Доннерджек
Шрифт:
— Осторожна?
— Властелин Непостижимых Полей имеет свободный доступ в любое место Вирту. Ты действительно хочешь к нему попасть? Твой муж выразил желание изменить своему слову и выполнить не все условия заключенной ими сделки. Что помешает Властелину Ушедших взять тебя в заложницы и потребовать выкуп?
— Ты права. Я думала о такой возможности. Просто у меня столько вопросов к Амбри и Лидии…
— Я понимаю. У меня тоже, но давай не будем рисковать понапрасну.
Эйрадис положила руку себе на живот. Нахмурившись,
Они гуляли по полям Веритэ, замок Доннерджек остался у них за спиной.
— Джон, почему мы так далеко зашли? — спросила Эйрадис.
— Чтобы оказаться вне досягаемости моего оборудования, часть которого можно использовать против нас, — отозвался он.
— Кто на такое способен?
— Тот, кто вынудил меня заключить жестокую сделку.
— Ах, вот оно как.
— Да. У тебя, наверное, сохранились о том времени необычные воспоминания.
— Да. Только я не понимаю, что ты имел в виду, когда говорил о своем оборудовании.
— Я ищу способ не отдавать Танатосу то, что он должен получить по нашему договору.
— Невозможно, — сказала Эйрадис. — Нельзя изгнать из жизни смерть.
— Смерть как явление — нельзя. Но перехитрить Танато-са как личность — кем бы он на самом деле ни был… Кто знает? У меня есть кое-какие идеи, связанные с эффектом поля. Сначала я собирался построить защиту от гипотетического вторжения через Большую Сцену. А сейчас пытаюсь контролировать каждый бит информации, которая проникает через электронный спектр в замок Доннерджек. Я все фиксирую. У меня составлен огромный список. Все, что попадает к нам без приглашения, уничтожается. Просто. В результате он не сможет украсть нашего первенца и сбежать.
— А если он использует агента?
— С физическим мы разберемся точно так же, как с любым другим. Против всего остального я применю статический метод. Может быть, использую лазер.
— А что, если кто-нибудь пострадает?
— Вокруг глубокий и холодный океан.
— Я помню музыку. Помню Трон из Костей. И часть обратной дороги. Когда защита будет готова?
— Исходная система уже установлена. Но ее еще нужно настроить. Несколько недель, не меньше.
— До рождения ребенка еще есть время. Если только мальчик не появится на свет раньше.
— Ты себя хорошо чувствуешь?
— Очень. И твой сын тоже — если судить по тем прыжкам, которые он постоянно совершает.
— Ты не слишком утомляешься во время своих путешествий?
— Нет, дорогой. Я очень осторожна.
— Отлично. Пойдем обратно?
— Давай.
В следующем месяце экспедиция не состоялась. Эйрадис простудилась и довольно много времени провела в постели под постоянным наблюдением встревоженного Джона и медицинского робота. Она довольно быстро поправилась, но время для прохода через лунный портал
Когда Эйрадис вместе со своим призрачным эскортом спустилась в пещеры в следующий раз, она уже двигалась как беременная женщина, чуть отклоняясь назад, чтобы уравновесить живот. Если и на сей раз ничего не получится, поход придется отложить до рождения сына.
— Барьер исчез, — доложил призрак крестоносца.
Он настоял на своем участии в экспедиции. У Эйрадис сложилось впечатление, что банши стыдила его за бегство от Вулфера Мартина Д'Амбри.
— А страж? — спросила Хэзер.
— Не знаю.
— Что ж, пойдем дальше, — завила Эйрадис, — и попытаемся справиться со стражем, если он появится.
— Ладно.
Крестоносец подобрал свою цепь, вошел в портал и исчез. За ним последовали Хэзер и Эйрадис, шествие замыкал священник. Выйдя из туннеля, он сразу снял повязку с глаз.
— Почему ты не можешь этого сделать, когда находишься в замке? — спросила Эйрадис.
— Здесь мне намного страшнее, — просто ответил священник. — Тут другой календарь — полнолуние и равноденствие всегда совпадают…
— У нас тоже приближается равноденствие.
— А тут, когда во время полнолуния наступает равноденствие, камни идут к реке напиться.
— Мы должны соблюдать осторожность, — сказала банши. — Пока складывается впечатление, что камни остаются на своих местах. Может быть, они дожидаются восхода луны.
«Или собираются нас поймать», — подумала Эйрадис, но промолчала.
На сей раз пейзаж выглядел мрачно. Лишь бутоны утесника напоминали о наступившей весне; по большей части земля оставалась влажной и серой. Темное низкое небо предвещало дождь. Определить, какое сейчас время дня, было невозможно. Спутники ограничивались короткими восклицаниями, помогая друг другу находить дорогу среди разбросанных повсюду камней.
— Волынка сегодня не играет, — заметил священник, с тревогой поглядывая на небо, где лениво зависла огромная стая ворон.
— Да. И вороны что-то нами заинтересовались.
— Верно.
Во дворе дома не было ни цыплят, ни голубей, ни кошки. Зеленые ставни плотно закрывали окна. Листья и обрывки папоротника валялись по когда-то чистому дворику, а на усыпанной ракушками дорожке виднелись глубокие следы — видимо, по ним волокли что-то тяжелое.
— Они уехали, — зачем-то проговорила Эйрадис.
— Я бы сказала, — добавила Хэзер, — что вскоре после нашего визита. Боялся ли Вулфер Мартин Д'Амбри появления во дворе своего дома Джона Д'Арси Доннерджека, или на то были другие причины?
На лице у банши появилось таинственное выражение.
— По-моему, я знаю другой способ заставить стража отступить — но лучше оставить его на крайний случай.
По общему согласию, а не повинуясь некой формуле, они все взялись за руки. Чистые звонкие голоса слились, когда прозвучали волшебные слова: