Дороже всех сокровищ
Шрифт:
— …чаще всего оказывается уже поздно, — закончил фразу Эймос. Он молча, единым махом опустошил стакан и добавил: — Не бери в голову, Джордан, — так, кажется, тебя зовут? Все это дело прошлое… Викторио уже нет в живых, да и Нана, можно сказать, покойник — у него почти не осталось людей.
— Ты так думаешь, Эймос? — недоверчиво спросил Джордан. — Мне кажется, чтобы все устоялось, нужен еще годик, а то и все три.
Бутылка была почти пуста, и Эймос допил ее прямо из горла.
— Ты помнишь тот бой в низине Хембрилло, капитан?
— Помню, —
— Для большинства — пожалуй что и так, для меня же — нет, — с видом заговорщика произнес Уэтерби. — Посмотри-ка, приятель, что я там случайно нашел, и, думаю, ты согласишься, что туда стоит вернуться.
Порывшись в карманах поношенных армейских брюк, негр извлек оттуда какой-то предмет. Эймос уже изрядно захмелел, и глаза его возбужденно бегали, но наконец остановились на Джордане.
— Вот почему я ушел из армии, капитан, — чернокожий перешел на доверительный шепот, — и вот почему я вернулся в эти края. У меня есть планы, большие планы!
Джордану уже приходилось слышать подобные речи — как правило, от какого-нибудь старого оборванного полусумасшедшего фермера. Но Эймос Уэтерби не был похож на сумасшедшего фермера — Джордан знал, что рядом с ним сидит весьма неглупый человек, у которого за плечами двенадцать лет службы в армии. Но главное было даже не это, а то, что увидел Джордан, — на широкой черной ладони лежал увесистый слиток золота. Одного этого было достаточно, чтобы весь хмель с Джордана как рукой сняло.
— Немаленький кирпичик! — восхищенно произнес он. — Таким и убить можно! Ты заявлял о своей находке властям?
— Я похож на идиота? — вопросом на вопрос ответил негр. — Чтобы все, кому не лень, сразу туда рванули? Нет, приятель, это наш маленький секрет — твой и мой.
— Ты так уверен в том, что мне можно доверять? — усмехнулся Джордан.
Негр с торжествующим видом отправил золото обратно в карман.
— Я много чего повидал на своем веку, братишка, и кое-чему научился. Взглянуть на человека пару раз мне достаточно, чтобы понять, можно ему доверять или нет. По твоему лицу я вижу — ты парень подходящий.
— Подходящий для чего? — Джордан заинтересованно посмотрел на Эймоса.
— Чтобы стать моим напарником, капитан, — решительно произнес негр и для большей убедительности грохнул по столу рукой.
— Рыть золото? — с недовольным видом произнес Джордан. — Извини, братишка, это не по мне — уж больно муторная работенка, да и рисковая…
— Рыть ничего не надо, — опять перейдя на шепот, продолжил Эймос. — Все уже давно готово, лежит штабелями, ждет, когда заберут…
— И где же ты это видел? — усмехнулся Джордан. — Во сне или в бреду?
— «В бреду»! — передразнил его негр. — Да ты посмотри на эту штуку. — Эймос снова вынул золото из кармана. — Что ты о ней скажешь?
Взяв слиток золота в руки, Джордан принялся тщательно осматривать его.
— Где
Негр помолчал с минуту, а потом сказал:
— Не могу сказать с точностью. Я уже третий месяц пытаюсь снова отыскать эту чертову пещеру, излазил, почитай, каждый дюйм в тех краях — и ни черта! Мне, пожалуй, нужен кто-нибудь, кто глянул бы на эти места свежим взглядом…
— Да на какие места? Где эта пещера, братишка?
— После того боя, о котором мы с тобой только что вспоминали, апачи подались на запад, а меня послали в разведку, чтобы разнюхать, — как далеко они ушли. Тогда-то я и набрел на эту пещеру — не иначе судьба вела… Приметы-то я помню — каменный навес, под ним дыра — пролезешь в нее и как раз угодишь в тоннель, что ведет в пещеру с сокровищами. Чего там только нет. Серебряные чаши, тарелки, блюда, я нашел даже старый испанский кинжал…
Похоже, для индейцев эта пещера — нечто вроде склада, куда они тащат все, что представляется им хоть мало-мальски ценным. Но главное не это, капитан, — Эймос пристально посмотрел Джордану в глаза и, понизив голос до шепота, добавил: — Золото, капитан, целые штабеля золота, словно кирпичи… Приходи и забирай сколько сможешь!
— Так чего же ты ждал до сих пор? — недоверчиво спросил Джордан. — Тот бой был, если мне не изменяет память, в восьмидесятом году — где тебя черти носили все это время?
— Сам знаешь, капитан, — пожал плечами Уэтерби, — военный — человек подневольный. Вскоре после этого меня перебросили в Канзас, затем в Техас, пока я наконец сам не решил бросить все и уволиться — на черта мне такая жизнь? И вот я здесь — но, как говорится, близок локоть, а не укусишь.
— И ты считаешь, что я могу тебе помочь? Чем же? — Джордан недоуменно посмотрел на Эймоса.
— Ты знаешь эти места как свои пять пальцев, не так ли? Это раз. Ты воевал с апачами, знаешь все их повадки — это два. И ты умеешь хранить тайну, Где я найду лучшего напарника?
Джордан молчал. Салун уже успел почти опустеть — лишь за двумя-тремя столиками еще кто-то сидел. Пит поглядывал время от времени в сторону Джордана и Эймоса — но не более того. Даже тапер ушел — очевидно, его рабочий день кончился.
Наконец Джордан произнес:
— Дай мне время подумать, Уэтерби, Дельце, кажется, выгодное, но рисковое.
— Да в чем же тут риск? — воскликнул негр.
— Во-первых, апачи. Нана, как ты сказал, еще жив, и я бы не стал его недооценивать. Во-вторых, те многие парни, что искали золото — не мы одни такие умные! — кончали, как правило, очень плохо. Погоня за богатством лишает человека рассудочности и заставляет забыть об осторожности.
— Погоня за богатством одуряет лишь жадных, Джордан. Я не жадный. Все, что мне нужно, — это купить маис и маленькую фермочку, чтобы выращивать там каких-нибудь поросят…