Дорогой интриг
Шрифт:
— Так что же вам подумалось, Ваше Величество? — спросила я, возвращаясь к тому, что так и не договорил государь.
— Ах да, — ответил он. — Мне подумалось, что пора менять устои, — я посмотрела на него с интересом. — Было бы справедливо, чтобы девицу вел ее отец. Это станет хорошей традицией, как вы думаете?
— Думаю, что мой король мудр и его решения верны, раз приняты им, — ответила я, сдержав непочтительное фырканье.
— Вам не понравилась моя идея?
— Понравилась, — я склонила голову, и монарх опять остановился, не дойдя всего пары шагов до последнего поворота.
— И все-таки я слышу скептицизм
Происходящее было невероятным по своей сути. Мы беседовали! Король спрашивал меня, что я думаю! Он готов слушать девицу! Женщину! Видит меня впервые, но готов разговаривать! Мне вдруг показалось, что я парю среди облаков.
— У вас забавное выражение лица, Шанриз, — заметил Его Величество. — Вы похожи на ребенка в лавке игрушечника. Что вас так взбудоражило?
— Вы говорите со мной, — выпалила я раньше, чем осознала, что говорю. — Хотите услышать мое мнение…
— Почему нет? — государь улыбнулся, но только губами. — Мы прогуливаемся с вами, почему бы и не побеседовать. Так что же вы хотели сказать, но не решились? Смелей, Шанриз, вы не показались мне трусихой.
Склонив голову в знак того, что готова подчиниться, я ответила:
— Возможно, стоит изменить несколько больше, чем правила представления обществу.
— К примеру?
— Хотя бы, — и тут я замялась. Не сочтет ли король меня безумной, если я скажу, что мы заслуживаем больше, чем нам позволено? Что, если он назовет меня взбалмошной, развернется и покинет поместье? Я опозорю не только себя, но и свой род, а последствия этого будут ужасны…
— Я слушаю вас, — напомнил о себе государь.
И я выбрала самую безобидную мысль, пришедшую мне в голову еще в детстве.
— Хотя бы не считать чудачеством чтение газет и обсуждение прочитанного, — сказала я. — Почему женщина может читать книги, но не газеты? А между тем, это события, которые касаются всех нас.
Его Величество, слушавший меня, изломил бровь, а после и вовсе рассмеялся.
— Вы и вправду любопытная девушка, Шанриз, бунтарка. К чему вам газеты и писаки, пыжащиеся от желания показаться один умней другого? Статьи скучны. В них нет ничего увлекательного и романтичного. Оставьте эти нудные листы бумаги мужчинам, у женщин множество развлечений. И, пожалуй, закончим наш путь, — подвел итог беседе государь. — Нас уже заждались.
Он вновь подал мне руку. Мне оставалось лишь исполнить повеление монарха, скрыв в душе вспышку негодования. Романтичного? Романтичного?! Он бы еще сказал, что там даже нет картинок! Это что же? Мужчины считают, что женщины глупы, или же почитают нас за детей? А между тем, женщины не единожды доказали свой разум! К примеру, матушка. Она нередко занимает главенствующую позицию в нашем семействе. И идея, чтобы на моем дне рождения непременно присутствовал сам король, принадлежала именно ей. И что? Отец отправился исполнять. Впрочем, тут бы мне возразили, что это показывает степень любви и уважения мужа к своей жене. А то и вовсе: «Это было его собственным решением». И все-таки…
Додумать я не успела, потому что мы вывернули к пруду, и я увидела застывших в изумлении гостей. И я бы даже могла округлить глаза и воскликнуть, подобно простолюдинке: «Ого!» – однако поступила так, как сделала бы это Амберли. Я скромно потупила взор и растянула губы в той самой рассеянно-милой
— Еще ни одну дебютантку так не встречали, — шепнул мне государь. — Вы обречены стать центром внимания ни на один день.
Я бросила вороватый взгляд на родителей, но и они были заняты приветствием Его Величества. Король подвел меня к ним и остался рядом. Я так и застыла: по правую руку от меня стояли матушка с батюшкой, по левую – монарх. И когда придворные и приглашенная знать распрямились, государь кивнул моему отцу, и тот, негромко прочистив горло, объявил:
— Ваше королевское Величество, — снова поклон государю, а после взгляд на гостей: — Высокородное общество, позвольте представить вам мою дочь – Шанриз, баронесса из дома Тенерис высокого рода Доло.
И я въевшимся в кровь отточенным движением присела в реверансе, не раболепствуя и не пренебрегая гостями. Раздались положенные аплодисменты, и я распрямилась. Государь, хлопавший вместе с остальными, улыбнулся мне и неожиданно весело подмигнул. Да уж мое представление стало небывалым по всем меркам.
— Поздравляю, дорогая Шанриз, — произнес король.
Он протянул ко мне руку, и вот тут я испытала замешательство. Подобного в правилах не было, однако оставалось лишь подчиниться, и я вложила в ладонь Его Величества свою ладонь. Он поднес ее к своим губам, и отпустил, не задержав дольше положенного по этикету времени. Что ж, это обычный знак почтения, потому я, хоть и смутилась, но присела в реверансе, благодаря за милость.
– Ступайте, ваше представление еще не закончено, — сказал мне король. После снова кивнул батюшке, и мое знакомство с высшим светом началось.
Глава 3
Большой парк был полон гуляющих. Впрочем, из-за невероятных размеров, он казался полупустым. Но я видела, сколько карет и колясок ожидает хозяев. Да и как иначе? Это ведь был Большой дворцовый парк. И если в чертоги короля входили лишь те, кто служил при дворе, то здесь гулять могли не только придворные и вельможи. Разумеется, менее знатные дворяне не упускали возможности пройтись там, где можно было встретить важных чиновников, представителей высокородной аристократии, а то и Его Величество.
Хотя именно его встретить в этом парке было не так просто, потому что государь предпочитал гулять подальше от любопытных взоров, и для этого имелся Малый дворцовый парк. Был он не так уж и мал, но попасть в него можно было только с территории дворца, а сделать это могли лишь обитатели вотчины правящей династии.
Я не могла, пока еще не могла. Впрочем, и в Большом парке я гуляла не ради встречи с государем, хоть была и не против данного события. Однако сегодня матушка привезла меня сюда по требованию графа Доло. Об этом сообщил отец, получивший послание от главы рода. Матушка, услышав новость, выглядела озадаченной, батюшка хранил на лице непроницаемое выражение, Амберли с тревогой переводила взгляд с одного на другого, а я просто ждала. Конечно же, мне было любопытно! Но сдержать ворох ненужных вопросов мне удалось. Всё равно цель этого свидания будет оглашена, если и не батюшкой, то дядей.