Доспехи Крестоносца
Шрифт:
Позади воздух сотрясался от криков боли и ярости, но мужчинам было все равно. Сейчас самым важным являлось спасти собственные шкуры. Гоня лошадей, они в краткий миг достигли ворот. Не сбавляя темпа, понеслись по тракту, оставляя за собой плотную стену из пыли. И лишь когда "Золотистый край" остался далеко позади, а взмыленные лошади едва не падали от усталости Бренинг позволил отряду остановиться.
Вытирая потное грязное от пыли лицо, наемник спешился, и буквально стащив Винса с седла от души врезал костяшками пальцев вора по лицу.
От удара парень упал на землю, покатившись к канаве. Тут же поднялся, держась руками за перебитый нос. Алая кровь хлестала, перемазав рубаху и оставляя темные пятна на земле.
– Это тебе за то, что подставил своих товарищей!
– Багровый
– А это за то, что из-за тебя пострадали невинные люди!
Полный неистовства Кронн зарычал, поглядев на спутников. Пожалуй, таким мужчины видели всегда спокойного и сдержанного наемника впервые.
– И вы тоже зарубите себе на носу, щенки. С вами церемониться я не намерен! Не можете не найти на задницу приключений так валите домой, к мамочкам! Я тосковать не стану! Возможно происходящее для вас лишь игра. Но наша миссия слишком серьезная, чтобы подвергать ее риску. Надеюсь, вам понятно и мне не придется повторять слова дважды.
– Мы поняли, - озвучил за всех общее мнение Вэнинг.
– Вот и славно, - выплеснув злость, Кронн хмуро взобрался в седло.
– А теперь в путь!
Оливер помог забраться Винсу в седло. Выглядел вор скверно, парню крепко досталось, и он едва мог держаться.
– Да уж, не повезло тебе старик, - сочувственно покачал головой маг.
– Ничего, - с трудом шевеля разбитыми губами, прошелестел Винс.
– Бывало и хуже.
Оливер сказал что-то еще и направился к лошади.
– Эй, вор.
– Окликнул Винса Таниэль. Смотрел на парня воин с нескрываемым уничижительным презрением.
– Повторится нечто похожее, и я лично выпущу тебе кишки.
Больше никто не вымолвил ни слово, но по лицам Винс легко мог прочитать, что о нем думают остальные. Презрение Вэнта, досада и разочарование брата Бризнера, злоба Кронна. Лишь Вэнинг смотрел на парня с сочувствием. Что касается Минтеса, то и вновь ассасин не изменил данным привычкам. Убийца единственный кто не проявил вообще никаких эмоций. Видимо Лейту и, правда, было абсолютно плевать на все, что не касалось лично его самого.
Так, испытывая тяжесть на душе и неясные переживания, Винс устроился позади колоны.
На небе неизменно светило жаркое августовское солнце. Не виднелось ни единого облачка. И отряд по-прежнему продвигался на север. Туда, где находился следующий алтарь одного из Девяти небожителей. Отряд направлялся в край льда и стужи, вечных ветров и царства снега. Где-то за лесами и полями и поднимающимися ввысь горными хребтами скрывалась новая цель.
Глава 10.
Город семи ветров.
И вновь дни потянулись чередой долгих часов пути и коротких передышек. Отряд по-прежнему продвигался к далекой Бруме. Но в отличие от установившегося распорядка у мужчин, природа вокруг них не осталась без изменения. Бескрайние поля и луга с пастбищами и пасущимися стадами остались позади. На смену им пришли леса, простирающиеся на сотни лиг вокруг. Вместе с флорой изменилась и дорога. Ровный тракт, тянущийся прямой, сменился вьющимся серпантином. Дорога то петляла, как заяц, спасающийся от клыков хищника, поворачивая и создавая петли, то неожиданно выпрямлялась. С приближением к северу деревушки стали попадаться все реже и реже, а затем и вовсе исчезли. Так что безграничный край оказался во власти природы и зверей. И отсутствие вмешательства человека сделало здешние места обособленным царством дикой, первобытной природы.
Однако дикость территорий не раз создавала проблем для небольшого отряда паломников. Чувствующие себя вольготно и свободно хищники не опасались чужаков и нападали порой даже ночью, совсем не боясь огня костра. Так что мужчинам первое время пришлось несладко, выставляли караул и при тревоге вместе противостояли зверю. То и дело во время перехода отряд вынужден был, менять маршрут и петлять, удлиняя путь во много раз. Днем звери чувствовали себя еще уверенней, чем в ночную пору, и нападение медведей, рысей или волков стало делом обычным. Первая встреча с грозой лесов - медведем, стала для мужчин огромным сюрпризом. Всадники неспешно двигались колонной по узкой
Вместе с людскими поселениями с Имперского тракта исчезли и частые разъезды. Конные стражи Имперского легиона, поддерживающие порядок на дорогах и защищающие мирных граждан от разбойников попались за весь путь отряду только дважды. Первый раз несколько дней назад, когда лес только начинал вступать в права, а местность еще не превратилась в бескрайнюю глушь. Вторая встреча произошла на утро следующего дня. Мужчина, закованный с головы до ног в доспех, проскакал на гнедой лошади со скоростью ветра, даже не заметив отряд. Причина спешки выяснилась тоже довольно быстро, спустя десяток секунд в том же направлении, откуда появился всадник, показалась пума. Почуяв новый запах, хищник сбавил темп и стал оглядываться, ожидая, когда сменившийся ветер вновь принесет запах. Но меткая стрела, выпущенная Кронном, попала пуме точно в голову, прямо меж глаз убив практически мгновенно. А к концу дня мужчины еще раз убедились, что местные обитатели сами могут постоять за себя. На опушке возле нового поворота дороги отряд обнаружил останки, без всякого сомнения, принадлежащие человеку. Но из-за сильного разложения и причастности зверья, снявшего с тела большую часть мяса, понять, кем был мертвец раньше, оказалось делом пустым и безнадежным. Впрочем, выбор имелся небольшой: тело скорей всего принадлежало либо разбойнику, либо браконьеру. И те и другие искали здесь наживу, но часто находили лишь смерть от клыков и когтей.
– Вот только достигнем Брумы, я сразу же отведу тебя на живодерню, сволочь ты такая, - недовольно ворчал Оливер, ругая почем зря кобылу.
Остальные члены отряда смотрели на бурчание мага с иронией и усмешками. Что же касается самой животины, то лошадь будто и не слышала угроз хозяина. В ответ она лишь хлопала остроконечными ушами, изредка лениво косилась.
А Вэнинг продолжал сыпать в адрес скотины угрозами. Парень так и не забыл предательства животного при встрече с медведем, а утрешнее происшествие лишь еще больше омрачило настроение мага. Теперь решение избавиться от коняги при первой же возможности прочно укрепилось в мыслях Оливера.
– Все лошади, как лошади одна ты. У, скотина!
– маг погрозил кобыле кулаком, несильно ударив ее по ушам. Лошадь обиженно поджала уши и недовольно зафыркала.
– Ты бы с ней поласковей, парень, - дал совет Оливеру ехавший справа от него Кронн.
– Лошади, они ведь животные чуткие. Все прекрасно понимают не хуже тех же собак.
– Что-то с трудом верится, - слова наемника Вэнинг воспринял с сомнением. Поглядев на тупую рожу кобылы, так и дожидающуюся момента, когда седок расслабится, чтобы воспользоваться и совершить нечто гадкое, маг покачал головой.
– Иначе бы эта тварь не вела себя столь хамским образом и прислушалась к моим предостережениям. Так нет. Как была неблагодарным куском мяса, так и им и останется. Ненадолго, правда. Вот дайте только добраться до Брумы. А там я первым делом поквитаюсь с ней за все обиды.