Дословный перевод

Шульгина Анна

— Привет.

И Инна, и Алена уставились на вошедшего бледноватого Женьку так, что тот оглянулся — не притаилось ли за его спиной чудище страшное. Но там, кроме мрачного Сереги, никого не было. Хотя, выражение лица у друга было настолько свирепым, что неизвестно, при встрече с кем больше шансов на выживание — с чудом-юдом беззаконным, или похмельным Тихоновым.

— Чего делаете?

— Завтрак готовим, — тоненькое блеяние Инны, ткнувшей пальцем в стоящее на столе продуктовое изобилие,

только ухудшило состояние страдающих организмов. Те даже слышать, не то, что видеть еду категорически не желали.

— Уберите, а? — Женька поморщился и отвернулся. Во избежание, так сказать — тазик-то они угробили. Кстати, надо не забыть сказать Лёнке о постигшей её утрате.

— Сейчас, — Герман сжалилась над взбледнувшими парнями и быстро убрала все в холодильник. — Кофе будете?

— А таблеточки нет? — Сергей ушел в самый угол и утянул за собой Инну, которую тут же усадил к себе на колени.

— Сейчас дам, — Алена зашуршала чем-то в одном из ящиков стола.

— Святая женщина… — Женька задернул штору, упрямо не желая радоваться солнечному дню, и скромно пристроился на стуле.

— Держите, — бросив по шипучей таблетке в стаканы, девушка протянула страждущим зелье. — Точно ничего больше не хотите?

— Не-а, — Тихонов прислонился лбом к прохладному плечу Инны и попытался припомнить все нюансы вчерашнего разговора. В частности — задавал он один довольно важный вопрос или нет? Так и не припомнив, решил поинтересоваться у самой девушки, нежно поглаживающей его по затылку. — Я тебя вчера замуж звал?

Женька поперхнулся допиваемым лекарством, а Герман чуть не села мимо стула.

— Звал? — Власов прокашлялся и, устав ждать ответ, захотел подтолкнуть мыслительную деятельность сестры. За что тут же получил тычок под ребра от Алены. — Чего ты дерешься? Она же зависла, перезагрузить надо…

— Сереж, успокойся, ты же пьян был, — Инна отмерла и начала ещё осторожнее и трепетнее поглаживать любимого по голове. — В таком состоянии много что можно сказать…

— Нет, секундочку! Не надо намекать на мою неадекватность. Вопрос был? Был. Ты обещала подумать? Обещала. На раздумья была целая ночь.

Женька снова хотел влезть в разговор, но Алена предусмотрительно зажала ему рот ладонью. А чтобы совсем не оставить иллюзий, второй рукой приобняла за шею, как бы невзначай надавив на горло.

— Любимый… — Власова оглянулась в поисках поддержки, но брат только кивал, мол, чего тянешь, убогая, соглашайся, а все внимание подруги было сосредоточено на попытках не дать Женьке право слова. — А давай мы с тобой наедине этот вопрос решим?

— Ой! — Герман отдернула ладонь, за которую её куснул Женька.

— Нет уж, такие вещи нужно делать прилюдно, чтобы потом

не было соблазна отказаться от собственных слов. Инка, тебе был задан прямой вопрос, давай ответ.

Власова в панике посмотрела на подругу, прося подсказку.

— Сереж, это, конечно, прекрасно, но мы девушки романтичные, где падения на колени и цветы? — этот пошлый штамп оказался единственной пришедшей в голову Алены отговоркой, потому пришлось пользоваться тем, что есть. — Не надо так смотреть на кактус!

Дело в том, что единственной растительностью, выживавшей у неё в квартире, были суккуленты, а они в букетах не продавались и в это время года не цвели, потому назревала проблема.

— Ин, если захочешь, я тебе цветочный магазин приволоку. Только давай серьезно, а?

— Так, нам пора, — Алена мертвой хваткой вцепилась в руку Власова, который как раз уходить не хотел. — Мы вас оставим, когда придете к консенсусу, постучите.

— Ну, удачи вам, — Женька не стал упираться и дал увести себя в комнату. — Все веселье обломала…

— Господи, а с ним вы что делали?! — девушка остановилась возле истерзанного трупа тазика.

— Он пал, защищая честь и достоинство. Короче, не заморачивайся, завтра куплю тебе металлический. Хотя, нет, если рухнуть на него…

— Так, я уже не хочу знать, что тут происходило, — Алена ногой отодвинула пластиковые осколки и начала снимать постельное белье. — Жень, очень прошу — не лезь к ним. Видишь, и без тебя все решили, сейчас она немного подергается, он — поуговаривает, потом пригрозит сделать ребенка через пару дней, и Инна, как миленькая, пойдет в ЗАГС. Хочешь, поспорим? — наволочка присоединилась в уже лежащему в кресле пододеяльнику.

— Нет, ты права, — Женька тоже подключился, помогая снять простыню. — Лён.

— Что?

— Давай попробуем встречаться, как нормальные люди.

Девушка выпустила из рук подушку и села на скомканное одеяло.

— Видимо, это заразно. Хорошо, хоть не сразу замуж… Если ничего не получится, не сможем остаться друзьями.

— Мы уже не друзья, — он сел рядом и осторожно провел тыльной стороной ладони по её щеке. — И ты это прекрасно понимаешь.

— Да. Жень…

— Что, тоже дать время подумать?

— Терпеть не могу, когда ты вот так резко из раздолбая становишься взрослым адекватным человеком. Это меня настораживает.

— Ты тоже не птаха божья, но мне нравится, — Власов хмыкнул и улегся на лишенную белья постель. — Правда, ты не без прибабахов, но мне комфортно с тобой. И тебе со мной — сама говорила.

— Говорила, — Алена улеглась рядом, тоже сосредоточенно уставившись в потолок. — Только условия обговорим сразу, идет?