацию директору ЦРУ.
Президент находился на борту своего персонального самолета, летящего на званый обед в Сан-Франциско для встречи с политическими лидерами и сбора средств, когда ему позвонил Джордан.
— Что нового о ситуации?
— Мы получили сообщения о ядерном взрыве в Вайоминге, — ответил Джордан.
— Проклятье! — шепотом ругнулся президент. — Наш или их?
— Точно не наш. Это должна быть одна из заминированных машин.
— О числе жертв что-нибудь известно?
— Их практически не было. Взрыв произошел в малонаселенной местности, там расположены только ранчо.
Президент боялся задавать следующий вопрос.
— Есть ли сведения о других взрывах?
— Нет, сэр. На данный момент взрыв в Вайоминге был единственным.
— Я думал, что Проект «Кайтен» был задержан по крайней мере на сорок восемь часов.
— Так и есть, — твердо сказал Джордан. — У них не было достаточно времени, чтобы перепрограммировать системы.
— Как ты объяснишь этот взрыв, Рей?
— Я разговаривал с Перси Нэшем. Он считает, что бомба была взорвана на месте с помощью ружья с. высокой скоростью пули.
— Роботом?
— Нет, человеком.
— Так что феномен камикадзе не ушел в прошлое.
— Выходит, что так.
— Зачем эта самоубийственная тактика сейчас? — спросил президент.
— Вероятно, предостережение. Они не без оснований уверены, что Сума попал к нам в руки, и перестраховываются, стараясь удержать нас от атомного удара, пока они отчаянно пытаются перепрограммировать систему детонации для всего проекта.
— Ну, что же, они чертовски успешно с этим справляются.
— За рулем сидите вы, господин президент. Теперь у нас есть все существующие в мире оправдания для того. чтобы ответить ядерным ударом.
— Лучших и не надо, но какие у вас есть надежные доказательства, что Проект «Кайтен» не является сейчас работоспособным? Вдруг японцы совершили маленькое чудо и перепрограммировали системы? Что, если они не блефуют?
— Неопровержимых доказательств у нас нет, — согласишься Джордан.