Драгоценность
Шрифт:
– Здесь все в порядке? – спрашивает знакомый голос. Я быстро поворачиваюсь и вижу перед собой улыбающегося Люсьена. Открываю рот, но он еле заметным движением головы заставляет меня молчать.
– Гарнет, как всегда, очаровательно непосредственен, – отвечает графиня. – Он, кажется, огорчил этого суррогата.
– О боже. – Люсьен разглядывает мою растрепанную прическу. – Какая неприятность. Но не волнуйтесь, я сейчас все исправлю, и прическа будет как новая, прежде чем закончится танец. Ты, – говорит
Я следую за ним через толпу, не поднимая головы, стараясь выглядеть кроткой овечкой. Мы выходим из бального зала, и Люсьен ведет меня по коридору, позвякивая связкой ключей на поясе. Наконец мы останавливаемся перед дверью, которая ведет в небольшую дамскую комнату. Зеркало в ней занимает целую стену, вдоль него тянется мраморная столешница с умывальником, заставленная туалетными принадлежностями, флакончиками духов и помадами.
– Люсьен! – восклицаю я, когда он закрывает дверь. – Где ты…
Люсьен прикладывает палец к губам, и я умолкаю. Он снимает камертон с кольца для ключей и стучит им по столешнице; инструмент зависает в воздухе и тихо жужжит. Только после этого Люсьен улыбается мне.
– Ты выглядишь восхитительно.
Я не могу не улыбнуться в ответ.
– Спасибо. Я искала тебя в библиотеке. Где ты был?
– В Жемчужине неразумно встречаться дважды в одном и том же месте, – отвечает Люсьен.
– Ты серьезно сказал, что поможешь мне выбраться отсюда? – задаю я вопрос, который не дает мне покоя.
– Да. Но сейчас нет времени говорить об этом. – Люсьен оценивает ущерб, нанесенный моей прическе, и поднимает выбившиеся пряди. – У меня был разработан целый план, как встретиться с тобой наедине, но сынок герцогини с его ужасными манерами подвернулся как нельзя кстати.
Наши глаза встречаются в зеркале, и он достает другой камертон, похожий на тот, что зависает сейчас в воздухе. Очень осторожно он закрепляет его в моих волосах и прикрывает локонами.
– Спрячь его, когда вернешься во дворец. Он тебе понадобится завтра в полночь, – тихо говорит он мне на ухо. – А теперь давай вернемся к твоей хозяйке.
Он вешает свой камертон на брелок, и я молча следую за ним обратно, ошеломленная таким поворотом событий и сознанием того, что мои волосы хранят большой секрет.
17
Герцогиня все еще танцует с Эшем, когда мы возвращаемся в бальный зал.
– Ступай обратно к графине и жди свою хозяйку, – громко произносит Люсьен резким, командирским тоном, предназначенным для чужих ушей. Я киваю и смотрю, как он пробирается через толпу к Курфюрстине. Когда он подходит к королевскому подиуму, Курфюрстина жестом подзывает его к трону. Он наклоняется, и она что-то шепчет ему на ухо. Мне интересно, что
– Вайолет?
Я вздрагиваю от звука собственного имени, произнесенного хриплым шепотом. Рейвен выглядывает из-за колонны. Она в красивом алом платье, с золотыми браслетами на запястьях.
– Рейвен! – чуть ли не вскрикиваю я, быстро и осторожно пробираясь к ней.
– Ш-ш, – шипит Рейвен. – Она не должна знать, что я отошла.
Она дергает головой, показывая через плечо. Я вижу широченную спину графини дома Камня, беседующей с дамой, в которой я узнаю леди дома Огня.
– Я тебя обыскалась, – говорит Рейвен.
Как только проходит первое потрясение, я замечаю, как исхудала моя подруга. Она как будто усохла, высокие скулы стали еще острее, под глазами залегают темные круги.
– С тобой все в порядке? – шепчу я.
Рейвен улыбается, ее губы того и гляди треснут, растягиваясь в улыбке.
– Ты все такая же красивая, – говорит она, – какой я тебя помню. – Взгляд у нее затуманивается. – Знаешь, иногда мне кажется, что Южные Ворота были сном. У тебя не возникает такого чувства?
– Нет, – говорю я. – О чем ты?
Но Рейвен, похоже, не слышит меня.
– Там была еще одна девушка. Наша подруга. Красивая и глупенькая блондинка. Как же ее звали?
Ком встает у меня в горле.
– Лили, – говорю я. – Ее звали Лили.
Рейвен вздыхает с облегчением.
– Да, точно. Лили. Кажется, иногда я бывала с ней груба.
Она рассеянно потирает запястье, и я вижу, что золотые браслеты на самом деле наручники, прикрепленные друг к другу тонкой цепочкой.
– Что это? – ужасаюсь я.
Улыбка Рейвен выглядит зловещей.
– Она не очень-то меня любит. Я уже сказала ей, что она ничего от меня не получит. Теперь она думает, что может отобрать у меня память, но я этого не позволю. Я не забуду тебя. Обещаю. Я не забуду тебя.
– Рейвен, ты меня пугаешь, – говорю я.
– Ты ведь тоже не забудешь меня, да, Вайолет? – Рейвен медленно пятится назад.
– Нет, – шепчу я со слезами на глазах. – Никогда.
Рейвен спешит занять свое место подле хозяйки и успевает вовремя – графиня дома Камня как раз поворачивается, чтобы схватить канапе с проплывающего мимо подноса.
Кто-то берет меня за локоть, и я взвиваюсь от испуга.
– Я думал, что ты уже вернулась к герцогине. – Люсьен стоит рядом со мной, и в его глазах сквозит предостережение. – Позволь, я провожу тебя.
Я следую за ним, но мысли мои с Рейвен. Из головы не идут ее изможденное лицо, золотые наручники на запястьях, настойчивая просьба не забывать ее.
– Вот она, моя госпожа, – говорит Люсьен, и его голос возвращает меня в настоящее. Я снова стою рядом с графиней дома Роз и Карнелиан. – Как новенькая.