Домашний фронт
Шрифт:
Он понял, что зря старался, когда на кухню вошла Бетси, — косметики на ней было больше, чем на танцовщице из Лас-Вегаса.
— Это что, такая шутка? — сказал Майкл, откладывая газету.
Бетси направилась к холодильнику.
— Что? — спросила она, не поворачиваясь к отцу.
— Такой накрашенной ты в школу не пойдешь.
Бетси повернулась к нему:
— Накрашенной?
— Я надеваю очки только для чтения, Бетси. Я не слепой. Иди умойся.
— Или что?
— Или… — Майкл прищурился. —
— Ты этого не сделаешь.
— Посмотрим.
Бетси долго смотрела на него, потом топнула ногой и вышла из кухни. Вернулась она злая — громко хлопала дверцами буфета, чертыхалась вполголоса, кричала на Лулу, которая за завтраком почти все время плакала и спрашивала, когда вернется мама.
На работе Майкл пытался наверстать упущенное за предыдущие несколько недель, но дел было слишком много. Он буквально разрывался между управлением фирмой и защитой клиентов. Теперь он диктовал запрос на личное дело военнослужащего Кита Келлера. Это следовало сделать еще несколько недель назад.
Майкл снял трубку интеркома.
— Энн? Есть новости от Кита Келлера?
— Нет, Майкл.
— Спасибо.
Окинув взглядом разложенные на столе бумаги, он потянулся за авторучкой, и в это время зазвонил сотовый.
— Привет, Майкл. — Это была Мила. — Извини, что звоню тебе на работу, но у меня только что спустило колесо. Я поехала в Такому, в торговый центр на распродажу садового инвентаря. Я никак не успею вернуться вовремя, чтобы забрать Лулу и встретить Бетси из школы.
— С тобой все в порядке?
— Да-да. Просто жду техпомощь. Сегодня детей развозит Сара Уэллер, она захватит Бетси после тренировки. Около пяти. А Лулу нужно забрать около половины пятого.
Майкл посмотрел на часы: 3:33. Следующий паром через двенадцать минут. Если он опоздает, Бетси вернется в пустой дом — инструкциями Джолин это строжайше запрещено. Откровенно говоря, Майкл не понимал, почему двенадцатилетнего ребенка кто-то обязательно должен ждать дома.
— Ладно, мама. Спасибо.
— Извини, что так вышло. О черт, мой телефон пищит. Это значит, разрядился аккумулятор? Майкл? Ты меня слышишь?
— Я здесь, мама. Никаких проблем. Спасибо. — Он захлопнул телефон, собрал бумаги, которые ему могут понадобиться, и вышел из кабинета.
— Я кое-что надиктовал для вас — на моем столе. И попробуйте еще раз связаться с отцом Келлера, напомните, что мне действительно необходимо поговорить с его сыном, — сказал он, проходя мимо Энн. — Если понадоблюсь, звоните на сотовый.
— У вас на четверть пятого назначена…
— Отмените. Мне нужно срочно уехать, — бросил он, не оборачиваясь.
Небо было затянуто низкими тучами, моросил мелкий дождик. Автомобильные фары казались
Увидев очередь в кассу, он понял: дело плохо. И сразу вспомнил, что сегодня четверг, а на выходные приходится День поминовения. Толпы туристов уже направляются на остров Бейнбридж и красивый полуостров Олимпия. Барабаня пальцами по обтянутому кожей рулю, Майкл медленно, с остановками продвигался вперед, пока не пришла его очередь покупать билет.
— На какой рейс? — с тревогой спросил он.
— Шесть двадцать.
— Черт!
Если дожидаться парома, то дома он будет в 7:20.
Хотя есть еще окружной путь. Паром от Сиэтла до полуострова Китсап идет всего тридцать пять минут, но в Поулсбо можно попасть и с суши через Такому. Дорога займет около двух часов, а сейчас без четверти четыре. До Такомы он доберется еще до начала вечерних пробок.
— Спасибо. — Майкл вырулил из очереди, развернулся и поехал назад, в город. Не прошло и десяти минут, как он уже мчался по шоссе I-5 на юг. Попробовал позвонить матери, но та не отвечала. Наверное, у нее действительно разрядился аккумулятор. Потом он набрал номер продленной группы и предупредил воспитательницу, что заберет Лулу позже, чем обычно.
Четыре часа.
Он точно не успевает к возвращению Бетси.
Майкл знал, что сказала бы Джолин, живо представлял упрек в ее глазах, но опоздает он лишь на несколько минут — пятнадцать или двадцать. Черт возьми? Бетси уже двенадцать лет, и она вполне может побыть дома одна двадцать минут. Максимум тридцать.
Он включил музыку — концертный альбом группы «U2» — и сосредоточился на мокрой дороге. Все шло хорошо до моста Такома-Нэрроуз. В пелене дождя его высокие зеленые опоры были похожи на гигантские лестницы.
Поток транспорта встал. Далеко впереди мерцали красные проблесковые огни «скорой помощи».
— Проклятье! — выругался Майкл и взял телефон. Позвонил домой и оставил сообщение: «Бетси, я застрял в пробке. Просто сиди и жди. Приеду домой как только смогу. Самое позднее, в шесть часов. Позвони, если хочешь. На сотовый».
Он сидел и ждал… ждал… и ждал, глядя на мокрое от дождя ветровое стекло. Майкл чувствовал, что у него повышается давление, но сделать ничего не мог. В 5:40 Майкл снова позвонил домой. «Черт! Возьми трубку, Бетси». Никто не ответил, и тогда он набрал домашний номер матери. Мила не брала трубку, и он оставил еще одно сообщение.