Дороги
Шрифт:
– Ну что тогда, двинемся что ли назад, под голубое небо?
Обратный перелёт был более быстрым. Мы уложились в четыре с половиной часа, начиная с отделения от Яота и до выхода на низкую окололатянскую орбиту. Весь полёт мы провели за созерцанием космоса и обсуждением своих впечатлений от Яота. И уже только переводя катер с гиперболы на круг, Ог спросил:
– Куда теперь? На "Иглу"?
– А есть другие пожелания?
– Ага, - высказался Серёжка, - меня, если можно, высадите на Синоль, к ребятам, чтобы потом с
– Да, прихватил ты с собой целую скалу. Она ведь только на Яоте лёгонькая была, а на Лате тебе её одному и не поднять.
– О чем и говорю, - улыбался Сережка, - зачем лишний раз таскаться, сразу и к ребятам. У них там сейчас как раз вечер, все свободны.
– Хорошо, уговорил, летим на Синоль.
Ог вывел катер к Синолю, а уже над ним управление взял я, не хотелось объяснять, где и как тут приземляться. На Синоле был вечер, но темноты не было, ее прогонял солнечный свет, льющийся с орбитального зеркала. Конечно, было не так светло, как днем, но наверно ничуть не темнее, чем в комнате с лампочкой. Опустив катер пониже, я выдал предупредительный сигнал и посадил машину посреди лагеря. (Зачем ребятам мучиться и тащить в лагерь каменюку, прихваченную Сережкой с Яота. А они точно ведь притащат.)
Катер произвел на ребят намного более сильное впечатление, чем ставший уже привычным дисколет (на котором все ребята хотя бы по разу прокатились). Катер же в их представлении был уже настоящим космическим кораблем (а "Игла" наоборот кораблем не казалась, а казалась чем-то вроде здания). Ог помог Сережке выкинуть камень из шлюза, без малейшего к нему (камню) почтения.
– Кто заказывал кусочек Яота?
– крикнул Сережка еще из люка и только потом спустился, - вот, отколупнул и привез.
Мы с Огом на Синоле не задержались и, оставив Сережку, вернулись на "Иглу". Там Ог отправился в мир Рэя - "делать недоделанное", как он сам выразился. Я же, проводив его, взял на катере тот самый зонд-крот и отнес Рэю в спецлабораторию. Рэй без промедления упрятал его в свои недра и заявил мне:
– Завтра выдам результат.
– Может лучше будешь комментировать в процессе. Я готов все это время провести здесь.
– Нет, командир, не надо. Завтра я все тебе расскажу. Иди лучше, отоспись как следует.
– Думаешь, я смогу спокойно спать, когда на моем корабле находится аппарат неизвестного назначения и происхождения… Скажи хоть, каково твое предварительное мнение о его происхождении? Дубль?
– Нет, не Дубль. Эта штучка гораздо старше Дубля. Она из того времени, когда возникла Пустыня Черных Камней. Все пока, не хочу плодить необоснованных догадок. Иди, командир, отдыхай.
– Надеюсь, что хоть принять в свой мир соизволишь?
– Пожалуйста, но только без масштабных запросов. Индивидуальные мирки мне создавать некогда.
– И не надо.
Через спецтренажёр я проник в мир Рэя, где отыскал Ога и принялся
С проектом мы провозились почти неделю, но время в мире Рэя течёт быстро. Когда закончили, можно было бы и выйти в реальный мир. Ог это и сделал, я же решил, что минуты дело не решат, и побывал у Реля.
Мальчишка моему появлению очень обрадовался:
– Вик, ну хоть ты тут появился, а то я совсем соскучился.
Рель выглядел всё тем же мальчишкой, но при этом казался повзрослевшим и ставшим гораздо более серьёзным.
– И это и Рив, и Рэй дали тебе заскучать?
– Рэй в последние дни вообще практически не появляется, похоже, что что-то грызёт, такое, даже ему еле-еле по зубам. Дед же настолько погрузился в учёбу, что даже командовать разучился.
– У тебя как дела?
– Нормально. Учусь помаленьку.
– Тебе привет от всех "птиц".
– Им от меня тоже. Передавай, как там окажешься.
– Обязательно.
– Как они там, чем занимаются?
– Когда я покидал их, они занимались камнем, который привёз с Яота Серёжка.
– Завидую вам, побывали на Яоте…
– На Онни полетим вместе, обещаю. Так что учись как следует, будешь в экипаже и в исследовательской группе.
– Постараюсь не подвести… Ну а как на Яоте, нашли что-нибудь интересное, необычное?
– Это пока секрет, но похоже, что кое-что нашли.
– Что нашли?
– Чужой зонд. Микрозонд. Им сейчас Рэй и занимается. Грызёт, как ты сказал.
– Чей зонд?
– Знать бы… У Рэя об этом нужно спрашивать… Может быть тех, кто сделал Пустыню Чёрных Камней пустыней. Рэй сказал, что это очень старая штучка.
– И ничего больше не сказал?
– Сам же говоришь, что грызёт.
– И когда обещал хоть что-то рассказать?
– Утром.
– А оно уже наступило?
– Наверно уже наступило.
– А он, может быть, здесь расскажет? Или только тебе, когда ты в реальный мир выйдешь?
– Рэй, - позвал я совсем негромко, но он услышал, потому что не мог не услышать.
– Тут я, тут. Как вижу, внуку ты всё же проболтался.
– Ты считаешь, что это настолько секретно, что абсолютно никто об этом не должен знать?
– Почти что.
– Я клянусь, - сказал Рель, - что от меня об этом никто ничего не узнает. Рэй, ты удовлетворишься такой моей клятвой.
– Вполне.
– Тогда что тянуть, - сказал я Рэю, - давай, выкладывай всё, что узнал.
Мир вокруг нас растворился и тут же возник вновь. Мы же оказались в главной рубке. Похоже, что Рэю потребовалась для рассказа именно такая обстановка: