Доверие

Скотт Кайли

— Ага.

— Один. Два. Три.

И мы прыгнули.

Я закричала, а он засмеялся, и озеро устремилось нам навстречу. Адреналин захлестнул меня, заставив почувствовать себя более живой, чем когда-либо за долгое время, но все закончилось так быстро. Потом мы оказались в воде, погруженные в темноту. Конечно, мне пришлось отпустить его руку, чтобы выплыть на поверхность.

Все еще жива, спасибо тебе, младенец Иисус.

Кровь стучала у меня в ушах. Мое нижнее белье даже ухитрилось не сползти.

Джон

плавал на месте, мокрые волосы падали ему на лицо.

— Ты в порядке?

— Ага. Это было здорово!

— А чего еще ты раньше не делала?

— Не знаю. — Я гребла руками в воде, держась на плаву. К слову, о неловкой теме разговора. Я не стала бы лгать ему, но и не хотела быть конкретной.

— Когда-нибудь курила косяк?

— Нет. — И я чувствовала себя немного глупо, признаваясь в этом. — Хорошие девочки так не поступают. Мы остаемся дома и размышляем о Боге и прочем дерьме.

— Ты хорошая девочка?

— Нет, — ответила я, обдумав ответ. — Уже нет. Мне кажется, я недавно сменила религию.

Мимолетная улыбка скользнула по его лицу. И я увидела понимание в его глазах, которое больше нигде не могла получить.

— Да, я тоже, — сказал он.

— Наперегонки до пляжа?

— Согласен.

— Тогда вперед!

Казалось бы, легкими гребками он рассекал воду, оставив меня и мой собачий стиль далеко позади. Не то, чтобы я действительно пыталась.

— Ты победил, — крикнула я и услышала смех.

Спорт не был моей сильной стороной. Любой марафон, кроме шопинга, телевизора или чтения, и я гарантированно приду последней. У каждого были свои сильные и слабые стороны.

Приплыв последней, я также получила прекрасный вид на Джона, идущего по пляжу. Промокшие темно-серые боксеры прилипли к его заднице, и какая это была задница! Фотографическая память была бы очень кстати. Не то, чтобы я хотела своего нового друга или что-то в этом роде, потому что это было бы неправильно. И глупо.

Как огромный пес, он стряхнул воду с волос. Я обхватила свои и выжала их, медленно последовав за ним, пытаясь отдышаться. Моя косметика, вероятно, стекла на пол-лица, но какая разница. Большая часть моей нервной энергии сгорела при падении. Из машины он достал зажигалку и маленький пакетик.

— Садись на капот, — сказал он, забираясь на него и прислоняясь спиной к ветровому стеклу.

— Это не повредит твоей машине?

— Нет. Но согреет наши задницы и поможет нам обсохнуть.

— Хорошая мысль. — Я осторожно забралась на капот, надеясь, что металл не начнет стонать или что-то еще под моим весом. Наверное, мне следовало просто надеть платье обратно. Это было бы самым умным поступком. Но к черту все это.

Взметнулось пламя, и Джон зажег косяк, затем протянул его мне.

— Затянись, Иди.

Он осторожно протянул его мне, улыбаясь в ответ. Без особых колебаний я поднесла его к губам и медленно, глубоко вдохнула, прежде чем выдохнуть. Изо рта у меня вырвался клуб дыма, и глаза защипало. Затем я безуспешно попыталась откашлять

легкое.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

Кивнув, я кашлянула в ладонь и вернула косяк.

— Абсолютно. Я бунтарь.

— Ты крута. Вообще-то я тебя немного побаиваюсь.

— Спасибо.

— Тебе надо затягиваться поменьше, — сказал он. — Травка горит жарче табака.

Мы передавали его туда-сюда, расслабляясь у машины и глядя на звезды. Мое тело расслабилось, все мои земные заботы и тяжесть отпали. Мои бедра были толстыми, а живот выпирал. Ну и что. Я была жива, и мне позволено занимать пространство.

— К черту быть несчастной, — сказала я.

— К черту быть несчастной? — повторил Джон, с любопытством посмотрев на меня.

— Да. Абсолютно.

Уголок его рта изогнулся вверх, взгляд задержался на мне. От лица к груди и обратно. По всей вероятности, парень внутренне смеялся над тем, какие у меня красные глаза или что-то в этом роде. Я скрестила руки на груди, почувствовав себя неловко.

С озера подул ветерок, более прохладный, чем раньше. Он был прав насчет преимуществ сидения на теплом двигателе, и кто знал, что такие машины могут быть такими удобными?

— Ты не похож на торговца наркотиками, — тихо сказала я.

— Наверное, это хорошо. Для бизнеса, я имею в виду. Будет хлопотно, если копы сразу поймут, что ты замешан в этом.

— Верно. — Я скрестила ноги в лодыжках. — Думаешь, снова начнешь?

— Нет, с этим покончено. — Он откинул волосы с лица и с минуту молчал. — Диллон начал свой бизнес; я вроде как унаследовал часть его, когда он окончил школу. Но более тяжелые вещества, которые он стал продавать, были очень плохими.

Закрыв рот, я слушала.

— Ты была права насчет того, что «Дроп-Стоп» все изменил. Часть меня чувствовала, что смотреть на Криса — все равно что смотреть на то, каким скоро станет Диллон. А потом, глядя на Диллона, я задумался, каким могу стать в ближайшее время. — Он снова глубоко вдохнул косяк, медленно выпустив дым. — Так что да. Я сказал Диллону, что закончил с этим, и переехал к дяде.

— Ты не живешь с родителями? — одна из девушек упомянула об этом. И все же странно.

— Папа нашел работу на севере, — только и сказал он.

Я кивнула. Казалось, что требовался какой-то ответ.

— В любом случае, у торговцев травкой нет будущего. Нужно придумать что-нибудь еще.

— Да, наверное, ты прав, — сказала я, изучая тени на его лице. Девушки удивлялись его внезапному интересу посещать школу и получать образование. Думаю, это ответило на вопрос почему.

Некоторое время мы молчали, каждый был занят своими мыслями. Забавно, но скрытые признаки взрослости проявлялись в нем все отчетливее. Его рост и телосложение, глубина его голоса и знание в его глазах. Он снова уставился в ночное небо. Несмотря на его притяжение, я сделала то же самое. Не стоило заводить глупых идей, как бы высоко я ни взлетела.