Дракон Мартин
Шрифт:
Мартину достался сложный резальный станок. Каждую минуту он должен был нарезать из картонной полосы десять равных кусков. «Можно бы и побыстрей», — подумал Мартин. Через час он наловчился выдавать по двадцать кусков в минуту, ещё через час — но тридцать.
Начальник отделения, наблюдавший за новеньким, тотчас всё это заметил и доложил директору.
— Такой заменит нам сразу троих рабочих, — сказал он.
Директор поскорей пожелал увидеть новичка.
А другие рабочие тоже заметили, что Мартин, как и Георг, могут
— Фирма потребует потом и от нас такой же выработки. А нам это не под силу. Я, если очень напрягусь, могу в лучшем случае выдать в час пятнадцать кусков, вдвое меньше вашего. И то целый день мне так не выдержать. Мы хотели бы вас попросить…
— Я всё понял, — сказал Мартин. И повернулся к брату: — Пошли.
Роберт Хомола с ещё одним рабочим поблагодарили драконов за понимание и проводили их до ворот цеха. Мартин и Георг покинули здание фабрики.
Когда в цех явился директор, пожелавший взглянуть на новичков, он никого у станков не нашёл.
— Где эти супер-рабочие? — спросил он.
— Я ни одного человека здесь не видел, — сказал Роберт Хом ол а.
Мартин и Георг некоторое время шли, не задумываясь о направлении.
— Что теперь? — спросил Георг.
— Понятия не имею, — ответил Мартин, — Может, нам всё-таки лучше работать драконами?
— Опять у Долежала и Виммера?
— Нет, — сказал Мартин и показал на афишу. Она объявляла, что в город на гастроли прибыл цирк «Корморани».
Мама проводила детей к тёте Анчи. Тётушка была в отличном настроении. Никакие боли её не донимали. Она, посвистывая, сидела с господином Мехтелем на ступеньках перед домом. Господин Мехтель был повязан передником.
— Я наняла его к себе на службу, — объяснила тётя Анчи. — Он будет у меня мастером по наблюдению за сорняками. Мне кажется, он большой специалист по наблюдению.
— А что должен делать мастер по наблюдению за сорняками? — спросил Шурли.
— Странный вопрос! Он обязан следить за моими сорняками, — сказала тётушка. — Мало ли как мои соседи могут попытаться их извести. Вдруг они уже бросают ко мне в сад какие-нибудь ядохимикаты. Я должна этому помешать… А как ваш папа?
— Он старается, — признала мама.
Тётя Анчи принесла коробку со своими сухими кексами.
— Смешная, — прошептал господин Мехтель. — Но такая милая.
— У меня дома не шепчут, — сказала тётушка.
Господин Хаппих, владелец и директор цирка «Корморани», сидел в своём жилом вагончике, состоящем из двух комнат. В Италии господин Хаппих никогда не бывал. Итальянское имя он взял для своего цирка просто потому, что оно казалось ему завлекательнее для
— Что вам угодно? — спросил директор Хаппих у Мартина. Георг остался на улице: в вагончике оба не поместились бы.
— Я хотел бы поступить к вам в цирк, — сказал Мартин.
— Так я и думал! А кто вы такой?
— Дракон.
— И кем же вы хотите работать у меня в цирке?
— Драконом.
— Изрыгните-ка пламя, — потребовал директор.
— Этого я не умею, — сказал Мартин.
— Как так? Драконы умеют изрыгать пламя.
— Увы, — с сожалением сказал Мартин.
— Тогда пустите хотя бы немного дыма из ноздрей.
— Этого я тоже не могу.
— А что же вы можете?
Мартин показал директору Хаппиху слегка раскалённый кончик своего языка. Директор засмеялся.
— От этого можно прикурить сигарету, не более того.
— Смешно, конечно, — согласился Мартин. — Но… я умею летать.
— Ну и что?
— Всё-таки… — сказал Мартин.
— Мне это ни к чему. Для номера с полётом у меня недостаточно места.
В вагончик вошла дочь господина Хаппиха.
— А теперь что ты скажешь? — спросила она.
— Нет! — крикнул директор цирка. — Сколько я буду повторять? Нет!
Дочь с плачем ушла из вагончика. «Ревёт как белуга», — подумал Мартин.
— Что ты ей сказал? — поинтересовалась жена директора.
— Я сказал — нет. И ничего больше.
— А что она хотела?
— Всё то же самое, — сказал директор. — Она всё мечтает выйти замуж за канатоходца. А я этого никогда не позволю. У него нет никакого будущего. По крайней мере, в моём цирке. Он выступает без сетки.
— Так как же насчёт меня? — осторожно напомнил Мартин.
— А что мне с вами делать? — ответил господин Хаппих. — Посудите сами. Как мне вас использовать в своём цирке? Умеете вы делать что-нибудь особенное?
— Что?
— Откуда я знаю что? Может, вы умеете подражать чужим голосам? Собаке, например?
— Нет, не умею.
— Или скакать на лошади?
— Нет.
— Вот видите, — сказал директор цирка. — Ничего особенного вы не умеете, как дракон вы тоже не годитесь. Не могу же я взять к себе фокусника, у которого падают из рук карты. Или, скажем, льва, который не умеет рычать.
В этот момент раздалось рычание.
— Отчего рычит лев? — воскликнул директор цирка.
— Не знаю, — ответила его жена. Она закрепляла на верёвке последнюю рубашку.
— Взгляни, пожалуйста.
— Лев вырвался из клетки!
— Ага, — сказал директор и повернулся к Мартину, как будто не слышал, что ему сказали.
Жена директора взволнованно вбежала в вагончик.
— Тигр тоже вырвался! — крикнула она.
— Неужели, — сказал директор цирка и глянул в окно. — В самом деле вырвался! — крикнул он, вскакивая.