Дороже всех сокровищ
Шрифт:
— Каким ветром тебя занесло в наши края, приятель? — спросил Пит (так звали бармена, если верить висевшей на стене деревянной табличке).
— А тебе-то что? — небрежно бросил в ответ Джордан, по-прежнему не глядя на него.
— Мне-то, собственно, без разницы, но вот другим может быть до этого дело.
Обернувшись, Джордан посмотрел на бармена таким взглядом, что тот наверняка пожалел о сказанном. Взгляд голубых глаз незнакомца буквально прожигал насквозь.
— Много будешь знать — скоро состаришься, —
— Извини, приятель, — промямлил бармен. — Больше вопросов не имею. — Он собрался было убрать бутылку, но Джордан поспешно перехватил ее.
— Не надо. Дай сюда! — рявкнул он.
Пит не стал спорить и на всякий случай отодвинулся от грозного незнакомца подальше. Вообще незнакомцы во Франклине не были редкостью — ведь городок стоит на самой границе Техаса с Мексикой, — но этот высокий, плотно сбитый малый разительно отличался от остальных. Чем именно, Пит не мог понять и потому продолжал изучать его, пристально глядя в лицо. В этот момент в дверях салуна показалась фигура очередного посетителя.
Хотя с момента окончания Гражданской войны прошло ни много ни мало восемнадцать лет, кое-кто все еще никак не мог примириться с тем, что принесла победа южан, — свободой для людей с черной кожей. Одним из этих «несмирившихся» был Пит Макколл.
— Эй! — закричал он при виде входившего в его заведение чернокожего. — Ты куда, приятель? Тебе сюда нельзя!
В баре тут же стало тихо. Даже тапер прекратил бренчать и повернул голову в сторону двери.
— Это ты мне? — спросил огромного роста негр и твердой походкой направился к стойке. На боку у него красовались два пистолета. Подойдя к стойке, он с вызовом посмотрел Питу в глаза.
— Тебе! — рявкнул бармен. — Черномазых и краснокожих не обслуживаем!
С минуту негр стоял молча, меряя Макколла презрительным взглядом, а затем спокойным тоном произнес:
— Я не краснокожий, но проливал кровь, чтобы краснокожие поменьше беспокоили таких тыловых крыс, как ты. Так что, полагаю, я заслужил право пить виски где хочу. А если этот аргумент тебе, приятель, покажется недостаточным, может быть, этот, — негр дотронулся до одного из своих пистолетов, — будет поубедительней!
Пит поднялся с места. По тому, как он прищурил глаза, было понятно, что он в бешенстве.
— Уж не собираешься ли ты устроить здесь пальбу, приятель? — с расстановкой произнес бармен, стараясь держать себя в руках.
— Если понадобится, — повторил негр, при этом ни один мускул не дрогнул на его широком лице.
— Один против всех? — снова спросил бармен, ехидно скривив рот.
— Если понадобится, — ответил чернокожий и гневно сверкнул глазами.
Джордан молча слушал словесную перепалку, которая грозила в любой момент перерасти в серьезную схватку. Хотя прошло уже три года с тех пор, как его, раненого и голодного, выходил негритянский отряд, однако Джордан хорошо помнил об этом и сохранил чувство благодарности к спасшим его от смерти людям. К тому же, прожив на свете без малого тридцать
— Ты не один, дружище! — заявил Джордан, хлопнув негра по плечу и решительно шагнув вперед.
— Спасибо, братишка, — чернокожий слегка покосился на своего нежданного помощника, — но я и сам разберусь. Не вмешивайся не в свое дело.
— Во что хочу, в то и вмешиваюсь. Это мое право. Мы живем в свободной стране, не так ли? — проговорил Джордан и улыбнулся негру широкой улыбкой.
Чернокожий помолчал с минуту, а затем произнес:
— Ну что ж, покажем, братишка, что мы действительно живем в свободной стране!
Стоя рядом плечом к плечу, Джордан и негр держали руки на своих пистолетах. Посетители салуна начали подниматься с мест и вскоре уже обступили мужчин плотным кольцом — никому не хотелось пропустить зрелище — какое-никакое развлечение в скучной и однообразной жизни захолустного городка.
Пит был в явном замешательстве. Он не собирался уступать упрямому черномазому, но, с другой стороны, если этого не сделать, тот, чего доброго, разнесет его заведение в щепки.
— Твоя взяла, приятель, — нехотя кивнул бармен. — Чего изволишь?
Публика, разочарованная, что настоящей заварушки так и не вышло, стала расходиться по своим местам.
Бросив на стойку несколько монет, Джордан направился к выходу.
— Приятной тебе выпивки, братишка! — подмигнул он негру.
— Подожди! — Чернокожий выложил на стойку пригоршню монет, и через секунду его широкая ладонь сжимала внушительных размеров бутылку виски. — Выпей со мной!
— Извини, брат, не могу. Срочные дела, — вежливо отказался Джордан.
— Зазнался, капитан Синклер? — спросил негр и лукаво прищурился. — Забыл старых друзей? Уже не хочешь пить с черномазым?
Джордан замер на месте и удивленно посмотрел на негра:
— Откуда ты знаешь, кто я такой?
— Знаю, братишка, знаю. Я много мог бы о тебе порассказать — и откуда у тебя этот шрам, и как ты остался в живых один из всего отряда…
— Все ясно! — догадался наконец Джордан. — Ты из девятого кавалерийского отряда. Я прав?
Негр согласно кивнул.
— Извини, брат, что-то я тебя не очень помню, — продолжил Джордан. — Как тебя зовут?
— Лейтенант Эймос Уэтерби. Точнее, бывший лейтенант — я ведь уже не в армии…
— Так ведь и я, приятель, уже не капитан. — Джордан пожал Эймосу руку. — Но выпить со старыми друзьями всегда готов!
Мужчины выбрали столик в углу и на всякий случай сели спиной к стене. Уэтерби все еще настороженно оглядывался по сторонам, а Джордан сдвинул шляпу на затылок, чтобы лучше видеть своего собеседника.
— Не могу сказать, братишка, — сказал он, — что я так уж возненавидел армию, но мне непонятно одно: почему у нас и людей и оружия вдоволь, так что если бы мы захотели, то в два счета справились бы с этими дикарями, а мы как дураки только ждем приказов? А когда эти чертовы приказы наконец поступают…