Дожить до весны
Шрифт:
Ей это аукнется, без вариантов. Те, кто согласился ей помогать, вряд ли предполагали, что обвинения голословные. Они наверняка верили, что уж сестра-то знает все о прегрешениях брата! Но Фрейе плевать и на их злость, и на то, что эти люди больше с ней работать не будут. Отряхнется и пойдет дальше!
Казалось, что она просто потратила деньги зря, устроила неприятный, но по большей части безвредный розыгрыш. Однако Таиса понимала, что все намного серьезней. Фрейя уже пыталась вести себя нагло, и тогда Гарик ее послал. Теперь же она решила показать ему, что готова к действию. Сегодня
– Мы должны остановить ее! – объявила Таиса.
– Гарик сам справится.
– Может быть. Но ему одному будет труднее, и он не обязан справляться сам. Для этого ведь и есть друзья!
– Мы не друзья. Мы просто учимся у одного специалиста.
– Ой, скрути язык гармошкой и завяжи! – поморщилась Таиса. – Я такой бред даже обсуждать не буду! Давай сосредоточимся на том, как помочь Гарику, причем немедленно. Нужно втащить Фрейе так, чтобы она потом своим эгоцентризмом полгода углы помечала! Только я не знаю, как это сделать…
Она надеялась, что Матвей хотя бы на миг проявит искреннее сочувствие, покажет, что ему не все равно. Прежде всего они должны помочь Гарику, а не Вадиму Мельникову, который активно сопротивляется своему спасению!
Матвей остался так же равнодушен, но за дверь ее не выставил, и это уже был добрый знак.
– Взаимодействовать с Фрейей по большей части бесполезно, там разрушение личности, боюсь, необратимое.
– Что, думаешь, и аргумент «тапком по заднице» не поймет? Даже собаки понимают!
– Собаки понимают. Фрейе может даже понравиться.
– Фу!
– Не я коснулся этой темы, – покачал головой Матвей. – Я тебе как раз говорю, что сама себя Фрейя не остановит, там тормозов давно нет. Нужно воздействовать на нее через родителей. Если они перестанут ей помогать, она очень быстро закопает себя.
– Так а я тебе о чем!
– О тапках и собаке.
– Не суть, – отмахнулась Таиса. – Да, надо им сеанс вразумления провести. Но я так и не поняла, как Лина контролирует своего мужа… Да мне не до того вообще было со всеми этими провалами!
– Я предлагаю не гадать, а сразу поговорить с Александром Дембровским.
– Я уже пыталась!
– Поэтому говорить буду я.
План казался каким-то слишком простым для Матвея, но Таиса спорить не стала. Было бы странно долго уговаривать его вмешаться, а потом возмущаться! Матвей еще и действовал цивилизованно: он созвонился с кафедрой, на которой теперь преподавал Александр, и назначил тому встречу.
Ну а Лина явилась на эту встречу даже раньше, чем они. Когда профайлеры добрались до кафедры, Лина уже вертелась у входа, высматривая их, нарядная, как какая-нибудь домохозяйка из телесериала, улыбающаяся через силу – не ненавидящая их, нет, ненависть попросту была не в ее природе. Скорее, Лина рассматривала их как естественных врагов своих детей, причем обоих, ведь, если бы они не лезли, Фрейе и Гарику наверняка удалось бы договориться!
– Здра-а-авствуйте! – пропела Лина. – А я тут как раз навещаю Сашеньку, узнаю, что приедете вы, думаю –
Конечно же, это была ложь. Таиса даже не сомневалась: Лина давным-давно подкупила хотя бы троицу коллег Александра, чтобы ей вовремя сообщали, кто к нему ходит и чем он вообще занят. Но то, что она предоставила хоть какое-то объяснение, уже можно было считать необходимой вежливостью.
Своего кабинета у Александра в университете не было, как не было и потребности в таком кабинете. Но для их разговора он освободил помещение кафедры, и это многое говорило о его авторитете.
– Так почему вы решили к нам заглянуть? – спросила Лина, подходя ближе к мужу. Впрочем, она не села рядом с ним, она предпочла остановиться за его креслом и опустить руку ему на плечо. – Я думала, в такой период вы будете с Ингваром…
– «В такой период»? – не выдержала Таиса. – Вы это подаете как какую-то случайность? Это устроила Фрейя!
– Что? – всплеснула руками Лина. – Да с чего вы взяли, милая?!
– А кто еще?
– Кто угодно, только не моя дочь! Фрейя сейчас очень переживает за брата, надеюсь, вы не додумались обвинять ее открыто?!
– Достаточно, – вмешался Матвей. – Я сейчас предпочел бы сосредоточиться на расследовании дела, потенциально связанного с массовыми смертями. Мне совершенно не хотелось лезть в ваши семейные шкафы. Но Таиса права, все зашло слишком далеко.
– Ты, значит, считаешь, что она права и моя дочь действительно подставила моего сына? – усмехнулся Александр.
– Она его даже не подставила, у нее просто способ доминирования такой. Лично я считаю, что Гарик в состоянии справиться со всем сам, особенно теперь, когда он преодолел первоначальный кризис. Но мне нужно, чтобы Таиса прекратила отвлекаться на это.
– Хоть в чем-то наши предпочтения совпадают, – кивнул Дембровский.
– Предпочтения совпадают, мотивация разная. Должен признать, Таиса действительно проделала неплохую работу по сбору данных, просто не дошла до конца.
– Прямо ищейка, а не человек! – рассмеялась Лина. – Что же она такого выяснила?
– Например, то, что Фрейя – не биологическая дочь Александра. Но это так себе секрет, думаю, он давно уже известен всем, кто потрудился обратить на такое внимание.
– Что? Нет! – воскликнула Лина. – Хватит повторять эту глупость! Фрейя наша доченька, можно провести тест…
Болтать она могла что угодно, Таиса даже не смотрела на нее, все ее внимание было сосредоточено на Александре. Ей ведь давно было любопытно: знал он на самом деле или нет?
Знал. И для него не стало шоком ни само обвинение, ни то, что об этом известно другим. Похоже, он выяснил правду уже давно – и смирился с ней.
– Какое-то время это никого не волновало, пока Александр не оказался на грани смерти, – продолжил Матвей. – Вот тогда перспектива завещания предстала перед Фрейей во всей красе. Возможно, она испугалась того, что Александр ее оттуда выкинул. Может – того, что Гарик оспорил бы любое завещание, доказав, что она не биологическая дочь его отцу. А может, ее воспаленный мозг вообразил розового пингвина, и она впала в истерику – от наркоманов можно ожидать чего угодно.