Дорогой плотин

Ваон Андрей

— Так. Конечно, так. Но я же вот не сунулся к тебе… Гордость там, мужской шовинизм или ещё чего, но нет же.

— Мужской, конечно, — засмеялась она. — Ещё нам не хватало женского. И так эмансипация наступает по всем фронтам. Но, если серьёзно, как раз потому, что я женщина. Я и должна идти на уступки, наступая себе на горло ради своего мужчины. Как это ни прискорбно, — она глубоко вздохнула, сложив ладошки между коленями.

— Без сарказмов ты, конечно, не можешь, — засмеялся Иван.

Она ничего не ответила, лишь улыбнулась.

Светло так улыбнулась, весь самолёт прямо осветился. Иван не стал себя сдерживать — притянул её за плечи и поцеловал в маковку.

— Ну, ладно, надо поспать, что ли, — Иван глянул на часы. — А всего-то летим полчаса! — покачал головой.

4

За время воздушного пути ребята порядком устали. Улетали днём, прилетели тоже днём. Навстречу солнцу; оно светило, невысоко зависая в белёсом небе. Тянуло дымком.

— Хм, странно. Горит чего, что ли? — потянул носом на лётном поле Андрей.

— Тайга, наверное.

— У нас чего, времени особо нет, сразу пересаживаемся на местный?

— Да, и надо пошевеливаться.

— А часы-то переводить? — зевнула Ольга.

— Переводи. А когда в Анадырь прибудем, ещё разок переведёшь, — усмехнулся Иван. И сам подкрутил стрелки, глядя на табло.

— Галопом скачем, — потянулась Татьяна.

— Ничего, потом немного отдохнём перед рывком. Сейчас все эти транспортные перевалки надо перетерпеть.

— Да что уж делать. Кстати, не так уж тут и холодно.

— А чего, думаешь, обязательно снег должен идти? Пока антициклон, довольно тепло будет, да.

В Магадане они не задержались, унёс дальше неумолимый план Ивана. Небольшую передышку получили в Анадыри — катер из-за шторма выйти не мог. Осели пережидать в местной гостинице. Нашёлся свободный номерок на четверых.

Антициклон куда-то задевался, мигом сменившись едрёной непогодой. За окном хлестало и подвывало.

— А вот так если прихватит на море? — глядел в окно Андрей. Они уже отоспались и немного акклиматизировались к местному времени. И теперь маялись бездельем в тесной комнатушке.

— Станем морскими волками, — ответил Иван, задумавшись. Он что-то записывал в блокнот. Вёл дневник. А сейчас, когда было времени навалом, дополнял записи «лирическими отступлениями».

— Сейчас прокукуем тут недели две, там и домой пора будет собираться, — сделала мечтательное лицо Татьяна. Лежала, вроде бы глядя в потолок, но следила за реакциями. Иван и бровью не повёл.

— Не, так сильно долго бушевать не будет — время года не то. Завтра, думаю, тронемся. Прогноз благоприятный, я сегодня в порту узнавал.

— И когда это ты, Иван, всё успеваешь? — включилась и Ольга. Во всеобщей скуке это было их любимое развлечение — поддевать Ивана. А с него как с гуся вода, но они не унимались.

— Знаешь, Оль, на свежий воздух полезно иногда вылезать, — он, наконец, отвлёкся от блокнота.

— Ага, особенно, если на тебя там поливают ледяным душем.

— Хочу

заметить, что на маршруте у тебя, максимум, будет брезент над головой в такую же вот погоду. А иногда, может, и его не будет.

— Да… говорили девчонки на работе, поехали в Пицунду… Ах… — завертела ножками Ольга.

Иван скептически поглядел на всю команду.

— Набрали по объявлению, — горько вздохнул он. На самом деле он был доволен коллективом. Нравилась ему и авантюра Андрея. С девчонками было веселее. А в походном и спортивном плане они были не слабее их самих. — Тань, ты ничего, форму поддерживаешь? Внешне форма очень даже и хороша, — подмигнул он Татьяне.

— Гляньте на него! Неуклюжие комплименты пошли в ход.

— Какой ещё ход? Зачем мне это надо? — хмыкнул Иван.

— Очень даже надо! Андрюшка тебе завсегда поддержит, а среди нас тебе ещё утвердиться надо.

Иван аж поперхнулся от возмущения.

— Это чего вдруг? Вас, значит, взяли на борт, а вы свой устав тут будет диктовать?

— Ну, устав, не устав, но ваши правила нам неизвестны же, — продолжала кокетничать Таня.

— Ой, хватит, а!

Андрей всё так же смотрел в окно.

— О! Просвет! — обрадовался он.

Девчонки вскочили с лежанок, подбежали к окну.

— Да ну! Где? — засомневалась Ольга.

— Да вон же!

Все начали высматривать потенциальное улучшение погоды. Погода в их положении становилась краеугольным камнем существования.

— Да! Как мы теперь зависимы от небесной канцелярии-то! — отметила Ольга.

— Так в Москве тоже все к приёмнику ломятся, когда прогноз, — вспомнила Таня. — Будто посевная у всех.

— Танюш, это ж объяснимо — эта страсть москвичей (за других жителей городских не скажу) к предсказаниям погоды.

— Ну-ка?

Ребята отлипли от созерцания хмарей небесных, приготовились слушать очередную поучительную лекцию от Ивана.

— Во-первых, народ городской, московский, значит, он от природы, мягко говоря, отчекрыжен. Я даже не про нас говорю, вчера ещё деревенских. Ты же, Тань, это и у других подмечала?

— А как же! На работе постоянно про «свежий воздух» разговоры.

— Вот. То есть, выходит, эдакая лёгкая тоска по природе. А в этих сообщениях, про которые мы говорим, в них непосредственная связь с чем-то неантропогенным, с исконным, даже можно сказать. Народ это чувствует, тоску, таким образом, немного удовлетворяя.

— Ну, так… не особо убедительно. Но что там ещё? Ведь есть же и во-вторых?

Иван не обратил внимания на колкость Танину, продолжил:

— А второй момент заключается в том, что большинству граждан свойственно желание заглядывать в будущее. Не, не, речь не про нас, это, вообще, отдельная тема, — поднял предупреждающе руку Иван. — В общем, здесь прогноз самый понятный для людей идёт. И, внимание! Этот прогноз очень легко проверить. Прямо, буквально через дни и часы. Что, несомненно, привлекает.